6. Со смертью наперегонки

На месте преступления мы пробыли относительно недолго. Юсуф аль-Мирджаби записал показания сестры убитого, труп забрали, Карим сфотографировал несколько раз кровавую надпись, после чего мы вернулись в отделение.

      Купленную в Старом городе картину и сувениры я перед выездом был вынужден оставить у дежурного, чем вызвал недовольство последнего. Но, немного поворчав, тот согласился. Так что свои приобретения я получил назад по прибытию целыми и невредимыми.

- До завтра свободны, господа, - отпустил нас Юсуф аль-Мирджаби. Карим, хоть до вечера и было ещё далеко и передвигаться по городу было вполне безопасно, заскочил в маршрутку и на ней поехал в общежитие. Я же предпочёл топать пешком вместе со своими всеми вещами. Шёл я теперь более длинной дорогой и избегал заходить во дворы. Через пятнадцать минут я наконец добрался до знакомого мне обшарпанного здания и, сопровождаемый удивлёнными взглядами - как-никак я имел при себе внушительный пакет с подарками родителям и прочим родственникам и завёрнутую картину под мышкой, поднялся на свой этаж. Карима в комнате не было. Я включил ноутбук и подключился к мобильному интернету, пожалуй, единственной услуге, которая осталась относительно недорогой после военных действий. Остаток дня я провёл в размышлениях...

02.07.12

      Я встал ни свет ни заря и сразу же отправился на улицу. Никаких мыслей относительно кровавого послания убийцы у меня не было, а потому мне очень хотелось увидеться с японкой-детективом. Конечно, не факт, что она согласиться мне помогать, но мало ли...

      Пройдясь вдоль пока ещё тихой набережной, я миновал офисный комплекс, включающий в себя несколько одинаковых башен и направился в сторону Гранд отеля Триполи. Это невысокое серое сооружение, не особо блещущее архитектурными изысками со стоянкой перед ним, расположилось на улице Эль-Фатах. Раньше на месте отеля стояло другое здание, выполненное в арабском традиционном стиле и напоминающее внешне замок из сказок "Тысячи и одной ночи", но оно было снесено и на его месте построено новое.

      Я уже заворачивал за угол отеля, когда до моих ушей донёсся чей-то возмущённый вопль на английском.- Мартин, что ты творишь?! - кричала какая-то женщина. Я обернулся на шум и обомлел: у одного из припаркованных на стоянке автомобилей стоял сконфуженный юноша с кудрявой шевелюрой, одетый в белую рубашку и белые парусиновые брюки, а чуть поодаль от него - высокая молодая женщина азиатской наружности в чёрном платье с малиновыми принтами и подобранными в тугой пучок на затылке волосами. Именно ей и принадлежал упомянутый возглас.

      Сомнений у меня не осталось никаких, когда я подошёл к парочке поближе. Это действительно были Тиёко Киросаки и Мартин Доджес. Вот уж, действительно, если ищешь, то всегда найдёшь!

- Доброе утро, госпожа Киросаки! - окликнул я японку. - О, господин Афинов! - детектив обернулась. Она явно не ожидала столь внезапно со мной встретиться.-Доброе утро!- Переезжаете? - я кивнул на Мартина, который тащил за собой два больших чемодана.- Угу, - без особого энтузиазма подтвердила Тиёко и скосила глаза на своего помощника. - Потому что кое-кто умудрился разругаться едва ли не со всем персоналом гостиницы.- Что?! - возмутился Мартин.-Это я-то ругался! Да я, если хотите знать, самое миролюбивое существо на свете! И вообще, разве я вчера психанул из-за того, что... Ай! - тут юноша пронзительно вскрикнул, так как японка не утерпела и наступила каблуком ему на ногу.- Тебе не стыдно на людях выяснять отношения? - словно рассерженная кошка, зашипела госпожа Киросаки на ухо ассистенту, после чего произнесла ещё несколько фраз по-английски, но моих лингвистических познаний явно не хватило для того, чтобы понять её.

