Часть 6

Едва я успела осознать, что по Дэмиену стреляют, как взревел мотор и наша машина рванула вперед. Сет сбил легкую деревянную ограду, пересек тротуар и влетел в парк, ломая кусты остролиста.— Пригнись! — заорал он мне, вытащил пушку из бардачка, прицелился и выстрелил. На пистолете стоял глушитель, я не слышала выстрелов, только металлические щелчки спускового крючка.Наша машина прикрыла Дэмиена и его подругу, а Сет палил по тем, кто в них стрелял! Может быть, я поторопилось с выводами, и даже в этой Вселенной найдется местечко для справедливости?

— Ушел, — пробормотал брат. — Не вылезай пока.Потом он выскочил из машины и, пригнувшись, подбежал к лежащему на земле Дэмиену.— Вы целы? — спросил он.— Да, но его ранили... — ответила Дженнифер. — Прошу, помогите...Я выглянула из окна машины и наблюдала за тем, как Сет хлопочет над подстреленным Стаффордом. Куртка на плече Дэмиена была разорвана, и ткань вокруг разрыва уже пропиталась блестящей, багровой кровью.— Дерьмо, застряла где-то в плече, — заключил мой брат. — Нужно в госпиталь...— Только не в госпиталь, — пробормотал Дэмиен.— Почему?! — воскликнула Дженнифер.Он вцепился в ее руку и сказал:— Если твой отец узнает, что в момент покушения ты была рядом, а он узнает, он же полицейский, то я больше никогда тебя не увижу. Он близко меня к тебе не подпустит. Рана не серьезная, мне нужно просто вытащить пулю...— Везите его в госпиталь, — скомандовала Сету Дженнифер.— Не вздумай, — отрезал Дэмиен.— Боже, — закатил глаза Сет. — Только не ссорьтесь, голубки́. Вытащим пулю у нас, у нас есть свой врач.— А как же отец? — спросила я, бледнея.— Он уехал по делам и вернется через пару дней. Дженнифер, в машину.— Откуда вы знаете мое имя? — насторожилась та, панически разглядывая Сета.— Тут кое-кто уже знаком с тобой, — пояснил Сет, указывая на меня.Я высунулась из-за сиденья и показалась Дженнифер. Она сразу же узнала мою физиономию, разрисованную фломастерами, следы от которых я не смогла до конца смыть.— Дэмиен вчера спас меня, — сказала я. — Теперь моя очередь.— Спасибо, — прошептала она, уже не пытаясь сдерживать слезы.

Мистер Флинт, семейный хирург, уже ждал в операционной, куда Сет привел спотыкающегося Дэмиена. Рядом с мистером Флинтом стояла Рейчел. Она хмурилась, но приняла нашу сторону. Рейчел всегда была голосом справедливости и милосердия: она не смогла бы выкинуть на улицу раненого человека, даже если этот человек — страшный, ужасный, демонический Стаффорд.— Кристи, смой кровь с пола, — поручила мне она, придерживая дверь, мимо которой Сет пронес потерявшего сознание Дэмиена (пол и правда был не ахти: цепочка кровавых капель тянулась из гаража до самой операционной). — Перчатки под раковиной на кухне, моющее средство там же. И лучше бы тебе уже начать репетировать рассказ о том, как все это произошло.— Случайно, — ответил вместо меня Сет. — Мы просто поехали поесть мороженого, и тут бах... видим подстреленного Стаффорда.— Вообще-то Кристи была под домашним арестом, Сет, — сказала Рейчел, выгоняя нас из операционной.— Да-а? — невинно заморгал тот, укладывая Дэмиена на стол. — А я думал, отлупили щенка и пусть дальше бегает, где хочет.— Никто меня не лупил, — буркнула я.— Я вообще-то выгораживаю тебя, задница, заметила? — фыркнул Сет, когда дверь захлопнулась.Дженнифер помогла мне отмывать кровь. Мы с ней на пару возили тряпками по полу и выжимали их в ведро.— Мистер Флинт немного странноват на вид, но отец говорит, он отличный хирург, — сказала ей я, прислушиваясь к звону медицинских инструментов за дверью операционной.— Спасибо, — прошептала Дженнифер. — Я, правда, не совсем понимаю, зачем ты нам помогаешь. Я в курсе, что между вашими семьями не все гладко.

