часть 25

«выйти бы мне тоже, потушить его.»пэйтон стоял перед машиной со скрещёнными на груди руками, на лбу мало того, что образовалась складка, так ещё и вены на шее выступили. парень облокотившись на капот смотрел куда-то под ноги, пиная камушки и чиркая подошвой но асфальту.  пэйтон: хотелось свернуть шею этому обмудку так, чтобы все кровеносные сосуды лопнули..ты: не думала, что ты настолько разозлишься.. он правда мне ничего не сделал, да и не собирался. пэйтон: ясно. «это ещё что за односложный ответ? не ты ли тут пару секунд  назад выдавал очереди аки пулемёт максим?»я потянулась к нему, пока не зная ещё зачем: прикоснуться или в очередной раз обнять, но он резко обхватил мои руки.

внутри противно булькнуло недовольство.пэйтон: с томасом надо что-то решать, он постоянно тебя окучивает. шатен медленно поднял голову, такое чувство, что эта часть его  тела весила тонну. ты: зачем? он конечно придурок, но абсолютно безвредный, он ни разу не приставал и...пэйтон: тогда может,он тебе нравится? «не на того думаешь, дурачок.» пришлось в недоумении приподнять бровь. пэйтон: ты готова быть с ним? он тебе небезразличен, я прав? ты: к чему эти вопросы вообще? притихнув на несколько секунд, вероятно, чтобы собрать мысли воедино, он наконец прошептал: пэйтон: потому что я не знаю, надеяться ли мне на что-то. имею ли я шанс, или я профукал его ещё в средней школе.. ты:погоди, если я правильно поняла, то ты.. это.. пэйтон:признание. теперь не только его руки были скрещены, но ещё и ноги, его взгляд даже близко не маячил в мою сторону. ты:это не правда, ты наверняка запутался и.. пэйтон: а если правда? если я скажу что действительно люблю тебя? если хочу, чтобы в твоём сознании был только я?! да, я ревную, это действительно плохо?! если я скажу, что ты одна из немногих кому я распорол свою жалкую душонку нараспашку?! и вот теперь, он уже всматривается в мое лицо, пытаясь проникнуть в мысли. а они таковы: я все ещё сама-то люблю пэйтона мурмаера. моя детская любовь не умерла, а просто запряталась на время. он осторожно отодвинул прядь моих волос, заставляя сердце забиться в бешеном ритме. во взгляде мелькнула нехарактерная для него, такого сейчас серьезного и непреклонного, нежность, и, не удержавшись, я первая потянулась к его губам.«о..боги.. какого черта я творю..странно осознавать, что губы, говорящие про меня такие гадости я сейчас целую»