      Терпеливо выждав, пока Тиёко закончит разборки с Мартином, я решился заговорить с ней о том, ради чего, собственно, и искал её.- Скажите, - прямо спросил я, - вы слышали о последнем убийстве? - О том случае, когда рядом с телом погибшего была обнаружена кровавая надпись? - детектив была уже в курсе происшедшего. - Разумеется, слышала. И сразу скажу вам: если вы пришли просить у меня помощи, то можете даже не надеяться. Ведь мы как-никак конкуренты. Вы работаете на полицию, я работаю сама по себе. И не в моих интересах вам помогать.- Хорошо, - я предвидел такой поворот,-я понимаю. Ну а если я тоже поведаю вам кое-что интересное? Так сказать, обмен информацией, а?- Хм, - Тиёко призадумалась.-Всё зависит от того, что именно вы мне расскажете.А рассказать мне было особо и нечего. Поэтому я решил сблефовать и на ходу выдумать какую-нибудь небылицу. Не факт, конечно, что японка мне поверит, но попробовать можно.

- Мне известен мотив убийства, - гордо заявил я. Тиёко лишь фыркнула в ответ.- То же мне, информация! - усмехнулась она. - Я и так хорошо знаю, почему наш киллер убил всех этих несчастных. Может, у вас есть что-то поинтересней?- Нет, - я тяжело вздохнул. - Увы, нет.

       Откровенно говоря, я не собирался так быстро сдаваться, но фантазия моя иссякла и я не знал, какую такую информацию предоставить собеседнице, чтобы она её заинтересовала. Та лишь пожала плечами.-Значит, мне нет никакого смысла вам что-либо рассказывать. Вот мой ливийский номер,-девушка протянула мне небольшой клочок бумаги,-звоните, если у вас найдётся, что мне рассказать. Может тогда и я вам что-нибудь поведаю. А пока - уж простите... Сами понимаете, почему. Мартин, пойдём! Всего хорошего, господин Афинов!- До свидания, - попрощался Мартин.- До свидания, - механически протянул я, пялясь, словно заворожённый на бумажку, выданную Тиёко. Кажется, мои надежды рухнули и мне не остаётся ничего другого, кроме как самому догадываться о смысле кровавой надписи...

03.07.12

      Сегодня Юсуф аль-Мирджаби огорошил меня новостью - седьмого числа в столице пройдут выборы президента. Впервые за более чем сорок лет. А потому начальство сверху потребовало поймать преступника, убивающего трипольцев, как можно скорее.

      Карим на это лишь развёл руками и со своим уже привычным мне равнодушием, сообщил, что не имеет ни малейших предположений насчёт того, кто же загадочный снайпер. За это он получил хорошенький выговор. Впрочем, мне тоже досталось. В конечном итоге, следователь отпустил нас, но приказал вечером явиться с отчётами о проведенной работе.- Сохрани вас Аллах, чтобы вы пришли ко мне вечером со словами: "никаких зацепок"! - предупредил он нас. - Работайте, бездельники! Выборы на носу!- Хотите сказать, что наш убийца попытается их сорвать? - спросил Карим. - Я так не думаю.- А я тебя не спрашиваю, что ты думаешь, - жёстко отрезал Юсуф аль-Мирджаби. - Я тебе говорю: "работай" и молчи в тряпочку. Всё, пошли вон отсюда оба и чтоб без отчётов не возвращались!- Да, господин аль-Мирджаби! - с видом смиренных праведников, ответили мы и спешно покинули кабинет начальника.

- Что только о себе возомнил этот старый маразматик! - пробурчал Карим, когда мы шли по коридору. Я сделал вид, что пропустил эту реплику мимо ушей.

      Первым делом я направился к судмедэксперту. Да-да, к тому самому, который получил на экспертизу фотографию и никак не мог экспертизу закончить. Но тот лишь развёл руками, поэтому мне пришлось вернуться в отделение к Юсуфу аль-Мирджаби.

- Что, уже вернулся? Никак с отчётом-то? - язвительно поинтересовался следователь, едва завидев меня.- Нет, пока что без отчёта, - ответил я. - Но непременно отчитаюсь за проделанную работу вечером. А пока что мне нужен адрес того убитого, у которого мы нашли фотографию.- Пожалуйста,-Юсуф аль-Мирджаби охотно развернул папку с делом и протянул мне записку с адресом. - Если тебе это, конечно, поможет.- Поможет-поможет, не сомневайтесь, - заверил его я.- По отчёту посмотрим, - спокойно сказал на это начальник.