«Не все гладко» — не то слово. Скорее, между нашими семьями все так же шершаво, как шкура на загривке дьявола.— Я видела, что Тайлер сделал с тобой, это было ужасно, — заглянула мне в глаза Дженнифер. — Я искренне надеюсь, что он перерастет эту жестокость и агрессию.— Не думаю, что так бывает, — пожала плечами я. — Волчья стая не родит болонку.— Но Дэмиен же изменился, — возразила она.— Он тоже в детстве похищал людей?— Нет, но и подарком он не был. Мы учились с ним в одном классе в старшей школе, и у Дэмиена были большие проблемы с... да со всем! Он срывал уроки, постоянно с кем-то дрался и доводил директора до нервного срыва. А потом я начала замечать, что все это поведение — это как... способ убежать от чего-то. И я спросила у него однажды: «От чего ты бежишь?» Наверно, Дэмиен и сам не отдавал себе в этом отчет, но после моего вопроса задумался обо всем, что делает. Мы стали общаться, он начал меняться. А в университете предложил мне стать его девушкой...— Так вот в чем дело!— Cherchez la femme, — кивнула Дженни и утерла рукавом вспотевший лоб.— Что это значит?— Это такое клише из бульварных детективов, которое подразумевает, что в корне любого происшествия или преступления якобы находится женщина. Что-то стряслось? Ищите женщину. Кого-то убили? Причина в женщине. В стране переворот? Скорее всего, женщина стоит за спиной мятежников или стала яблоком раздора.— Глупо, как по мне, — фыркнула я. — Мужчины тоже неплохо приумножают катастрофы.— Согласна, — кивнула Дженнифер, улыбаясь.В конце коридора распахнулась дверь, и из операционной вышла Рейчел.

