Глава 40. Как в тумане

Тук-тук. Линь Юйшу наконец-то соизволил оторвать взгляд от письма. В дверях стояла менеджер по налогам Чжань Тин.

— После работы идём на ужин? — спросила она. — Весь наш отдел ждёт, когда ты нас угостишь, менеджер Линь. Ой, то есть... — Она картинно прикрыла губы кончиками пальцев, изображая, будто оговорилась, и поправилась: — Директор Линь.

Услышав её подколку, Линь Юйшу невольно рассмеялся. Директор Линь. Одного ранга с Сун Цимином.

Ощущение повышения пришло довольно быстро. В прекрасном настроении он ответил:

— Зови всех. Вечером идём в японский ресторан, я угощаю.

В окне чата всё ещё висело неотправленное сообщение, но сейчас ни Шао Гуанцзе, ни то, спали они или не спали, уже не имело никакого значения.

Сун Цимин: «Поздравляю».

Сун Цимин: «Во-Во счастлив.jpg»

Чему радуется этот тип, ведь только что дулся? Линь Юйшу стёр набранный текст и написал заново: «Я сегодня ужинаю с коллегами».

Ответ прилетел мгновенно: «А как же я?»

Линь Юйшу подумал, что они отпраздновать могут когда угодно и сегодняшний вечер не так уж важен.

Линь Юйшу: «Давай в другой раз».

Вверху чата на мгновение появилась надпись «Собеседник печатает...», но спустя долгое время пришла лишь пара ничего не значащих слов.

Сун Цимин: «Что ж, ладно».

Однако за ними последовало ещё одно сообщение.

Сун Цимин: «Позвони, как закончишь вечером, я за тобой заеду».

Вечером они наверняка будут пить, можно было просто вызвать трезвого водителя. Линь Юйшу не хотел лишних хлопот, но, поразмыслив, решил: Сун Цимин ведь за ним ухаживает, должен же он дать человеку шанс проявить себя, не так ли?

В последнее время они оба были очень заняты. Сун Цимин говорил, что будет добиваться его, но Линь Юйшу этого совершенно не ощущал — он не получил даже признания в любви. Если он откажет в такой мелочи, как забрать его домой, то до каких пор Сун Цимину придётся за ним ухаживать? Подумав так, Линь Юйшу совершенно не осознал, что это не ему следовало беспокоиться о шансах для Сун Цимина.

Линь Юйшу: «Хорошо».

В «Семейном офисе» работало семнадцать человек. И те, у кого было свидание, и те, кто собирался в спортзал, — все отменили планы, чтобы отпраздновать повышение Линь Юйшу. В большой отдельной комнате элитного японского ресторана за десятиметровым столом с лёгкостью разместился весь их коллектив. Стол ломился от всевозможных сашими и изысканных блюд: свежайшая говядина кобе с чётким мраморным рисунком, идеальным соотношением жира и мяса, лобстер исэ размером с предплечье, с освежающим вкусом упругого мяса. Хотя средний чек в этом ресторане достигал двух тысяч юаней на человека, Линь Юйшу не жалел денег. После повышения его доля от инвестиционной прибыли удвоится, а годовой доход перевалит за десятимиллионную отметку.

— Господин Линь, вы просто невероятны! Смогли договориться даже с госпожой Фан!

— Точно! Господин Шао уже отказался от тех участков, а господин Линь сумел их вернуть!

— Поэтому его и повысили! Если бы начальник сказал тебе «забей», ты бы стал сам за это бороться?

— Даже если бы и захотел, не факт, что получилось бы. Такая хватка есть только у менеджера Линя.

— Ну что вы всё «менеджер Линь» да «менеджер Линь»? Теперь он — директор Линь!

— Точно-точно! Директор Линь, надеемся, что в будущем вы приведёте нас к успеху!

Все подняли бокалы и снова выпили.