      Дом убитого был опечатан, а вокруг не было ни души. Я понял, что ничего путного тут не найду, когда увидел на лавочке, в нескольких метрах от здания пожилую женщину в чёрном хиджабе и расшитой абайе. На коленях у неё сидела крупная трёхцветная кошка, которая, услышав мои шаги, чуть приподняла веки, смерив меня презрительным взглядом янтарных глаз. 

- Добрый день, - поздоровался я с женщиной и тотчас же извлёк из внутреннего кармана своего пиджака бумагу с печатью - она заменяла сотрудникам полиции удостоверения.-Я из полиции Триполи.- Из полиции? - пожилая ливийка извлекла буквально из ниоткуда прямоугольные очки в чёрной оправе, надела их и лишь после внимательного изучения моего "удостоверения", согласилась со мной побеседовать. - Действительно, вы из полиции. Что нибудь ищете?- Не что-то, а кого-то, - счёл должным уточнить я. - Мы ищем убийцу мужчины, который проживал вон там,-я указал на опечатанный дом. - Вы можете что-то о нём сказать?- Могу, - женщина утвердительно кивнула.-Но в общем-то тут рассказывать нечего. Убитый был человеком весьма скрытным и никого в свою жизнь не посвящал. Но незадолго до войны он очень серьёзно поскандалил со своей женой. Избил её сильно. Его за это арестовали и, кажется, осудили. И дали жене развод. А когда он вернулся, то связался с каким-то подозрительным человеком. Говорили, что у него тёмное прошлое и он торгует не то оружием, не то наркотиками.- Тааак, - заинтересовался я. - А как звали того человека?- Дайте-ка подумать, - моя собеседница призадумалась. - Абдулла, кажется...Я почувствовал как ёкнуло сердце.- Абдулла? - переспросил я. - Абдулла аль-Асим?- Не знаю, - ответила ливийка. - Я не помню его фамилии. Но помню ещё, что вскоре после знакомства с этим Абдуллой моего соседа вновь арестовали, вроде как за хранение наркотиков. Вот и всё. Больше мне ничего неизвестно, но если вам нужна ещё информация, я могу дать вам номер телефона его горничной - мы с ней одно время были дружны.- Хорошо, давайте, - стараясь скрыть собственное волнение, кивнул я. - Вы нам очень помогли.С этими словами я вырвал листок из блокнота и вытащил ручку. Пожилая женщина написала мне номер телефона, который прекрасно знала напамять.- Благодарю, - отвесил поклон я. - Возможно, именно благодаря вашей информации мы поймаем наконец убийцу.-Удачи вам,-пожелала ливийка. Я пересёк улицу и отправился в тень ближайшей пальмы. Сев на траве, я набрал номер горничной убитого. Та поначалу очень испугалась, а потом, хоть и весьма неохотно, согласилась встретиться в три часа дня около дома его бывшего хозяина. Я взглянул на часы - половина первого. Что ж, время ещё есть. Надо бы позвонить Файсалю - вчера вечером я созванивался с мамой и она, узнав, что я приобрёл картину, просила купить ещё одну специально для неё. 

      Файсаль был рад слышать меня и предложил встретиться у его дома через полчаса. Жил он сравнительно недалеко от места убийства и потому за полчаса я как раз добрался до его дома, не вызывая такси. Но у входа в парадное меня ожидала очень странная картина: вокруг толпились люди, галдели и что-то рассматривали. Пробившись через толпу, я увидел двух мужчин, которые надевали наручники на юношу болезненного вида, коим и был мой знакомый. Один из мужчин, полный, невысокого роста с кудрявыми чёрными волосами и короткими усиками, потрясал какой-то книгой с обложкой насыщенно зелёного цвета. Да так интенсивно и энергично потрясал, что из книги выскользнула фотография. Она описала дугу и приземлилась прямо у моих ног. Я осторожно поднял её, отряхнул и, не глядя, сунул в передний карман пиджака. Прокашлявшись, я ступил навстречу незнакомцам.