— Дженнифер, — позвала она. — Можешь войти.Девушка вскочила на ноги и поспешила в операционную. Я тоже двинулась было следом, но Рейчел встала у меня на пути:— Уборка закончена?— Не закончена, — буркнула я.— Тогда за дело. — И она захлопнула дверь прямо перед моим носом.Пусть относятся ко мне как к ребенку, но, вообще-то, я сегодня поспособствовала спасению человека. Если бы не я, то Дэмиен уже, наверно, остыл бы. Я приложила ухо к двери и стала слушать.— Врач остановил кровотечение и достал пулю, — сказала Рейчел за закрытой дверью. — Сейчас он еще под наркозом и спит, но ты можешь остаться тут, пока он не придет в себя. А теперь расскажи мне, что произошло. Что с его лицом и кто стрелял?— Он повздорил с отцом сегодня ночью. Это отец так отделал его. — Дженнифер помолчала и с опаской добавила: — А кто стрелял, я не знаю. Сначала я подумала, что это был ваш человек, мэм...— Не наш, — ответила Рейчел. — Теперь послушай внимательно: мой муж в отъезде и вернется через два дня, вы можете остаться, но должны уйти до его возвращения. Этот дом — не самое лучшее место для человека с фамилией Стаффорд.— Людей с фамилией Стаффорд, — уточнила Дженни.— То есть? — удивилась Рейчел.— Я тоже Стаффорд, мэм. Две недели назад мы с Дэмиеном обвенчались.Я уронила на пол тряпку, и она издала громкий чавкающий звук.— Обвенчались? В церкви? — изумленно переспросила Рейчел.— Да, — ответила Дженнифер. — Именно там это обычно и происходит.Рейчел вышла из операционной. Я отпрянула от двери за секунду до того, как она распахнулась, и тут же принялась с удвоенным рвением тереть пол.— Идем-ка со мной, Кристи, — сказала она. — Хватит подслушивать.Пока дверь была открыта, я успела разглядеть спящего Дэмиена с туго перебинтованным плечом и склонившуюся над ним Дженнифер. Ее светлые волосы растеклись по ее спине покрывалом и еще — Матерь Божья! — я увидела, что она носит крестик на цепочке! Он выпал из выреза ее блузки, как только она склонилась над Дэмиеном!— С ним все будет хорошо? — спросила я Рейчел.— С ним все будет прекрасно, чего не могу сказать обо всех нас.Мы вошли на кухню, где за столом уже собрались семейные телохранители — мрачные, как палачи. С ними сидел мой брат Майкл, уже осведомленный о том, что у нас в доме раненый Стаффорд. Узнав об этом, он вернулся из религиозной семинарии, в которой учился, домой. На лице у него застыло такое выражение, словно он только что узнал о конце света. Глаза, обычно ясные и спокойные, теперь излучали тревогу и мрак. Ему уже стукнуло двадцать, он владел всеми видами огнестрельного оружия, реакция у него была как у ястреба, и Стаффордов он вообще не боялся, но принять одного из них в нашем доме было выше того, на что он мог пойти.Зато Сет попивал на подоконнике сидр, оттопырив мизинец, и выглядел на редкость счастливым.— За доброту придется расплачиваться, я уверена в этом, — сказала Рейчел, оглядывая всех нас. — Я позволила ему остаться здесь только потому, что это не по-христиански — выставить из дома раненого человека. Но Дэмиену нельзя позволять выходить из операционной комнаты. Нельзя, чтобы он изучил дом и расположение комнат. Сейчас он, конечно, не в состоянии бродить по нему, но завтра придет в себя. За девушкой тоже стоит следить. Похоже, что Дэмиен действительно серьезно разругался с отцом, но, с другой стороны, Хью Стаффорд отходчивый тип, и я не хочу, чтобы у Дэмиена был план нашего дома, когда они снова помирятся.— Я позабочусь о том, чтобы они сидели на месте, — сказал Майкл.— Может, просто отправить их отсюда подальше? — предложил один из телохранителей мачехи.

— Например, на тот свет, — вставил другой и расхохотался.— Он не будет шпионить! — возмутилась я. — Он не такой! А Дженнифер — просто ангел. Я видела, как она плакала только потому, что Дэмиену было плохо!— Как вы оказались там? — спросила Рейчел, переводя взгляд с меня на Сета и обратно.— Я же говорил: поехали поесть мороженого...— Чушь!— Клянусь, мы не искали приключений. Все случилось само по себе. Стаффорд гулял по парку с девушкой, и тут по ним застрекотали пули...— Вот и пусть бы стрекотали, — пробормотал Майкл.— Мне было стыдно бездействовать на глазах у ребенка! — Сет кивнул в мою сторону. — Так что я газанул и...

— Как ты посмел тащить сестру под огонь? — ледяным тоном произнесла Рейчел. — Ее же могли подстрелить! Она могла погибнуть! Или машина взорвалась бы, если бы пуля угодила в бак. Не понимаю, чем ты думал. Тебе двадцать три года, Сет, ей — пятнадцать, но ума, как я погляжу, нет ни в той голове, ни в этой!— Я действовал на автомате, — пробормотал Сет.— Ты тоже под домашним арестом.— Спасибо, — пропел брат и грохнул пустым стаканом о подоконник. — Только о том, что подверг опасности Кристи, я и жалею. Но о том, что спас Стаффорда, не жалею ни капли. Пацана выперли из семьи и чуть не пристрелили. Пусть хоть что-то хорошее с ним случится в награду за спасение Кристи.— Уверена, он уже пожалел о том, что сделал для нее, — сказала Рейчел, наливая кипяток в чашку.— Пожалел или не пожалел, но вот она — я, стою тут и дышу! — выкрикнула я. — Разве этого мало, чтобы подумать о нем хорошо хотя бы раз?— Устами младенца глаголет истина, — подпел Сет. — Хотя бы раз давайте подумаем хорошо о Стаффорде.— Только один раз. В благодарность за спасение Кристи, — закончила Рейчел.

