Глава тридцать первая

Вы можете представить себе, что почувствовал Боб Салливан, когда увидел, как на лице Шарлотты буйным цветом расцвел страх?Они встретились в доме на окраине Крэнстона через пять дней после нашего с ней последнего сеанса. Она помнила руку Боба на своем плече, другую в волосах, время от времени пригибавшую вниз ее голову, пока его бедра хлопали по ее ягодицам. Глубокое проникновение и издаваемые им каждый раз стоны. Порой, когда он это делал, она представляла вместо себя Дженни. Мне ни о чем таком Шарлотта не говорила. Думаю, для нее это было слишком личное. Но я все равно знал.Я не могла даже на него смотреть. Мне казалось, что я живу в каком-то параллельном мире, где все было точно то же, только воспринималось мной совсем иначе. Думаете, в этом нет никакого смысла? Мне кажется, что так бывает всегда, разве нет? Когда узнаешь, что у твоего супруга есть любовница и он ворует деньги. Боже, до меня только что дошло, что Том будет смотреть на меня, как в тот самый день, да? Когда узнает, чем я занимаюсь, когда ему придется смириться, что хорошей Шарлотты попросту не существует.– Давайте сегодня не будем надолго задерживаться на хорошей Шарлотте. Лучше сосредоточимся на том, что произошло с Бобом, ведь это очень важно. Но в то же время очень неприятно и болезненно, хотя сейчас вы, возможно, этого еще не осознаете. Вы любили если и не Боба, то того мужчину, которым его считали. И верили, что он тоже вас любит, любит по-настоящему, несмотря на все тайны вашего прошлого.Я даже не могу сказать, что на самом деле чувствую, Алан. Правда. Поэтому дайте мне возможность просто передать, что между нами произошло. А вы потом скажете, что по этому поводу думаете, хорошо?Я кивнул:– Разумеется.К разговору о вечере дегустации вина я больше не возвращалась. Он стоял на том, что я в прошлый раз ошиблась, и мне захотелось понять, как я буду себя чувствовать рядом с ним. Смогу ли жить с этой ложью и неуверенностью или нет.– Шарлотта, – сказал я, – вы же задумались о том, не Боб ли сотворил все это с Дженни. Я прав? Или вас волнует лишь, где он пропадал той ночью и не провел ли ее с другой женщиной?Нет! Я никогда не думала, что это Боб. – Лгала она хорошо. – Но вместе с тем знала, что он прекрасно помнит где был той ночью. Вот в чем проблема. Почему он не сказал мне?– Все в порядке. Продолжайте.Он налил мне выпить, порой я соглашаюсь, если для этого, конечно, не очень рано. Налил и себе. Было приятно что-то держать в руках, ведь мы не испытывали ни малейшего желания друг к другу прикоснуться. Я спросила, разрешились ли его вопросы, он ответил, что нет, и добавил, что дело о той дегустации вина вышло из-под контроля. Сказал, что ему пришлось нанять адвоката и что они с ним отказались отвечать на дальнейшие вопросы. Мне кажется, ему не следовало этого делать, как вы считаете?– Вы правы. Не стоило. Такое ощущение, что он что-то скрывает.Ну да. Он тоже так сказал. А потом добавил, что теперь полиции не остается ничего другого, кроме как получить ордер, что повлечет за собой немедленную огласку дела. Его адвокат недвусмысленно дал понять, что они сразу же подадут в суд. Ущерб бизнесу, репутации, семье, удар по выборам… Боб с адвокатом уверены, что полицейское начальство на это не пойдет. Ведь на самом деле у них на него ничего нет, правда? Старое дело еще со времен учебы в колледже. И разногласия по поводу дегустации вина в клубе, имевшей место больше года назад. Так что никакого ордера они не получат, не так ли?– Не знаю, Шарлотта. Но у меня такое ощущение, что он все же беспокоится. Или вам показалось, что Боб уверен в себе?Нет, он совсем не выглядел уверенным. Все говорил что-то вроде «Как такое могло случиться? Почему все против меня? Как им могло в голову прийти, что я изнасиловал юную девушку? У меня больше двадцати миллионов долларов! Я скоро буду избран в законодательный орган штата! Я даже встречался с нашим долбаным президентом!» Потом добавил, что его голова вот-вот взорвется, в общем, что-то очень театральное. Для его самолюбия вся эта ситуация стала одним сплошным оскорблением.– Да, надо признать, что все это не очень приятно. Неужели он не может принять их позицию? Неужели не понимает, что они просто вынуждены довести расследование до конца?Я уже говорила вам, что вся эта история заставила меня взглянуть на него по-другому. Мне не хотелось просто выбросить все из головы, заняться сексом и потом поехать домой… В тот раз я просто не смогла. И высказала все, что думала. Буквально повторила слова, которые вы только что произнесли. Что им нужно все досконально проверить. Сказала, что он должен сказать, где провел тот вечер, и тогда от него отстанут. И добавила, что не понимаю, почему он сопротивляется.