- Полиция Триполи, Казимир аль-Афинов, - кратко представился я. - Что происходит? Широкоплечий мужчина повыше, стоявший рядом со своим низким напарником, кивнул на книгу.- Запрещённая литература, - лаконично ответил он и предъявил мне своё удостоверение, которое мало чем отличалось от моего. - Могу ли я видеть ваше удостоверение?- Разумеется, - я порылся по карманам и с большим трудом отыскал свой документ, свидетельствующий о моей принадлежности к числу сотрудников правоохранительных органов. - Вот.Низкий взял это его, повертел в руках и вернул мне.- Коллеги, значит, - еле слышно пробормотал про себя он.- Выходит, что так, - кивнул я. - Вы позволите? - я потянулся за книгой. Прочитав название, я фыркнул: "Муаммар аль-Каддафи. Зелёная Книга" - было выведено на обложке.- И за такое арестовывают? - с явным недоверием покосился я на коллег, бросив быстрый взгляд в сторону Файсаля. Внешне тот был совершенно невозмутим, но в глазах его читалось удивление - видимо, он никак не ожидал, что я окажусь полицейским - и мольба.- Ещё как! - заверил меня усатый.- Но, - я перевёл взгляд с одного полицейского на другого и обратно, мысленно думая как бы спасти Файсаля,-но вы не можете его арестовать! - неожиданно выпалил я.- Это ещё почему? - служители закона смотрели меня уже как на опасного заговорщика, отчего мне сделалось не по себе.- Потому, - я снова взглянул то на одного, то на другого мужчину, - потому... Потому что это человек - наш сотрудник, вот! А эта книга - важная улика! И вообще, вы бы хоть разобрались сначала, а потом уже арестовывали невиновного! Можете спросить у моего начальства, если что.Последние слова я произнёс с глубоким чувством собственного достоинства и понял, что моя тирада произвела на коллег неизгладимое впечатление. Те таращились на меня, словно на приведение.- А что смотрите? - добавил я продолжил врать без малейшего зазрения совести. - Думаете, я случайно здесь оказался? У меня должна была состояться встреча с господином аль-Фатхи, нашим секретным сотрудником, который, правда, лишился всей своей секретности благодаря вашему вмешательству!- Эм, - только и сказал низкий полицейский. Высокий оказался более разговорчивым.- Видимо, произошло недоразумение, - констатировал он.- Приносим свои извинения, - нашёлся наконец и его напарник.- Но, - добавил высокий, - я свяжусь с вашим начальством, чтобы получить подтверждение тому, что сей господин, - он указал на Файсаля,-действительно ваш сотрудник. Кто ваш шеф?- Абдулла аль-Аким, - не моргнув, солгал я. Моя выходка могла грозить мне как минимум выговором - ведь выяснить, что никакого полицейского с по имени Абдулла аль-Аким не существует ничего не стоило, и тогда, запомнив, как зовут меня, эти двое могли нажаловаться в моё отделение. А уж тогда мне точно влетит. Но на тот момент я как-то не особо беспокоился о будущем.- Хорошо, мы свяжемся с ним, - пообещал высокий.- Обязательно, - усмехнулся я. - А теперь уж простите, нам надо идти.Полицейские с большой неохотой сняли с Файсаля наручники.- Всего хорошего, - отвесил быстрый поклон я, забрал "Зелёную Книгу" и уже собирался покинуть место происшествия, когда тот, что повыше, задержал меня.- Фотографию, - протянул он руку.- Какую фотографию? - я сделал вид, что не понимаю о чём он. - Ту, что у вас в кармане.- Ах, вы об этом. Но ведь она лежала в книге? В книге. А значит, также представляет собой вещдок. Такой же как и сама книга. И вообще это - фотография подозреваемого, вы не имеете на неё никаких прав. Счастливо оставаться! Пойдёмте! - я резко свернул за угол дома, увлекая за собой и Файсаля. Люди на тот момент уже почти разошлись.

