Глава 16

POV ТИГРАН

Назим был профи своего дела. Ракета не поразила его самолет – она взорвалась, столкнувшись с другой, выпущенной навстречу.

И так, одна за другой, в огненном танце, были сбиты три смертоносные гостьи.

– Вызвать подкрепление? – мой голос звучал напряженно.

– Не нужно, Тигр. Я справлюсь, – в его голосе звучала уверенность, закаленная боями.

Я вернулся к своему посту, впиваясь взглядом в каждый уголок неба. Связи по-прежнему не было.

– Тигр, нужно хотя бы предупредить родных, иначе они, запаниковав, могут вызвать подмогу и угодить прямо в лапы врага, – осторожно произнес Давид.

– Нет, Давид. Я не стану рисковать. Они не станут торопиться, они знают, чем это чревато, – отрезал я.

– Нам нужно развернуться и совершить экстренную посадку. Они выпустили еще больше ракет!

– Разворачиваться – значит, поставить себя под удар. Будем лететь дальше, придерживаться курса.

– Босс...

– Я всё сказал. Это приказ.

Давид замолчал, тяжело вздохнув, и вперился в монитор, сжимая пальцы до побеления костяшек.

Ему есть что терять. Жена, четверо детей... Я не хочу подвергать их опасности. Он проведет со мной неделю-другую и вернется домой. Назим его заменит. Давид – преданный солдат, но я уважаю его не меньше, чем он меня. Поэтому я отправлю его обратно.

А Назим... Он живет риском, дышит адреналином. Он всегда в первых рядах, в самой гуще боя. Он вечно отшучивается, мол, терять ему нечего, и даже если он умрет, никто особо не погорюет.

У меня тоже есть что терять. Но какой в этом смысл? Она все равно никогда не будет моей. Я столько лет гнал от себя эти чувства, но они настигли меня, обрушились ураганом, грозя свести с ума.

Сердце ангела принадлежит мне, а мое – ей. Это гибель. Нам никогда не быть вместе. Будь она дочерью врага, я бы развязал войну, пошел против всего мира, но забрал бы ее себе. Но она дочь моей семьи. Чтобы быть вместе, нам придется отречься от всех, предать своих родных.

Черт возьми, да о чем я, собственно, думаю? Какая война? Какое отречение? Нужно срочно прочистить мозги.

Сердце ныло, тосковало по ней. И только сейчас я понимаю, что принял единственно верное решение. На какое-то время мы будем в разлуке. Чувства притупятся. Может быть, даже забудутся.

- Это не Князевы, - вдруг произнёс Давид

- О чем ты? - не понял я

- Войну начали не они, а американцы. А точнее Шон...

POV РАЯНА

Утро выдалось мучительно тяжелым. Все мои мысли были только о Тигране. Как он там? Что с ним? Добрался ли?

На кухне уже вовсю хлопотали Лариса и мамы, накрывая на стол. Мужчины, собравшись за столом, с серьезными лицами что-то обсуждали. Лиана орудовала у плиты, раскладывая еду по тарелкам. И только я стояла в стороне, бесполезная и потерянная. Да и делать ничего не хотелось.

– Привет всем, – прошептала я, стараясь не выдать своего состояния.

– О, ты проснулась! Садись скорее, у нас для тебя кое-что есть, – Мурад попытался ободрить меня улыбкой.

– Будет весело, вот увидишь, – подхватил Азамат, стараясь казаться оптимистичным.

Я неуверенно села за стол. Лиана поставила передо мной тарелку, и я благодарно ей улыбнулась, хотя в горле стоял ком.

– Мы купили билеты на концерт. Завтра вылетаем в Таиланд. Твоя любимая группа, кстати, – объявил Абдул.

– Я уже выбрала для нас всех парные наряды! – добавила Лиана, сияя от восторга.

– Мы забронировали отель на пять дней, а если тебе понравится, останемся там подольше, – сообщил Мурад, глядя на меня с надеждой.

Все вокруг излучали радость и ждали моей реакции. А меня словно залили свинцом.

– А... Тигр...? – сдавленно спросила я.

Дядя Гафур встал со своего места и присел рядом.

– Ангел мой, ты должна понять, что жизнь продолжается. Тигран отправился на задание, он не участвует в боевых действиях, он просто наблюдает. С ним ничего не случится, не стоит так переживать. Не нужно зацикливаться на этом, думай о себе, о своем будущем. Он вернется, обязательно вернется. Он не оставит своих братьев, сестер, родителей... Но если ты будешь сидеть и ждать, то вся твоя жизнь пройдет впустую, – говорил он мягко, но твердо.

