Глава 3

ДжимОна представилась мне уже три раза.«Три из будущих сотен, если не тысяч. Ее мозг поврежден. Она не вспомнит тебя каким-то чудесным образом».Трудно было поверить, что амнезия настолько сильна, когда сама Тея казалась яркой и полной жизни. Я вспомнил инструкцию Алонзо перенаправлять ее после перезагрузки и посмотрел на рисунок. Она изобразила пирамиду. При ближайшем рассмотрении оказалось, что та состоит из одних только слов. Строк, написанных шариковой ручкой и закрашенных маркерами.- А рисунок действительно хорош, - заметил я. - Более чем хорош.- Спасибо, - ответила Тея, хмурясь. - Все хорошо, но чего-то не хватает. Он какой-то...- Маленький.Она криво улыбнулась.- Вы искусствовед, Джим Уилан?- Н-н-нет, я просто имел в виду...- Да я шучу, - вздохнула она и повернулась к своему рисунку. - Он правда маленький. Вот бы у меня был холст размером со стену. И краски, чтобы хватило на несколько месяцев.- Именно это я и имел в виду, - сказал я, все еще неловко стоя над ней. - Твой талант больше, чем бумага и ручки. Размером с Большой каньон.Я надеялся, что она уловит намек на вчерашнюю беседу, но Тея покраснела и игриво улыбнулась.- Ладно, беру свои слова обратно. Можешь критиковать мое искусство сколько хочешь.На миг я снова увидел глубины личности Теи Хьюз. Мили вместо минут.- Джим?- Да?- Ты пялишься.- Прости.- Все нормально. Я не против, чтобы ты на меня смотрел. У тебя добрые глаза.«Дежавю, доведенное до гребаного абсолюта».Я почувствовал, как моя кожа стала горячей, и перенаправил свои мысли подальше от нее. Я чуть наклонился, чтобы прочитать одну из цепочек слов, составляющих склон пирамиды.Схвачен похоронен похоронен рожден порван траур стон один одинок одинок одинок одинокий одинокий- Что это значит? - спросил я, постукивая пальцем по словам. - Если ты не возражаешь...Тея всмотрелась в рисунок, словно слова были ей чужды.- Я не знаю. Я написала их до аварии. Два года назад.- Ты нарисовала это два года назад? - Я чувствовал, что балансирую на грани, проверяю пределы ее понимания и, возможно, раздражаю ее. Она кивнула.- Похоже, да. Но теперь, когда я вернулась, то могу ее закончить.- Хорошо.Тея нахмурилась и заправила прядь светлых волос за ухо, словно озадаченная своими собственными словами.- Звучит странно, не правда ли? Я так давно отсутствовала.- Так уж получилось.Тея благодарно улыбнулась.- Легко сказать. Я чувствую, будто...- Что?- Будто есть что-то большее, но всякий раз, когда я пытаюсь вспомнить больше, ничего нет. Я даже не помню, как я попала сюда, за этот стол. К тебе.У меня не было слов, которые могли бы ей помочь. Я сам едва понимал ее ситуацию.- Но я знаю, врачи работают над моим случаем, - заверила Тея. - Пусть они голову ломают. Я же просто рада, что вернулась.- Я тоже.Улыбка Теи стала еще ярче, и она снова взяла шариковую ручку.- Расскажи мне о себе, Джим. И сядь, бога ради. Ты нависаешь.Я оглянулся, нет ли рядом Алонзо, но он еще не вернулся. Я сел напротив Теи, говоря себе, что просто делаю свою работу.- Так лучше, - просияла Тея. - Чем ты занимаешься?- Я санитар.- Да? А где?Алонзо меня на части порвет - надо ж было облажаться с Теей через несколько секунд после того, как он объяснил мне, чего говорить нельзя. Возрастающая тревога вызвала чертово заикание.- В санатории «Г-г-голубой хребет».Дерьмо.Тея резко посмотрела на меня, затем ее взгляд смягчился.- У тебя есть заикание, Джим?Никто годами меня не спрашивал, так хорошо я скрывал изъян. Унижение вонзило в меня свои когти, пока я старался глубоко дышать.- Иногда. Вылезает, когда нервничаю. Или злюсь.- Ну сейчас ты вроде не злишься. - Ее брови поднялись, а улыбка стала хитрой. - Я заставляю тебя нервничать?«Боже, она что, флиртовала со мной?»Тея похлопала меня по руке.- Не переживай. Я не кусаюсь... сильно.Вспышка тепла на коже там, где она коснулась меня своими мягкими пальцами, быстро превратилась в волну, пронесшуюся по руке, позвоночнику, вплоть до паха.«Ради всего святого, она резидент».Я осторожно убрал руку.- Я где-то слышала эту фразу. Наверное, в каком-то фильме. - Она склонила голову. - А ты мало говоришь.- Немного.- Из-за заикания?Я кивнул.