Линь Юйшу умел пить, но, принимая тосты от коллег один за другим, он чувствовал, что голова тяжелеет, а ноги становятся ватными. Возможно, из-за того, что корпоративы в их отделе были редкостью, все были в приподнятом настроении и оживлённо болтали: с большим воодушевлением обсуждали подрядчиков, сплетничали о семье Шао.

Линь Юйшу откинулся на спинку стула, выпав из общего разговора. Давая хмелю немного выветриться, он невольно начал представлять, как отзывались о нём начальники из семьи Шао перед тем, как издать приказ о назначении. Выдающиеся рабочие качества, несомненно, были — иначе он не достиг бы нынешнего положения. Что касается остального... ну, хотя бы «молодой и перспективный» или «незаменимый»?

Линь Юйшу и впрямь немного поплыл. Он всегда придавал большое значение чужим оценкам, а под действием алкоголя в голове проносилось множество мыслей. Кстати говоря, в том, что его повысили досрочно, под конец года, была немалая заслуга Сун Цимина. Если в истории с поглощением компании он действительно выступил посредником, то возвращение земель произошло в основном благодаря Сун Цимину.

Заинтересованный лишь в одном участке, он, чтобы скрыть свою истинную цель, умудрился вернуть их все. Конечно, роль, которую в этом процессе сыграл статус самого Линь Юйшу, тоже нельзя было сбрасывать со счетов. Их тандем работал слаженно, как шестерёнки в коробке передач, которые, прочно сцепившись, позволяли двигателю работать на оптимальных оборотах, вырабатывая энергию и заставляя автомобиль мчаться вперёд.

«Вот бы место Шао Гуанцзе занимал Сун Цимин, — подумал Линь Юйшу. — Тогда бы у меня точно было больше энтузиазма в работе...»

— Директор Линь, собираетесь домой? Вам вызвать трезвого водителя?

— А? — Линь Юйшу осоловело открыл глаза и только тогда понял, что ужин подходит к концу.

В их отделе не было традиции продолжать вечер где-то ещё, поэтому остальные коллеги уже вызывали такси или водителей, собираясь по домам. Линь Юйшу перекинул пальто через руку и направился к стойке администратора, чтобы расплатиться. Когда он вышел из комнаты с татами и начал обуваться, то чуть не растянулся.

— Осторожнее, директор Линь, — один из коллег подхватил его. — Может, нам Подвезти вас до дома?

— Не нужно, — отмахнулся Линь Юйшу. — Я вызвал водителя.

Одного трезвого водителя, который умеет обращаться с его спорткаром.

— Что ж, тогда будьте осторожны. До завтра, увидимся в офисе!

Попрощавшись, все постепенно разошлись. Линь Юйшу уселся на пассажирское сиденье своего Civic и стал ждать, когда за ним приедет Сун Цимин и ослабеет действие алкоголя. Однако прошло немало времени, а голова кружилась всё сильнее. «Неужели это из-за того, что я так сильно обрадовался повышению?» — подумал Линь Юйшу. Давненько он так не перебирал.

Неизвестно, сколько прошло времени, но наконец дверь со стороны водителя открылась, и в салон ворвался поток прохладного воздуха. Сун Цимин сел в машину и, прикоснувшись тыльной стороной ладони к пылающей щеке Линь Юйшу, слегка нахмурился:

— Сколько же ты выпил?

Линь Юйшу открыл глаза, посмотрел на него и заторможенно произнёс:

— А, это ты.

— Кто же ещё? — Сун Цимин наклонился, пристегнул его ремнём безопасности, затем переключил передачу, нажал на газ и вывел Civic с парковки.

Линь Юйшу не помнил, как они добрались до дома. Он даже не помнил, как попал из машины в квартиру. Когда он немного пришёл в себя, то обнаружил, что стоит перед тумбой в ванной, а Сун Цимин в отражении зеркала выдавливает зубную пасту на его щётку.

— Открой рот, — Сун Цимин поднёс электрическую щётку к его губам.