       Мы прошли несколько кварталов. После этого я, точно так же, не глядя, достал из кармана выпавшую фотографию и вернул её ливийцу. Если бы я только знал, как близок был от истины, сказав, что на снимке - подозреваемый в убийстве! Но я, увы, не мог этого знать.- Меня не интересуют ваши политические предпочтения, - вытерев рукавом пиджака слегка запачкавшуюся обложку "Зелёной Книги", сказал я. - Я не знаю, почему за труд вашего бывшего лидера можно угодить за решётку, но лично я считаю это глупым. Идите с миром, но если вы ещё раз попадётесь моим коллегам, я не буду выручать вас.- Хо-хорошо, - голос моего нового знакомого дрогнул.-Я не знал, что вы работаете в полиции! Зачем вы выдавали себя за туриста?- Не слишком мудро кричать на каждом углу, что ты - полицейский,-ответил я.-А вот то, что я иностранец - правда. Между прочим, почему бы нам не прогуляться в Старый город? Меня заинтересовали картины. Хочу купить ещё одну.- Картины пишет моя хорошая знакомая, Альфард аль-Фатхе, - сказал Файсаль. Он явно всё ещё был в лёгком шоке от происшедшего, но постепенно приходил в себя.-Я могу вам хоть с десяток их предоставить. Вы ведь... спасли меня.- Да ладно, - я отмахнулся. - Спас! Я ничего особенного не сделал.- Но у вас могут быть неприятности, - заметил араб.- Пустяки, - отмахнулся я, хотя уже начал осознавать, что неприятности у меня таки могут быть и при том большие. - Я ваш должник, - сказал Файсаль. - Чем я могу вас отблагодарить?- Для начала спрячь куда-нибудь понадёжнее свою "Зелёную Книгу" - найти ведь могут, - посоветовал я. - Ну и если познакомишь меня с Альфард, то я буду очень рад.- Хорошо, - кивнул ливиец. - Сегодня вечером я позвоню вам. И познакомлю с Альфард.- В таком случае, - я быстро взглянул на часы,-до вечера.- До вечера, - попрощался Файсаль и мгновенно исчез за углом. Я проводил его долгим взглядом.

      На встречу с бывшей горничной я опоздал аж на семь минут! Мысленно ругая себя за мою непунктуальность и несобранность, которые так мешали мне жить, я подошёл к опечатанному дому. Возле него расхаживала туда-сюда женщина средних лет в тёмно-коричневой абайе и тёмно-жёлтом хиджабе под цвет её туфель. 

- Здравствуйте, - подошёл к ней я. - Вы Амира?- Да, - обернулась на меня женщина, явив мне своё худое, сильно вытянутое лицо с и глубоко запавшими карими глазами. - Вы из полиции?- Угу, - в который раз за день извлёк на свет божий я свой уже немного помятый документ.- Спрашивайте, - велела Амира.- Скажите, ваш работодатель был знаком с человеком по имени Абдулла? - сразу перешёл к делу я.- Вы имеете в виду Абдуллу аль-Асима? - бывшая горничная назвала именно того, чьё имя было выведено кровью на асфальте рядом с телом последней жертвы неуловимого снайпера. - О, это был ужасный человек! Он был всегда очень развязным и нарушал все возможные нормы поведения. Он вёл себя совершенно не так, как подобает мусульманину! Господин аль-Асим, стыдно признаться, неоднократно оказывал мне, замужней женщине, знаки внимания! И именно из-за этого я и уволилась. И я совершенно не понимаю, что моего связывать моего хозяина с этим ужасным мужчиной, да простит меня Аллах за такие слова! Впрочем, хозяин мой был человеком очень скрытным и я не могу рассказать о нём очень многое...- Что ж, - я задумался, - не могли бы вы сказать, где живёт этот самый господин Абдулла аль-Асим?- Не знаю, где он живёт сейчас, может, он переехал, - сказала Амира, - но когда я ещё работала, он проживал в Каср-Бен-Гашире. Улицу точно не помню.- Отлично, - довольно потёр руки я. Теперь всё начинало проясняться. - А фотографии у вас его нет?- А зачем она мне? - пожала плечами женщина. - Хотя в доме могут быть совместные с хозяином его снимки - они пару раз фотографировались.- Великолепно, просто великолепно! - я торжествовал. - Спасибо вам большое, вы просто не представляете, какую помощь нам оказываете!- Не за что, - ливийка слегка поклонилась, не задавая никаких вопросов. - Я могу идти?- Разумеется. Я позвоню вам, если будет необходимо.- До свидания.- И вам всего хорошего.На том мы и расстались. После этого я вновь набрал номер Файсаля.