– И как он это воспринял?Плохо. Буквально взбесился. Швырнул стакан, лицо его побагровело, глаза обезумели и расширились. Он подошел ко мне вплотную, взял за руки и вперил в меня изучающий взгляд. А потом напрямик спросил, не думаю ли я, что это он изнасиловал мою дочь.Шарлотта судорожно вздохнула и поднесла ко рту руку. Затем, не сводя глаз с этикетки на цветке, медленно покачала головой.Я ответила, что нет. Сказала, что уверена – он никогда ничего подобного не сделал бы. Но почему тогда он так упорно отказывается сказать, где был? Да и потом, есть же еще Дженни и его голос у нее в голове. Не знаю. Думаю, он мне не поверил.В этот момент Шарлотта полностью погрузилась в воспоминания о той встрече. Я несколько мгновений ее не тревожил – достаточно долго, чтобы к ним примешалась дополнительная доля сомнений. Вы понимаете, зачем я это сделал, не так ли? Эти воспоминания вернутся в свои ячейки слегка измененными, окрашенными подозрениями в отношении Боба.– И чем же закончился ваш разговор, Шарлотта? На чем вы расстались?О-хо-хо. Нехорошо закончился. Он сказал «да пошла ты» и ушел.– «Да пошла ты»? Он так сказал?Ага. После трех лет вместе, после торжественных заверений в любви и нежных моментов во время занятий сексом. После того, как он столько раз влюбленно смотрел мне в глаза. Как такое могло случиться? Как мы можем так поступать, чувства ведь постоянны и остаются даже тогда, когда отношениям приходит конец, правда? Теперь я больше ни во что не буду верить, ни в чувства, ни в признания, ни в саму любовь. Ерунда все это. Одни только гормоны, похоть и потребность заполнять пустоту в душах людей. Мы всего лишь используем друг друга, понимаете? И суть никогда не соответствует внешней форме.– Да, Шарлотта, здесь есть о чем поговорить. Вы правы, люди действительно поступают так друг с другом. Но порой их отношения перерастают в нечто большее. Иногда шаткая любовь, основанная на похоти и стремлении заполнить душевную пустоту, превращается во что-то другое. И тогда мимолетные связи, которые застают нас врасплох, будто налетевший из-за угла порыв холодного ветра, укрепляются и становятся якорем для более постоянного чувства. Именно так большинство людей описывают стабильные отношения. Это как сама связь, так и потребность ее поддерживать. Потом мы холим и лелеем эти отношения, проявляя заботу и доброту, то есть совершаем акты любви. Так мы относимся ко всему, в чем нуждаемся. Но для одного дня это уже многовато, вы так не считаете? Скажите, а как вы чувствуете себя сейчас, после того как Боб ушел и сказал вам «да пошла ты»?Я сбита с толку. У меня такое ощущение, что я заблудилась в этой жизни.– Но это же просто здорово, Шарлотта.Здорово? Скорее печально.– Позвольте задать вам один вопрос: если бы Боб сейчас позвонил вам и извинился, вы бы сошлись с ним вновь? Занялись бы с ним любовью?Я бы хотела. Но не смогла бы. Как после этого я могла бы заниматься с ним сексом? Теперь, после всей этой лжи и жестокости, когда я увидела, какой он человек, как он то становится сентиментальным, то впадает в агрессию. Но то, что мне хотелось бы, это точно. Мне очень тяжело и горько осознавать, что все это позади. Благодаря нашим отношениям я могла хоть как-то жить.– Я знаю. Вам действительно очень трудно бросить Боба. Вы не могли бы сделать для меня одну вещь? Не ищите ему замену. Просто поживите немного с этим чувством дискомфорта в душе. Погрузитесь в свою боль и посмотрите, как долго вы сможете ее терпеть. Я полагаю, она пройдет. Это примерно то же самое, что удариться большим пальцем ноги о ножку дивана.Шарлотта согласилась. Бросив курить, от одной сигареты она только что отказалась, по крайней мере, на данный момент. Как же я ею гордился! Да, я с упорством маньяка преследовал цель спасти своего сына. Но в то же время хотел закончить работу с Дженни. Тома и Шарлотту я в расчет не принимал. Для них в моей душе просто не было места. Но это отнюдь не означало, что мне теперь было на них наплевать. Я приложил слишком много усилий. Как сказала бы Дженни, они для меня представляли математическую задачу, которую я мог решить, причем без труда. И как мне было этого не желать? Я же врач, и мое призвание – лечить и исцелять.Тогда я не принимал во внимание возможный суммарный эффект взаимодействия различных элементов моего плана, но теперь вижу его отчетливо. Чтобы Шарлотта рассталась с Бобом, могли потребоваться годы. Годы! И к тому моменту, когда она на это решилась бы, могло быть слишком поздно. Я был глубоко удовлетворен успехами Шарлотты и доволен собой, пусть даже это звучит несколько эгоистично. С миссис Крамер все будет в порядке, я это отчетливо понимал. Самым трудным для нее стало расставание.С Бобом все будет намного хуже.