— А, — Линь Юйшу послушно открыл рот и зажал головку щётки зубами. Хотя руки у него были свободны, поднимать их было лень.

Щётка сильно вибрировала, но Сун Цимин держал её с идеальным нажимом, не причиняя дискомфорта его дёснам. Почистив ему зубы, он намочил полотенце и принялся тщательно вытирать его лицо.

— Сун Цимин, — ноги совсем не держали Линь Юйшу. От любого усилия Сун Цимина он начинал заваливаться назад. Тогда тот просто обхватил его одной рукой за талию и прижал к своей груди.

— Что? — спросил Сун Цимин, склонив голову набок и продолжая вытирать ему лицо.

— Ты так же заботишься... — полотенце оказалось как раз у его рта, заглушив слова, — ...о всех своих бойфрендах, о которых ходят слухи?

Не разжимая объятий, Сун Цимин протянул руки под кран, чтобы промыть полотенце, и, не зная, плакать ему или смеяться, спросил:

— Да какие у меня бойфренды?

— Ты что, новости не читаешь? — недовольно пробормотал Линь Юйшу. — Ты ездил в Монако на Формулу-1. Что у тебя с этим... как его... Альбертом Хоффманом?

Человек, которого он назвал, был какой-то немецкой кинозвездой, его имя Линь Юйшу произнёс с немецким акцентом. Сун Цимин удивлённо спросил:

— Ты ещё и по-немецки говоришь?

— Нет, — Линь Юйшу знал только это имя. — И ещё какой-то там принц, который заказал у тебя кучу машин.

— Это просто клиенты, — сказал Сун Цимин, ведя его в сторону спальни. — У меня нет парня, хватит выдумывать.

— А, — мозг Линь Юйшу всё ещё работал с задержкой, руки и ноги его тоже плохо слушались.

Хотя он опирался на Сун Цимина, идти по прямой не получалось. Он едва не врезался в кофейный столик. Сун Цимин тут же крепко обхватил его за талию, помогая удержать равновесие. Линь Юйшу внезапно вспомнил: с парковки наверх его на руках нёс Сун Цимин. Но теперь, видя, что он очнулся, больше на руки взять не пытался.

— Наденешь сам? — Сун Цимин достал из гардеробной пижаму Линь Юйшу и протянул ему.

Линь Юйшу не пошевелился, чтобы её взять. Вместо этого он задрал подбородок, посмотрел на Сун Цимина снизу вверх и с лёгким недовольством спросил:

— Ты знаешь, что я теперь генеральный директор «Семейного офиса»?

— И что же? — подыграл ему Сун Цимин. — Генеральному директору ещё и одежду должны менять другие?

— Не то, — нахмурился Линь Юйшу, выказывая ещё большее недовольство. — Почему ты не подарил мне подарок в честь повышения?

Сун Цимин усмехнулся:

— Снова пытаешься раскрутить меня на подарок?

— Ты вообще понимаешь, что такое справедливость? — возмутился Линь Юйшу и, загибая пальцы, принялся считать. — Я вымогал у тебя часы... нет, не так. Я забрал твои часы, потому что помог тебе разобраться с Шао Гуанцзе. Ты и так был мне должен вознаграждение.

Он загнул второй палец:

— Ты уехал в командировку в Германию, а я присматривал за Во-Во, и ты отделался одним «спасибо». И это бы ещё ничего, — он загнул третий палец, — но я водил твой SP-01. Ты ведь сам мне это предложил, а потом ответную услугу с меня потребовал. Где это видано? Поэтому, — подытожил он, — теперь ты должен мне подарок.

— Кто же из нас всё просчитывает? — Сун Цимин протянул руку и ущипнул Линь Юйшу за щёку. — И у тебя ещё хватает совести говорить это мне.

— Мне всё равно, — Линь Юйшу хлопнул по руке Сун Цимина. — Я хочу подарок в честь повышения!