Рейчел запретила мне приближаться к комнате Дэмиена. Но нарушать правила было моим любимым хобби, поэтому ближе к полуночи я заварила на кухне три большие чашки какао, густо посыпала их маршмеллоу и тихонько пробралась в северное крыло дома — туда, куда после операционной переехали наши гости. Если, конечно, «гости» — верное слово.Дверь караулил Майкл, но я наврала ему, что это Рейчел попросила принести больному напитки, и он пропустил меня.

В комнате стоял полумрак, горела только настольная лампа. Дэмиен дремал — его грудь, укрытая одеялом, тяжело вздымалась. Кожа была бледной, как простынь, а веки подрагивали во сне. Дженнифер сидела в кресле рядом и читала книгу. Даже сейчас, после всего, что ей пришлось пережить, она выглядела изумительно: рассыпавшиеся по плечам белокурые волосы, маленькие веснушки на бледной коже и огромные серые глаза с мокрыми ресницами: наверно, снова плакала. Она подняла глаза и, увидев меня с большим подносом наперевес, радостно улыбнулась:— Это нам?— Да, немного сладкого, которое снимает стресс. Ты любишь какао?— Сейчас это то, чего я хочу больше всего на свете, — улыбнулась она. — Ну, после выздоровления Дэмиена, конечно.Я поставила поднос на стол и протянула ей чашку.— Как твой муж? — спросила я, с удовольствием наблюдая за ее реакцией. — Я уже в курсе, что вы женаты.— Благодаря девочке, которая всегда все знает, он жив, — улыбнулась она. — И надеюсь, скоро пойдет на поправку.— Все равно не вышло бы секрета, я заметила одинаковые кольца на ваших безымянных пальцах, — сказала я.— Глаз — алмаз, — похвалила Дженни.— Жаль, что мой глаз-алмаз не заметил снайпера. Сет его приметил, да и то слишком поздно.— Не поздно, — возразила Дженни. — Мы все живы, значит, совсем не поздно... Как вы там оказались?— Я слышала, что вы планировали встретиться после университета, когда сидела на кухне прикованная к батарее. А когда родители мне сказали, что Дэмиен после всего, что сделал для меня, вероятно, не жилец, я решила проведать вас. Сет составил мне компанию.

— Знаешь, что, Кристи? — сказала Дженнифер. — Я буду молиться за тебя каждый день. Я навсегда запомню это.— Ты будешь молиться? — переспросила я. — Серьезно? Ты знаешь молитвы?Мне показалось совершенно немыслимым то, что Дэмиен, порок во плоти, женился на девушке, которая тоже знала молитвы.— Да, я знаю много молитв, — улыбнулась Дженнифер.— И Дэмиен... не против? — спросила я.— А почему он должен быть против? Атеист — не значит сатанист, — рассмеялась она.Мы еще поговорили с Дженнифер обо всем, что лезло в голову, и допили какао. Почему-то я чувствовала себя сказочно счастливой. Свет и тепло наполнили мою голову, мои легкие — меня всю. Наверно, я открывала рот — и из него вылетал луч. Наверно, сияние исходило из моих глаз. Наверно, кончики моих пальцев светились, как маленькие светлячки.Что со мной случилось? Я спасла человека, который спас меня, — вот что случилось! И теперь он в безопасности — здесь, рядом. И еще он любим. Есть та, кто бережет его покой. Она держала его за руку, когда его тело прошили пули. Она сделает его счастливым.Я не испытывала к ней ревности. Во мне не было чувства, даже отдаленно похожего на ревность. Дженнифер словно была неотделимой частью Дэмиена, его продолжением — а значит, на нее моя симпатия распространялась тоже. Ведь нельзя любить сокола, но не любить его крылья. Нельзя любить солнце, но не любить его свет! Когда я перед уходом обняла ее — я словно обняла и его тоже. Когда она улыбнулась мне напоследок, я знала, что мне улыбается и он.Я, видимо, совсем разомлела от этих чувств, потому что не восприняла всерьез Майкла, который встретил меня сразу за дверью комнаты — мрачный, как диктор, зачитывающий плохие новости.