- Слушаю вас, господин аль-Афинов, - послышался радостный голос моего знакомого.- Вы не заняты? - я, успевший уже "потыкать" ливийцу, снова вернулся к уважительному обращению. - Как насчёт того, чтобы прокатиться в Каср-Бен-Гашир?- Я не против. Но освобожусь через полчаса. Давайте встретимся на проспекте Омара Мухтара без четверти четыре,-предложил Файсаль.- Идёт,-легко согласился я...

      Уже в четыре часа дня такси мчалось по направлению к Международному аэропорту Триполи. Каср-Бен-Гашир расположился на 34 километра южнее ливийской столицы. Файсаль, сидя со мной на заднем сиденье автомобиля, рассказывал недавнюю историю городка.- Город во время столкновений в 2011-том очень долгое время контролировался силами лоялистов*. Тут также была их военная база. И вообще жители тут были положительно настроены по отношению к Полковнику**. Ну а что было потом, я думаю, вы догадываетесь... Повстанцы захватили город и взяли под контроль второй аэропорт возле столицы. А вообще, простите за любопытство, зачем вам сюда надо? Вроде бы покидать страну вы не собираетесь? Тогда зачем мы сюда едем - место это далеко не туристическое.- Я, не поверите, еду сюда, чтобы спасти от вражеской пули одного весьма сомнительного господина, - пояснил я. - И очень боюсь, что мы можем опоздать и его уже будет слишком поздно спасать.- То есть вы расследуете убийство? - заинтересовался Файсаль.- Что-то вроде того. Но рассказывать подробности вам не могу - тайна следствия, понимаете.- Понимаю. А вообще я хорошо знаю Каср-Бен-Гашир, так что, может, смогу вам помочь найти нужного человека.- Возможно. Но для начала я обращусь к моим коллегам.Как сказал, так и сделал.

      Едва мы прибыли в город, как Файсаль по моему распоряжению отвёл меня в полицейский участок. Там я, представившись, потребовал начальника. Полицейские не сильно горели желанием его звать, но я настаивал и под конец даже пригрозил сообщить обо всём начальникам в Триполи, которых я даже не знал. Угроза особого эффекта не возымела, но доблестные стражи правопорядка наконец зашевелились. Тощий дежурный попросил нас подождать и куда-то ушёл, вернувшись в сопровождении сгорбленного седовласого старца с длинными усами, чем-то напоминающего кота. Одет он был в традиционные белоснежные бедуинские одежды, состоящие из галабеи*** городского типа, белой туники и куфии - головного убора из хлопка, обхваченного двумя обручами. 

- Асаламу алейкум, - приветствовал нас пожилой мужчина. - Меня зовут Имад Кусам Ибрахим ибн Фарид аль-Мухад, следователь. Чем могу быть полезен?- День добрый, - поклонился я. - Меня зовут Казимир аль-Афинов, я родом из Украины и работаю в полиции Триполи, вот и подтверждение этому, - выудил я бумагу. - Мне очень нужна ваша помощь. Дело в том, что я разыскиваю человека по имени Абдулла аль-Асим и он, по предварительным данным, проживает в вашем городе. Прошу вас, помогите мне найти его.- Махмуд, - обернулся на молодого дежурного пожилой следователь,-неси-ка сюда все списки жителей городка, что сохранились со времён Джамахирии****, да побыстрее.- Иду, - буркнул дежурный. 

      Имад Кусам Ибрахим ибн Фарид аль-Мухад пригласил нас в свой кабинет. Кабинет был очень маленьким и очень обветшалым - обои слезали со стен, с потолка сыпалась штукатурка и свисала одинокая лампочка. По оконному стеклу проходила крупная трещина.- Последствия обстрела, - кивнул на окно следователь.-И до сих пор ничего не изменилось.Он сел за стол у которого отсутствовала одна ножка и была заменена старыми книгами с рваными переплётами. Мне и Файсалю пришлось сесть на холодные железные стулья.- Глупая война, - пробормотал пожилой бедуин, извлекая из ящика стола кипятильник. - Глупая и бессмысленная. Сколько народу погибло - не сосчитаешь! И главное - за что? Всё в мире приходяще. А насилие всегда возвращается к причинившему его. Будете чай?Вместо ответа я задал весьма нелепый вопрос.- Вы философ? - спросил я.- В каком-то смысле - да, - взглянув прямо мне в глаза, ответил господин аль-Мухад. Глаза его были выразительными и проницательными, казалось, что их обладатель видит тебя насквозь.-А вообще я не приверженец ни Джамахирии, ни новых властей. Так какой всё-таки чай вам по душе?- Мне без разницы, - сказал я.- А мне, если можно, зелёный, - попросил Файсаль.