— Говори. — Сун Цимин улыбнулся так, будто ничего не мог с ним поделать. — Чего ты хочешь?

Линь Юйшу опустил голову, на мгновение задумался, а затем снова поднял взгляд на Сун Цимина:

— Подойди.

— М-м? — не понял тот.

— Наклонись, — сказал Линь Юйшу.

Сун Цимин слегка подался вперёд, но Линь Юйшу этого было мало.

— Ещё ниже, — поторопил он.

— Хочешь что-то шепнуть на ухо? — Сун Цимин ещё немного наклонился. Линь Юйшу внезапно схватил его за воротник, потянул вниз и, вскинув подбородок, прижался к его губам.

Их губы яростно сомкнулись. Линь Юйшу отпустил воротник и обвил руками шею Сун Цимина. После секундного замешательства тот подался вперёд, прижав Линь Юйшу к кровати. В тягучем поцелуе чувствовался свежий аромат мятной зубной пасты. Хмель, который, казалось, уже начал отступать, с новой силой ударил в голову, окончательно затуманив сознание Линь Юйшу. Хотя поцелуй начал он, Сун Цимин тут же перехватил инициативу. Их тела плотно прижимались друг к другу, долго сдерживаемое желание грозило вспыхнуть от малейшей искры.

— Линь Юйшу.

В последний момент Сун Цимин всё же остановился на грани потери рассудка. Он слегка приподнялся на руках, пытаясь выровнять тяжёлое, сбившееся дыхание. Его голос охрип, как никогда прежде:

— Не соблазняй меня.

— Ох... — уголки глаз Линь Юйшу заалели. Он выглядел точь-в-точь как соблазнительный лис-искуситель, но при этом его взгляд оставался поразительно ясным, словно он совершенно не понимал, что сейчас происходит.

— Отдыхай, — стиснув зубы, проговорил Сун Цимин, решив уйти, пока не отключился рассудок. Он не хотел заниматься этим, когда Линь Юйшу пьян. В конце концов, тот был настолько консервативен, что даже на свидания ходил строго по правилам. Перескакивать сразу к финалу явно не входило в его намерения.

К тому же он ещё не добился его расположения. Если Сун Цимин сделает это сейчас, то на следующее утро Линь Юйшу наверняка сочтёт его крайне невоспитанным. Хотя, с другой стороны, он как-то в шутку назвал себя «немецким развратником» — может, Линь Юйшу и не требовал от него быть джентльменом? И всё же — нет.

Линь Юйшу носил с собой носовой платок — явный признак благородного воспитания. А значит, тем более нельзя так поступать. Никто, добиваясь человека, не хочет оставить о себе плохое впечатление. Сун Цимин не был исключением.

Он постепенно приходил в себя, силой воли подавляя бешено разгоревшееся внутри пламя. Однако затем произошло то, чего он никак не ожидал: стоило ему попытаться встать, как Линь Юйшу внезапно закинул ногу ему на талию и, перевернувшись, прижал его к кровати.

— Сун Цимин, — Линь Юйшу уютно устроился у него на груди, упёрся подбородком в его торс и уставился своими тёмными глазами.

Дыхание Сун Цимина снова сбилось. Он нахмурился, и его кадык невольно дёрнулся раз-другой.

— Не шали.

— Сун Цимин, — снова позвал Линь Юйшу. Поскольку он опирался на подбородок, на нём неизбежно образовалась складка, похожая на перевёрнутую улыбку, словно он недовольно надул губы. Это придало ему очень обиженный вид. — Я хочу большего.

Его глаза, казалось, тоже укоряли: «Ну как ты можешь? Даже подарок даришь безо всякого энтузиазма». Разум был на грани коллапса. Сун Цимин шевельнул пересохшими губами и, прищурившись, спросил:

— Ты уверен?

Линь Юйшу, не отрывая от него взгляда, молча кивнул.

— Хорошо, — Сун Цимин снова перевернулся и накрыл его губы своими. — К чёрту джентльменство.