49. Николас Картер

После того, как Мэнсон позвонил отцу, я был готов задушить его через телефон, жаль, в нём нет такой функции.Меня всего трясёт, я слышал, как Хелен кричит, этот ублюдок её ударил. Моя маленькая сейчас плачет, ей страшно. Теперь я не нахожу себе места, потому что я здесь, а она там, и я никак, чёрт возьми, не могу ей помочь. – Прекрати, – приказывает отец, когда я в сотый раз щёлкнул зажигалкой.Я молча спрятал её в карман и продолжил смотреть в окно. – Не переживай, мы скоро её найдём, – отец погладил меня по плечу, не отвлекаясь от дороги. – Да, как, как мы её найдём? – нервно крикнул я. – Я вообще не понимаю, куда мы едем.– Прежде чем приехать к тебе, я был в ФБР. Мне показали камеры с трассы, по которой двигалась машина Мэнсона. Последняя камера была на придорожной заправке, а дальше начинается лес. В этом лесу Мэнсон строил себе загородный дом, но так и не закончил. Забросил строительство, потому что начал пить. Не знаю, закончил он его или нет, но если Мэнсон и повёз Хелен в этот лес, то только туда.– Хоть бы ты оказался прав, – тихо проговорил я.Позади нас едет группа захвата, отец нанял их, пока ФБР опечатывают всё имущество Мэнсона. В дороге мы уже достаточно долго. Из-за того что я понятия не имею, куда ехать и насколько это далеко, время длится нереально долго. Мы выехали за город – не дорога, а лабиринт. Мы постоянно сворачивали, проезжали по сельской местности, через какие-то кусты, снова на трассу, и так энное количество раз. Если бы меня вывезли в лес, я бы не смог вернуться назад. Никакой густой лес не сравнится с дорогой, по которой мы ехали.Снова поворот.– Да сколько можно? – вскрикнул я, повернувшись к отцу.– Мы на месте, – произнёс отец, заглушив двигатель. Я стал оглядываться по сторонам: кромешная тьма не давала мне разглядеть даже деревья, которые нас окружали. Выхожу из машины и сразу включаю фонарик на телефоне. Посветив вокруг себя, всё, что мне удалось увидеть, – это высокие деревья и густые кусты.– Дальше пешком, – сказал отец и подал сигнал спецназу.Десять человек с оружием выбежали из грузового автомобиля и сразу разбрелись по лесу, не спеша пробираясь вперёд, куда вёл нас отец.Мы прошли практически весь лес, пока добрались до нужного места. Я хотел бы высказать отцу за то, что нам пришлось столько пройти пешком, но, к его счастью и к моему сожалению, проехать через такой густой лес просто нереально.Моё сердцебиение усилилось, как только мы приблизились к какой-то маленькой постройке. Я хотел уже бежать вовнутрь, как отец схватил меня за руку и жестом показал, что я спятил идти туда, когда у Мэнсона может быть оружие.Выставив перед собой автоматы, парни из группы захвата один за другим входили в здание. Полная тишина напрягала меня: похоже, здесь никого нет. – Отец, ты ошибся, – возмущённо проговорил я и тут же услышал выстрел, а следом и женский крик. – Хелена! Я рванул в помещение. Оказавшись внутри, первое, что я увидел, – лежащего парня с простреленным животом. Я бросил взгляд на мужчину в форме, державшего автомат, направленный на убитого.– Он оказывал сопротивление, – сказал мужчина, пожав плечами.Жаль, что на его месте не оказался Мэнсон. Я прохожу вглубь помещения и слышу, как с одной из комнат доносятся ругательства. Я подхожу к этой комнате и замираю: вижу, как Мэнсона скрутили на полу, надев на него наручники. Отсюда, где я стою, Хелен не видно, мне страшно входить. Я её не слышу, я боюсь того, что могу там увидеть, боюсь, что я опоздал.Я делаю один шаг и оказываюсь в комнате.– Николас! – звучит голос моей девочки.– Господи, Хелен! – я подбегаю и падаю возле неё на колени.Первым делом осматриваю её на наличие ран. Мои глаза без остановки бегают по её телу, я не могу к ней прикоснуться, пока не буду уверен, что не сделаю ей больно.– Не моя, Ник, не моя. Кровь, правда, не моя, со мной всё в порядке, – протарахтела Хелен, и после её слов я крепко прижал её к груди.В то время как отец говорил с Мэнсоном, я не слышал их разговор, несмотря на то что они были практически за моей спиной. Я продолжал осматривать Хелен: её лицо, тело, оголённые ноги. В голову приходили самые худшие мысли.