- Сестра утверждает, я вообще не затыкаюсь. - Она рассмеялась и пожала плечами. - Виновата. Я говорю, что думаю, ведь жизнь так коротка, верно?Теперь Тея наклонилась ближе ко мне. От ее теплой кожи доносился запах простого мыла.- Я просто хочу набраться смелости и сказать: у меня такое чувство, что заикание далеко не самое интересное в тебе, Джим Уилан.Я уставился на нее в ответ. Никто никогда не говорил мне ничего подобного. Эта девушка настоящий магнит - притягивала меня, хотя мне следовало держать профессиональную дистанцию. Она была чертовски прямолинейна, но улыбалась мне, будто между нами имелся секрет, который знали только мы. Она была здесь, но в любую минуту могла исчезнуть.И словно этот момент никогда не случался.Я прочистил горло.- Я бы не назвал заикание интересным.Тея оперлась подбородком на руку.- Тяжело было с ним расти?- Да уж.- Прости. Тебе, вероятно, не хочется о нем говорить. Я просто подняла эту тему, потому что мне все равно.- Все равно?- Что ты заикаешься. У всех нас есть недостатки, верно?- Да, - сказал я. - У всех.- Не давай заиканию мешать тебе говорить со мной. Мне нравится с тобой болтать, Джим.- Мне тоже нравится болтать с тобой, Тея.Ее имя пришло на язык так легко. Вдох, а затем мягкий выдох. Без усилий. Без заикания.Мгновение стало теплым и долгим, а затем разбилось, как стекло, когда дверь позади меня открылась. Тея посмотрела туда, и ее красивая улыбка исчезла. Выражение лица стало пустым, все тело застыло, руки слегка задрожали. Шариковая ручка выпала из пальцев и покатилась к краю стола. Когда она упала на пол, Тея вдруг пришла в себя, и на ее лице появилась ликующая улыбка.- Делия! - Она вскочила со стула и побежала мимо меня.Я выпустил воздух, застрявший в моих легких, и поднялся на ноги. С медсестрой Ритой вошла женщина в темно-синем костюме, с темными волосами, стянутыми в строгий пучок. Тея обняла женщину за шею, чуть не сбив ее с ног. Делия плотно сжала губы. Посмотрела на меня через плечо сестры, и я быстро нагнулся поднять ручку с пола.- Ты здесь, - сказала Тея. - Я так рада тебя видеть. Сколько уже прошло? Где мама и папа?- Прошло два года, - ответила Делия. - Мама и папа уже в пути. - Ее тон был усталым, как будто она отвечала на эти вопросы уже тысячу раз. Вероятно, так и есть.- Давай сядем, - предложила Делия, пододвигая сестру к столу.Я застыл, ожидая, что Тея увидит меня и вспомнит наш разговор. Она должна была вспомнить. Ни у кого не может быть такой ужасной амнезии. Алонзо наплел мне кучу дерьма. Подшутил над новичком. Посвящение для всех новых санитаров.В конце концов Тея оторвала взгляд от своей сестры и вежливо посмотрела на меня.- О, привет, - сказала она, и ее взгляд устремился на табличку с моим именем. - Джим? Это моя сестра Делия.Я лишь молча смотрел в ответ.Прошло. Все прошло.Так же, как наш разговор в фойе. Пропал. Как будто его никогда не было.Делия прочистила горло, жесткий звук привлек мое внимание.- Я могу вам помочь, Джим?- Джим Уилан - наш новый помощник, - сказала Рита, подходя ко мне.Делия посмотрела на меня проницательными темными глазами. Полная противоположность Тее во всех отношениях - жесткая, холодная, с крепко сжатыми губами и тяжелым взглядом. И пусть она, вероятно, была всего на несколько лет старше меня, что-то украло жизненную силу у Делии, поэтому она выглядела как человек, который за два года постарел на десять.«Она потеряла родителей, ее сестра в санатории. Пойми ее».Я протянул ей руку.- Здравствуйте, мисс Хьюз.Она посмотрела на мою руку так, будто я предложил ей грязный подгузник.Тея засмеялась.- Делия, ты такая чудачка. - Сама схватила мою протянутую руку и от души тряхнула. - Тея Хьюз. Так приятно с вами познакомиться.«Четыре».Я отпустил ее руку, но продолжал смотреть ей в глаза, ища знак, что все это чушь собачья. Тея нормально держалась. Не бредила, не тряслась от Альцгеймера. Я вспомнил пустой взгляд моего дедушки Джека на смертном одре. Как его воспоминания всплывали и исчезали, и если уж исчезали, то навсегда. Было очевидно, что что-то внутри него сломалось. Тея же выглядела молодой, красивой и совершенно здоровой.За исключением того, что здоровой она не была.- Сфотографируй, картинка останется дольше, - сказала Тея, смеясь, пока Делия пронзала меня холодным взглядом.