— Ты солгала мне, никто не отправлял тебя туда с какао, — сказал он хрипло.— И что с того? — бросила я ему, лениво хлопая глазами.— Только то, что я знаю, чьи похороны будут следующими.— Мои, что ли? Потому что я соврала своему большому, грозному брату?— Нет, мы будем хоронить твои маленькие, дурацкие иллюзии, Кристи. И знаешь что? Иллюзии хоронить порой тяжелее, чем людей.— Я не понимаю, о чем ты говоришь, Майкл.— Однажды наступит день, когда ты в этом убедишься. День, когда это отродье вонзит тебе нож в спину, пока ты будешь порхать вокруг него с фарфоровой посудой!Майкл схватил меня за плечи и хорошенько встряхнул. Я не удержала поднос с пустыми чашками, и он рухнул на пол. Чашки разлетелись на мелкие осколки. Я просто окаменела от ужаса: мне показалось, что Майкл сейчас ударит меня. Сначала встряхнет еще раз — так, что голова ударится о стену, а потом влепит пощечину.— Убери от нее руки.Мой взгляд метнулся туда, откуда шел голос, — и я увидела, что дверь в комнату Стаффордов по-прежнему открыта. Дэмиен сидел на кровати и смотрел на Майкла такими страшными глазами, что я бы на месте брата уже пустилась наутек. Лицо Дэмиена исказил гнев, а голос прозвучал на октаву ниже обычного: это было почти предостерегающее рычание.— Забавно, не так ли? — фыркнул Майкл. — Овечка переживает о благополучии волка. Волк делает вид, что счастье овцы — дело его жизни. А пастух при этом выглядит полным идиотом. Но все мы знаем, что случится, когда пастухи отвернутся, не так ли, Дэмиен?— Одним пастухом станет меньше, — проговорил Дэмиен, опуская на пол ноги.Одеяло соскользнуло с его груди, и я онемела от ужаса. Его тело было покрыто темными, как ежевичный сок, гематомами и багровыми ссадинами. Но даже после драки с отцом, ранения и кровопотери он выглядел устрашающе опасно. Он был похож на зверя, который угодил в капкан и был на последнем издыхании, но с радостью прихватил бы на тот свет с собой кого-нибудь еще.— С каким удовольствием я бы сейчас напомнил тебе, кто ты и где находишься, да вот беда — не вижу живого места, — ухмыльнулся Майкл. — Впрочем, можно поискать.Дженнифер, все это время стоявшая в изголовье кровати, испуганно выдохнула, почти застонала. Дэмиен, шатаясь, поднялся с кровати, сжав кулаки. А меня затопила злость — горячая и темная, обожгла хребет, разлилась по мышцам. Я схватила с пола острый осколок чашки и, угрожая им Майклу, встала между ним и Дэмиеном.В тот момент я была готова вонзить этот осколок в брата, причинить ему боль, раз уж боль — это то, чего он хочет.— Майкл против девушки, ребенка и раненого! Честно, я был о тебе лучшего мнения, — послышалось из полумрака, и в коридоре появился Сет. — Осталось отлупить какого-нибудь старика для полной коллекции. Или, может быть, младенца?— Иди на хрен, — прорычал Майкл. — Надеюсь, ты будешь первым, кого прикончат Стаффорды, когда изучат план этого дома и придут в гости.— Надеюсь, ты будешь последним и отомстишь за меня, бро, — промурлыкал Сет, становясь рядом со мной и опуская мою руку с зажатым в ладони осколком.— Даже не подумаю, идиот. — Майкл развернулся и зашагал прочь. Осколки стекла захрустели под подошвами его ботинок.Я сжала ладонь Сета и взглянула на Дэмиена, испытывая к ним обоим горячую благодарность. Дэмиен изумленно и пристально посмотрел на меня. Это не был взгляд, означающий «не стоит благодарности». Это был взгляд «ты серьезно собиралась ради меня пырнуть брата куском стекла?».