– Родная, скажи, что они не успели, что они не сделали этого с тобой, – я снял с себя кофту и накинул на её ноги.– Они ничего не сделали, – с её глаз снова потекли слёзы. – Но он трогал меня, – Хелен махнула головой в сторону ещё одного мужчины, которого держал спецназ. – Он меня раздел, это его кровь на мне.– Сейчас будет ещё больше, – я поднимаюсь и направляюсь в его сторону.Меня охватила злость.Я ударил этого громилу в челюсть, но, к сожалению, ему это мало что дало. Следующий удар я нанёс в живот, но, когда я понял, что дело не в нём, а в моих слабых ударах, я сделал шаг назад. – Отпустить, – приказал я парням спецназа, которые держали его под руки.После того, как они выполнили приказ, я ударил этого извращенца с ноги в живот, он упал на пол. Его падение было не из самых приятных. Так как он был в наручниках, он не смог подставить руки, поэтому удар пришёлся на задницу и спину. Я начал бить его ногами и даже не обращал внимания, куда прилетало: живот, ноги, спина, пару раз даже по голове. Мои удары становились интенсивнее, когда я думал о том, что он хотел трахнуть мою девушку. Злость кипела во мне, от чего даже становилось жарко. – Захотелось молоденькой девочки, ублюдок? – после сказанного я бью с ноги по лицу, и его заливает кровь. Следующий удар идёт следом, и этот мудак закрывает лицо руками, а после – жуткий крик. Я сломал ему руку. – Хватит, Николас! – крикнул отец, оттаскивая меня от лежачего. – Уведите его, – приказал он спецназу, и те подняли мужчину и увели его к машине. Папа схватил меня за руки, как только я нацелился на Мэнсона. Хоть я и подрастерял силы, пока бил первого, но на Мэнсона у меня сил тоже хватит. – Николас, он того не стоит, – проговорил отец, когда я стал вырываться.– Стоит, ещё как стоит! Он ударил Хелен, он позволил тому уроду прикоснуться к ней, и, если бы мы опоздали, он бы её изнасиловал!Когда я увидел, как Мэнсон улыбается, будто его забавляет это всё, будто я клоун, который показывает ему представление. Мне сорвало крышу.Я вырвался из хватки отца и, подбежав к Мэнсону, нанёс ему один точный удар в нос, и его губы залило кровью.– Хочешь убить меня, да? – спросил меня Мэнсон, сплёвывая кровь, которая, стекая, попадала прямо в рот. – Так убей!– Какая же ты мразь! Ты заслуживаешь смерти, но я не убийца, – я наношу ещё один удар, и на этот раз он выплёвывает зуб. – Гнить тебе в тюрьме, сука! – я снова его бью, а после засунул руки в его карманы с целью найти ключи от наручников, но их там нет. – Ключи, где? – мой тон грубый, но спокойный. Я пытался держать себя в руках, чтобы не избить его до комы.– Пошёл к чёрту! – прошепелявил он, и я бью его ещё раз. – Обыскать его! – приказал я, и ребята беспрекословно выполняют.За ту сумму, которую им заплатил отец, они будут выполнять всё, что угодно. Всегда мечтал покомандовать группой спецназа. Получив ключ, я сразу пошёл отстёгивать Хелен. Как только её руки были свободны, она вцепилась в мою шею, и тогда я поднял её на руки, и понёс в машину.Она дрожит от холода. Сколько же она просидела раздетой на бетонном полу? Хелен крепко держит меня за шею, уткнувшись носом мне в плечо. Она до сих пор плачет, вытирая лицо об мою футболку. Я привык уже, что Хелен часто плачет, но никак не привыкну к мокрой футболке, которая так удачно служит носовым платком.– Прости, – прошептала Хелен в очередной раз, вытерев об меня нос.– Всё в порядке, родная, – я улыбнулся и крепче её прижал. Я посадил её в машину и сел вместе с ней на заднее сиденье. Хелен залезла мне на руки и вновь обняла. Сейчас она похожа на котёнка, который требует внимания, и как бы я его ни уделял, ей всё мало. – Прости меня, маленькая. Я тебе такого наговорил перед тем как... – Я сама виновата, я должна была тебя послушать. Прости, теперь я всегда-всегда буду тебя слушаться, обещаю, – по щеке Хелен скатилась ещё одна слезинка. Надеюсь, на этот раз последняя. Я приложил ладонь к её щеке, вытер маленькую капельку и, когда Хелен хотела продолжить свои извинения, я её поцеловал. – Теперь всё будет хорошо, – прошептал я, поглаживая Хелен по спине.