- Я бы хотела побыть со своей сестрой наедине, - сказала Делия, вытаскивая стул. - Уверена, у вас есть работа.Тея послала мне извиняющуюся улыбку и помахала на прощание.Рита оттащила меня от сестер.- Не принимай это на свой счет. Делия со всеми такая. И спасибо, что занял мисс Хьюз. Как дела?- Я не могу в это поверить, - пробормотал я.- Знаю. Не сразу привыкаешь. Такое ощущение, что она притворяется, верно?Я кивнул.- Ее высокая работоспособность почти усугубляет ситуацию.- Кажется, у нее был небольшой приступ.- Этого следовало ожидать, - ответила Рита. - Их называют приступами отсутствия. Они не причиняют боли.- Часто они случаются?- Теперь не так уж часто. Раньше было хуже. Когда она впервые приехала, то была в панике. Приступы каждый день, сутки напролет. Она билась в истерике, бедняжка.- Ист-т-терике?Рита кивнула, не заметив моего заикания.- Случалась перезагрузка, и мисс Хьюз не понимала, что происходит. Представь себе, что приходишь в себя посреди того, как пьешь воду или гуляешь на улице. Или просыпаешься, не зная, утро это или ночь. Но она уже два года в санатории, поэтому привыкла.- Значит, она помнит, где она.- Нет, дорогой. Она ничего не может вспомнить. По большей части мисс Хьюз говорит по привычке.- Она тебя помнит?Рита покачала головой.- Нет. Она не знает моего имени. Или имя ее доктора. Она ест в столовой каждый день, три раза в сутки, но не может сказать, где находится помещение. Не может сама дойти из этой комнаты в свою спальню. Если, не дай бог, бросить ее снаружи, она потеряется за считаные минуты. Но мисс Хьюз знает рутину. Мы осторожно внесли в ее дни однообразие, и это впиталось в подсознание. Последовательность сохраняет спокойствие.Я медленно покачал головой.- Невероятно.Она положила ладонь мне на руку.- Я знаю, это трудно понять, но наш мозг - удивительный механизм с миллиардами клеток. Когда они повреждены, результаты могут быть непредсказуемыми и завораживающими.Я не находил ситуацию с Теей завораживающей.Чертовски ужасной, может быть...Тея внезапно вскочила со стула.- Делия! - воскликнула она и склонилась над сестрой, крепко ее обнимая. - Я так рада тебя видеть. Сколько уже прошло? Где мама и папа?- Прошло два года, - сказала Делия. - Мама и папа скоро здесь будут. Расскажи мне об этой пирамиде.Рита наклонилась ко мне.- Она переводит внимание мисс Хьюз на рисунок, чтобы бедняжка не спрашивала о родителях.- Она каждый день рисует Египет?Рита кивнула.- Каждый день.- А что с цепочками слов?- Необычно, да? Такие тонкие детали. Мисс Хьюз талантливая художница.- Они что-то значат?- Ее нейропсихолог, доктор Стивенс, говорит, что это отголоски ее жизни до аварии. По словам Делии, мисс Хьюз училась в художественном колледже и считалась одной из лучших учениц. - Рита улыбнулась. - Однако сама мисс Хьюз иногда утверждает, что была этимологом.- Кем?- Тем, кто изучает происхождение слов, - пояснила Рита. - Доктор Стивенс говорит, что это конфабуляция. Выдумка мисс Хьюз. Он думает, ее бедный мозг пытается создать историю за неимением собственной. - Она посмотрела на полную рисунков папку. - Почти пора убираться.- Ты их просто выбрасываешь? - спросил я.- А что еще нам с ними делать?У меня не нашлось ответа, за исключением того, что подобное искусство слишком хорошо для мусора. Тея была слишком хороша для маркеров и бумаги для заметок.Рита изучила мое выражение лица и снова положила ладонь мне на руку.- Она нарисует еще, - заверила медсестра. - И никогда не узнает, что их больше нет, потому что, прежде всего, не сможет вспомнить, что их делала.Я неопределенно кивнул, хотя мне это все не нравилось. Ни одна чертова вещь.- Мне пора возвращаться к работе, - сказала Рита. - Ты привыкнешь к мисс Хьюз. Просто дай себе время.Время. У меня его было предостаточно. Годы и годы. У Теи же было всего несколько минут.«Для тебя она мисс Хьюз. Оставь ее. Делай свою работу».Пока я подметал пол комнаты отдыха, мои глаза то и дело возвращались к Тее. Мое глупое сердце болело так же, как в тот день, когда умер дедушка Джек. Скорбя о чем-то потерянном, что уже никогда не вернуть.Это была потеря Теи, а не моя.«Ты в этом уверен?»Я кивнул. Я не терял Тею. Она не была моей, чтобы ее потерять, и никогда не будет.