54. Месть будет сладкой. 2

Добраться до дома оказалось несложной задачкой, а вот войти в квартиру было чем-то.. сложным. Я долго ходила вокруг да около, даже пару раз зашла в разные магазины, находящиеся рядом, а дом все никак не тянул. Было даже пару мыслей вернуться обратно, к Дилану. Но Даниэла взрослая девушка.

Поэтому я позвонила Оливии. Моя близкая подруга, которая оказалась той еще лицемерной сукой, должна была ответить за свои слова. Да и ко всему прочему, мы прожили с ней столько тяжелых моментов, что просто отречься уже не получится. Наверное, по тому же принципу и действовала она, ведь согласилась приехать почти сразу.

Девять минут ей потребовалось на прибытие. И ровно столько же нам на подъем. И вот, мы сидим в моей кухне, с чашками, в которых налит мой любимый кофе и молчим.

— Мне жаль, — говорит она. Эта фраза за последние дни безумно надоела! Все, раз за разом, день за днем, говорят одно и тоже, словно это может изменить ситуацию.— Пустая трата времени, — язвлю и делаю глоток своего напитка. — Черт, — она падает головой на стол и бурчит что-то неразборчивое. Затем поднимает голову. — Мне серьезно стыдно перед тобой, Дан. Мы столько всего прошли вместе, а тут я... так эгоистично. Короче, бред какой-то. — Да еще какой, — фыркаю. — Ладно, Олив, мы серьезно проторчали в одном дерьме лет шесть, если не больше, — она поднимает на меня глаза полные грусти и отвращения к самой себе. — Ты эгоистичная сука, я не спорю, да и твой Хадсон влияет на тебя вовсе не позитивно. Но это не мое дело. — Ты счастлива с Винни? — вдруг спрашивает она, ошарашив меня безумным вопросом. Я задумываюсь. А счастлива ли действительно я и моя душа с этим мужчиной? — Да, Олив, счастлива, — улыбаюсь и вновь делаю глоток. — А ты с Чейзом?— Нет, — еще больше удивляет меня Оливия. Хмурюсь и совсем совсем не понимаю ее. — Есть ощущение, что он просто передался мне из рук в руки. Ну, ты ведь знаешь ту бывшую чучундру его? — Э.. кажется, Райли? — Да. Она была для него лишь девушкой на ночь. А потом.. все как-то закрутилось, завертелось. Она преследовала иные цели, а он.. да что он? Хотел дальше трахаться. И я оказалась еще рядом как на зло. — Ты всегда выбирала мужиков-уродов. Все они, без исключения, вешались на твои сиськи и по сей день ты наивна и глупа, Оливия. — Отставляю в сторону стакан. — Напьемся? — Нет, — качает она головой. — Прости меня еще раз, Дан. Я действительно боюсь до безобразия твоего брата. Он всегда и во всех вселял вселенский ужас, нагонял жуткую атмосферу и жестоко расправлялся с собственными жертвами. Я всегда ощущала себя его следующей, когда мы хоть как-то соприкасались, — я киваю. Мне просто нечего сказать. Все кругом безумно боятся Кио, словно он их вечный кошмар. Хотя большинство таких наивных и глупых девчат он даже не трогал. Да что уж там, он даже не смотрел на них! Но сплетни разлетаются быстро, а эмоции друг друга перенимают людишки здраво и ускорено. — Да, я вас всех понимаю, — киваю. — Жаль, что из-за несчастного Кио рушится моя жизнь.

Это, наверное, должно было закончить и наш разговор, и нашу без того треснувшую дружбу, но я почему-то все еще цеплялась за Оливию так отчаянно и по-детски, что было не по себе. Словно я не была той самой взрослой Даниэлой, которая выстроила стену и стала не просто счастливой, но и в конце концов свободной. Возможно психолог, работающий со мной на протяжении нескольких лет, был прав. Я должна отпустить прошлое, а вместе с ним и людей оттуда. Но с каждым днем мне удается лишь найти больше знакомых лиц.

— Дан, я пойду, наверное. Засиделась что-то у тебя. — Я молча киваю и иду в сторону своей комнаты. У Оливии всегда был запасной ключ от моей квартиры, а значит и закрывать самой не нужно.

Меня гложет собственная безнадежность. Ведь как бы я не старалась исправить этот мир и свою жизнь, ничего почему-то не выходит. Только хуже получается. Семьи у меня нет, друзей тоже, а парень мой, с которым мне не удаляется даже нормально повстречаться, сейчас под опекунством моего старшего брата-насильника. И бог мой, все в округе только и делают, что тычут в меня пальцем.

Но почему же я не сдаюсь..

