допрос

— Извините, а можно ли побеседовать со всеми, кто принимал участие в лечении девочки?— Той самой девочки? — ответил мужчина, одетый в врачебный халат. Скорее всего, он был медбратом.— Да.— Ну тогда подождите, я сейчас спрошу, могут ли они говорить.Через пятнадцать минут он привёл трёх медсестёр и одного врача.— Здравствуйте! Меня зовут Элизабет, и я буду проводить допрос. Сейчас я всё объясню. Чтобы было быстрее, я допрошу двух людей, а Сэм — двух. Но по отдельности!Работники согласились, и я отвела первую медсестру в комнату.— Расскажите, пожалуйста, всё, что вы знаете об этой девочке.— Ну, когда мне сказали, что я буду носить ей еду, я очень боялась. Сами понимаете... больной ребёнок, изолированный от всех. Ну, я носила ей еду, и первый месяц всё было хорошо, но потом она вела себя очень странно и страшно. Царапала стены, двери и пол. Могла укусить кого-то и буквально превращалась в животное.— А что вы скажете о её исчезновении?— За пару дней до этого, когда я относила ей еду, она сидела в углу и плакала, держась за голову. Я поставила поднос на пол и пошла к ней со словами: «Что случилось?» На что она мне ответила: «Я не хочу тут быть. Что со мной происходит? Я не такая!» Я ей сказала не волноваться и ушла. На следующий день она молчала, а потом исчезла.— И вообще никаких подозрений нет? Может, её кто-то забрал?— Я не знаю. Я приходила два раза в день с едой...— Ладно, вы мне очень помогли! Позовите следующую медсестру, пожалуйста.— Хорошо.Работница вышла, и за ней зашла другая. Выглядела она очень запуганной.— Здравствуйте, как вас зовут?— Агата...— Расскажите, пожалуйста, кем вы были в лечении девочки и что вы о ней знаете.— Ну, с самого начала она мне очень странной показалась, а я убирала, приходила. Врач первую неделю носил таблетки, а потом я. Ну, особо о ней ничего такого нет.— И после таблеток её состояние не ухудшалось?— Ну, может быть, я не замечала.— Скажите, пожалуйста, правду. Нам она очень нужна.— Правду хотите? Ну, хорошо. Я ей давала дозу больше, чем нужно, чтобы она сошла с ума. Она была полностью здоровой, и таблетки всё равно бы её убили.— За что вы так с девочкой?— Это дочь моего супруга от первого брака. Вы думаете, она мне нужна была? Вот именно, нет. И вы об этом никому не скажете, потому что вас посчитают за сумасшедшую. И о силуэте тоже не рекомендую говорить.— Вы заплатите за это!Агата рассмеялась.— Милочка, у меня столько связей, что ты никогда ничего не докажешь. Так что езжай со своим пареньком домой и скажи, что она умерла. Всёёё.Элизабет вышла и сказала, что обсудит всё с Сэмом. Она увела его в комнату и всё рассказала.— Как доказать это?— А камеры?— Нам же говорили, что они не работают.— Я не знаю...Парень думал и сказал:— Ну, раз она говорит, что девочка мертва, давай реально домой поедем?— Сэм, ты на приколе? Нам сказали найти её хоть живой, хоть мёртвой!— Как мы докажем, что та медсестра тебе наговорила? Или где мы найдём труп, если мы всё обошли?— Ну, мы по рабочему отделению не ходили. Мы обошли только заброшенное.— Ну ладно. Давай обыщем эту часть больницы.Они шагнули в полутёмный коридор, где всё выглядело слишком чистым и слишком тихим.— Если честно, мне это место нравится ещё меньше, чем заброшенная часть, — пробормотал Сэм.— Не ной, — бросила Элизабет, внимательно оглядывая стены. — Смотри лучше по сторонам.Через несколько шагов они заметили открытую дверь с надписью "Склад медикаментов".— Может, начнём с этого? — предложил Сэм, кивая в сторону двери.— Ладно, только тихо. Неизвестно, кто ещё тут может быть.Когда они заглянули внутрь, их взгляду предстали пустые полки, но на полу виднелись тёмные следы, словно кто-то недавно здесь что-то волочил.