      Господин аль-Мухад с трудом поднялся, опираясь на свою трость, и поковылял к маленькой табуретке у розетки.- Дайте я вам помогу! - подскочили разом я и Файсаль. - И вообще, не надо нам чаю.- Мы сами заварим, - сказал я. - И вам, и нам, - добавил Файсаль. Но попробовать чая нам так и не довелось - дверь в кабинет противно скрипнула и вошёл молодой дежурный с потрёпанной картотекой.- Вот, - он поставил коробку с рассортированными карточками на стол следователя.- Благодарю, - кивнул Имад Кусам Ибрахим ибн Фарид аль-Мухад. В дальнейшем буду называть его просто Имад аль-Мухад. Дежурный поклонился и вышел.

- Нус, - тонкие костлявые пальцы пожилого следователя осторожно пробежались по карточкам. - Абдулла аль-Асим говорите, вам нужен? Посмотрим... Ага, вот! Смотрите: с 1976-го года, а именно в этом году и появилась данная картотека, в Каср-Бен-Гашире проживает семь человек по имени Абдулла аль-Асим.- Семь?! - вырвался из моей груди сдавленный стон. - Аж целых семь?!- Ну, - господин Имад аль-Мухад отложил в сторону две карточки, - уже пять. Один из них переехал в Бенгази года так два назад, а второй умер от рака незадолго до начала войны.- Может, тот, что переехал в Бенгази мне и нужен, - пробормотал он. - А чем занимался этот человек? Он попадал хоть раз в ваше поле зрения?- Тот, что уехал? Лишь однажды. Его шантажировали, так как он был весьма преуспевающим некогда бизнесменом и мы вызвались ему помочь.- Что ж, тогда это вряд ли он. Адреса у вас имеются?- Да, но у некоторых они менялись, поэтому старый адрес зачёркивался и писался от руки. Вы разберётесь?- Вполне, - почерк мне был понятен и я, достав свой смартфон, сделал несколько снимков.- Премного благодарен вам, господин аль-Мухад, - я встал.- Обращайтесь, если понадобится, - старик подошёл к двери. - Вы не останетесь выпить чаю? Ах да, понимаю - долг зовёт. Ну ничего. Заходите в любое время - я всегда буду рад вам. Эй, Махмуд! Проводи гостей.- Хорошо, - дежурный был тут как тут.

      Первый Абдулла аль-Асим оказался очень почтенного возраста. Ему, судя по словам родственников, было уже за девяносто и он плохо разговаривал, так что сразу стало ясно, что он никак не может быть связан с убитым. А вот второго Абдуллы дома не оказалось. Нам открыла его старшая сестра, женщина довольно хмурая и немногословная и сообщила, что брат ушёл.

- Он отправился в магазин, сказал, что скоро вернётся, - сообщила она.- А как скоро, не сказал? - заметно волнуясь, спросил я.- Нет, - отрезала женщина. - И вообще, почему это вдруг полиция Триполи заинтересовалась моим братом?- Не важно, - на какое-то мгновение я уже собирался рассказать ей всю правду, но потом передумал - зачем пугать людей лишний раз, ещё неизвестно, как она отреагирует. - Спасибо за информацию. До свидания.- Всего хорошего, - арабка проводила меня и Файсаля долгим недоумённым взглядом и, лишь немного погодя, закрыла за нами дверь.

      Мы вышли на улицу и сели на лавочке у подъезда.- Будем ждать, - решил я. - Если Абдуллу аль-Асима не застрелили по дороге домой, то он вскоре появится.- А почему его должны убить? - спросил Файсаль.Я вздохнул.- Это тайна следствия, мой друг.