Слезы навернулись на глаза. Он прав. Во всем прав. Но как можно не думать о любимом? Мысль о том, что он там один, что ему грозит опасность, терзает меня изнутри, причиняя невыносимую боль.

Я прижалась к дяде, давая волю слезам.

– Вы правы, дядя Гафур, правы. Я постараюсь получить удовольствие от концерта и не думать о плохом, – проговорила я, вытирая слезы.

– Правильно, милая, думай о хорошем, и это обязательно сбудется, – поддержал меня отец.

– Мы всегда будем рядом, – добавил дядя Давлет.

– Спасибо вам всем огромное.

Мы поели, и каждый занялся своим делом. Лиана предложила пойти с ней на курсы, но я отказалась.

Я поднялась к Азамату. Он сидел в своей комнате, что-то печатая на ноутбуке.

– Не занят? – спросила я, робко заглядывая в дверь.

– Для тебя я всегда свободен, – улыбнулся брат.

Я села на край его кровати и глубоко вздохнула.

– Азик, мы можем позвонить Тиграну? – попросила я.

– Родная, все не так просто. Он сам нам позвонит. Мы не можем ему мешать. Но как только он выйдет на связь, я обещаю, сразу сообщу тебе, – ответил Азамат, глядя мне в глаза.

– Точно? – мне нужно было убедиться.

– Точно, – твердо ответил Азамат.

Я обняла брата и вышла из его комнаты. Азик никогда мне не врал, и я верила, что он сдержит свое обещание.

POV АЗАМАТ

Я видел, что происходит между Раяной и Тиграном, но молчал. Я не хотел вмешиваться, чтобы не сломать им жизнь.

Моя сестра давно любит Тиграна, но клятва и верность семье мешают ему ответить взаимностью. Я вижу, как Раяна угасает, знаю, что произошло между ними в тот роковой вечер. Он отверг ее. Я знаю, как выглядят отвергнутые девушки, мне не раз приходилось с этим сталкиваться.

Будь на его месте другой мужчина, я бы не раздумывая сломал ему челюсть. Но Тигр – мой брат, и я не вправе вмешиваться. Он выбрал верность семье, но предал себя и свои чувства.

Пусть говорит что угодно, но я знаю правду. Тигран тоже любит Раяну, это видно невооруженным глазом. Он пытается это отрицать, но у него ничего не выйдет.

Если они решатся пойти против всех и быть вместе, я буду первым, кто их поддержит. Я за безумные поступки, за протест против глупых традиций.

Если они счастливы вместе, то пусть будут вместе. Это дурацкое правило, которое установилось негласно, будто мы все братья и сестры, и иначе быть не может. Бред!

Раяна – моя сестра, сестра Абдула, сестра Мурада, но никак не Тиграна. Если она хочет быть с ним, она имеет на это полное право.

Сейчас я не мог сказать ей, что Тигран не выходит на связь уже три часа. Я бы не вынес ее отчаяния. Раяна такая ранимая и эмоциональная.

Мы всю жизнь относимся к ней, как к хрупкому цветку, и по-другому быть не может. Но вот она выросла из этого хрупкого цветка. Я лишь хочу, чтобы она была счастлива, и все.

Мы с Абдулом, возможно, женимся не по любви, а потому что так надо. Но я никогда не позволю выдать мою сестру замуж против ее воли.

Пусть мне придется перевернуть этот гребаный мир, но она будет счастлива. Она не будет страдать и мучиться всю жизнь.

Нашу маму выдали за папу насильно. Да, она обрела свою любовь и счастье, но где гарантия, что и Раяна будет счастлива с тем, кого ей выберут?

– Самолет Тиграна пропал с радаров, – ворвался в комнату Абдул.

– Как пропал? Что случилось? – я вскочил с кровати.

– Я не знаю, не могу понять. Я пока никому не сказал, чтобы не волновать зря, но мне кажется, что здесь что-то нечисто, – ответил брат.

– Но кто засек его? Как узнали, что он вылетел?

– Это кто-то из наших.

– Не может быть, – не верил я.

– Может, – уверенно ответил Абдул. – Предатели обычно находятся среди нас. Они едят с нами, работают с нами, убивают с нами, а потом убивают и нас. Нам нужно по-тихому всех проверить. Отцу и дядям ничего не скажем, сами разберемся.

– Но это сын дяди Гафура, он имеет право знать!

– Нет, Азамат, они поднимут ненужную панику. Что если Тигран просто ушел в тень, когда почувствовал слежку? – предположил Абдул.

– Ты прав. Тогда будем действовать вместе.