Пролог

Солнечный свет пробивался сквозь жалюзи и ложился полосками на кровать. Кира нехотя открыла глаза, натянула на себя одеяло, но запах кофе и тихий звон посуды на кухне не оставили выбора.

— Мам, — сонно пробормотала она, заходя на кухню.

Марина уже стояла у стола — в белой рубашке с закатанными рукавами, чёрном жилете и строгом чёрном галстуке. В одной руке она держала пиджак, готовая накинуть его перед выходом. Костюм подчёркивал её профессионализм и собранность, но для Киры это всё равно оставалась просто мама — родная, заботливая и самая любимая.

— Доброе утро, спящая красавица, — улыбнулась Марина, наливая дочери стакан апельсинового сока.

Кира села, зевнула и уткнулась в стакан ладонями.— Ты опять уходишь так рано?

— Работа, — коротко ответила Марина, поправляя жилет и проверяя телефон. — Серьёзное дело.

Девочка вздохнула, но не стала спорить. Она привыкла к маминым ранним отъездам, хотя каждый раз ей не хватало этих минут вместе.

Когда Марина уже направилась к двери, Кира вдруг спохватилась:— Мам! Не забудь, у меня сегодня концерт в ресторане! В два часа. Ты обещала!

Марина замерла, оглянулась и, сняв на секунду очки, посмотрела на дочь с мягкой улыбкой.— Я помню, Кир. И я обязательно приду.

Она кивнула, и в её голосе прозвучала такая уверенность, что Кира даже не усомнилась.

Дверь за Мариной закрылась, а в квартире снова стало тихо. Кира ещё долго сидела с улыбкой, представляя, как мама будет аплодировать ей первым рядом.