      Так прошло полчаса. Мимо нас проходили в основном либо женщины, либо дети. В подъезд за всё это время зашла только лишь одна ливийка с коляской и мальчишка лет десяти. Но вот впереди показались трое людей. Когда они поравнялись с нами, я едва не ахнул от изумления - троица представляла собой Тиёко Киросаки и Мартина Доджеса, ведущих под руки отчаянно брыкающегося араба с массивными челюстями и бульдожьим лицом, у которого при себе имелся пакет с продуктами. Араб яростно выкрикивал "Произвол!" и пытался вырваться, но японка и её ассистент держали его слишком крепко.

- Господин Афинов? - в изумлении уставилась на меня Тиёко, остановившись передо мной. - Что вы здесь делаете?- Ищу Абдуллу аль-Асима, - любезно ответил я. В этот момент араб наступил на ногу Мартину. Тот взвыл от боли и ослабил хватку. Ливиец, оказавшись наконец на свободе, бросился к подъезду.- Стойте! - крикнул ему я. Мужчина замер в каком-то метре от входа в дом и резко обернулся.- А вы ещё кто такой? - с явным недовольством спросил он.- Казимир аль-Афинов. Полиция Триполи,-потряс у него перед носом своей бумагой я. - Вы Абдулла аль-Асим?- Ну я, - нахмурил густые брови араб. - А что полиции-то от меня нужно?- Сядьте! - приказал я и едва ли не насильно усадил между собой и Файсалем. - Полиции известно, что вас хотят убить. А потому мне надо зажать вам парочку вопросов.- А если я откажусь отвечать на них? - сощурил маленькие чёрные глазки господин аль-Асим.- Дело ваше, - я пожал плечами. - Но тогда я и динара не дам за вашу жизнь.- Ну ладно, - араб некоторое время помолчал, обдумывая что-то, и лишь потом заговорил. - Только сразу скажу - врагов у меня нет.- Враги есть у всех, - философски изрёк Файсаль.-Даже у Аллаха*****.Но Абдулла аль-Асим не обратил ни малейшего внимания на это высказывание.- У меня нет врагов, - повторил он. - И я без понятия, кому может понадобится меня убивать.- Но ведь кто-то уже убил одного вашего знакомого в Триполи, - заметил я. - И факты указывают на то, что этот кто-то охотится теперь за вами. И кстати, вы знакомы с человеком по-имени Муслим?- Муслим? - араб наморщил лоб, припоминая.-Ну, в наших рядах определённо был такой человек, но я с ним не общался.- В ваших рядах? - не понял я.- Я бывший военный, - очень неохотно признался Абдулла.- Бывший военный? - задумался я, не без торжества отметив, как хлопают глазами Тиёко и Мартин, не понимающие ни единого слова по-арабски. - Тогда дело проясняется: кто-то из ваших врагов с войны ищет вас и ваших сослуживцев со знакомыми, чтобы убивать. Возможно, из мести... Интересно, что вы думаете по этому поводу? Или, может, скажете, что на войне у вас не было врагов?- Были. Конечно же, были, - раздражённо ответил мужчина. - Все сторонники проклятого Полковника были моими личными врагами!- Эм, - на какое-то мгновение я обмер и уже собирался попросить Абдуллу повторить, когда до меня дошёл смысл сказанного. - Так вы повстанец?- В каком-то смысле - да, - кивнул Абдулла. - И я, и Муслим, и мой товарищ из Триполи были повстанцами и...И больше сказать ничего не успел - прогремел выстрел...

      Я щекой почувствовал, как мимо меня пролетела пуля и даже увидел, хотя и не берусь утверждать наверняка, её отражение в глазах Абдуллы. А потом мне на лицо брызнула тёплая кровь. Тиёко дико завизжала. Мартин обмер и упал в обморок. А я просто замер. Замер, не зная что делать...

*Лоялисты - сторонники Муаммара Каддафи.**Полковник - имеется в виду бывший ливийский лидер Муаммар Каддафи. После окончания войны его имя было запрещено произносить.***Галабея - длинная, до пят, мужская рубаха без воротника с широкими рукавами.****Джамахирия(араб. "Джамахир" - массы) - форма правления в Ливии со 2 марта 1977-го года по 2011-й год. ***Враги Аллаха - Файсаль имеет в виду Иблиса, который аналогичен Дьяволу, и его падших ангелов.