Качаю головой и ложусь в кровать. Дверь не заперла словно специально. Чувство страха не покидает меня, отчего-то и делаю совершенно непонятные мне вещи. Телефон лежит под подушкой, прямо в правой руке, дверь полуоткрыта, ключ в кармане джинсовых шорт, в которых я легла спать, на столе включенный диктофон на другом телефоне и в конце концов закрытые настежь шторы, а с ними и окна.Я безнадежна, но мне тоже страшно.

Не знаю, сколько проходит времени. Может, минут пять или десять.. а может и все двадцать. Без понятия!! Но в квартире появились нехарактерные звуки, осведомляющие меня о том, что опасения были не напрасны. Левой рукой лезу под вторую подушку и рывком хватаю перцовый баллончик, который спасал меня день за днем. И мельком гляжу за спину. Чья-то тень медленно изучает помещение.

А потом я чувствую металлический предмет, с силой приложенный к моей шее. Делаю рывок, в глаза своему обидчику заливаю перец, а сама вскакиваю с кровати, пока он теряет бдительность. Наивный, как и всегда!

— Сука! — Это ты, Кио, сука! — вскакиваю с кровати, включаю свет и сую телефон в задний карман шорт. — Что ты тут забыл? — Сейчас, маленькая блядь, я приду в норму и мы обязательно поговорим. А, может, и не только. — Слышу его болезненные стоны и не теряя времени, тихо прошмыгиваю в сторону кухни. Там, на самом видном месте лежит мой нож, главный помощник. Беру его и возвращаюсь обратно. — Сука, какая же ты, Даниэла, продажная шалава. Я выебу тебя во все дырки, пока твои соседи не вызовут сюда ментов..— Как ты в квартиру попал, Ирод? — Так же, как и все остальные в нее попадают.

Он очнулся. Да, точно пришел в норму. Медленно поднял голову в мою сторону и нахмурился. А глаза его... бешеные, как у дикого зверя, так и кричали мне, что все сказанные до этого слова были вовсе не шуткой. Но меня совершенно не пугает. Я настроена серьезно и теперь готова дать отпор.

— Что, сучка, готова глотать мой член? — Сам и глотай, Фернандес, — рыпаюсь в ответ и делаю шаг назад. Тогда он и начинает свое шоу.

Сначала просто двигается в мою сторону в ускоренном темпе.. затем хватает меня за ворот моей футболки и срывает ее одним легким движением. После чего хватает меня за волосы, за что и получает первый втык под ребра. Не ожидая такой подставы от младшей и, казалось бы, слабой сестры, скручивается и громко, довольно эмоционально рычит. А потом снова налетает на меня, одним движением повалив на пол. Я вскрикиваю и бью коленом в пах, за что получаю тыку в нос.

— Какой же ты урод! — гнусавлю и попадаю ему рукояткой ножа примерно в ту же область, куда он ударил мне кулаком. Из слабого носа Кио хлещет кровь. — Сука!

Теперь злоба сжирает его изнутри. Он прижимает ногами мои ноги и одновременно этим рвет на мне шторы и трусы. Пытается достать свой член из штанов, когда я, наконец, прикладываю холодный металл к его самому дорогому месту и чуть надавливаю. Он громко вскрикивает и теряет голову , я расслабляю ноги и вот уже.. фактически обнажена до безобразия, кручу этим всратым ножом в разные стороны и почти готовлюсь убить.

— Ну и что, — хрипло смеется он. Явно теряет терпение. — Убивай. — Что? — Убивай меня, Даниэла, — вдруг абсолютно серьезно заявляет он. — Ты мечтаешь об этом с далекого детства. Так давай. Убей меня если, конечно, сможешь.

И я, дрожащими от волнения руками, вставляю свой нож прямиком в сердце брата. Когда-то.. а может и сейчас. Я любила и люблю его безумно сильно. Но наконец закончить то, что он однажды начал творить со мной было просто необходимостью.

— Черт, — хрипит он, лежа в собственной крови. — А я ведь не думал, что ты действительно воткнешь в брата нож. — Ты был моим братом, Кио. Пока не стал переусердствовать. — еще несколько раз, в нескольких областях прохожусь ножом и..оставляю все как есть.

Я накидываю на себя нижнее белье, худо бедно вытащенное из шкафа, шорты, которые все заляпаны в крови, но при этом в хорошем состоянии, сверху надеваю футболку, она несколько раз упала на пол, потому тоже грязная. Делаю шаг из комнаты и не заметив ни одного действующего лица, осматриваю брата. Его тело валяется прямо посреди комнаты и истекает кровью. Я смотрю на него, вспоминаю жуткие воспоминания.. затем плавно перебираю и хорошие.. голова ходит кругом. Сажусь в угол и прижимаю к себе колени, утопая в собственных воспоминаниях.. а потом поднимаю голову вверх и встречаюсь с напуганным до безумия знакомым взглядом. Винни.