Глава 14. Преступление к тренеровкам

— Значит, будем тренироваться, пока есть время! Будет весело!

Наруто выкрикнул это, полный энтузиазма. Его глаза искрились, будто говоря: «Я стану самым лучшим и одолею врагов!»

— Нет тут ничего весёлого, — раздался тихий, но чёткий голос.

Мы все обернулись. В дверном проёме стоял мальчик лет пяти-семи. У него было странное, слишком взрослое для его возраста выражение лица — смесь высокомерия и глубокой, затаённой печали.

Как долго он тут стоял? — я внутренне вздрогнула. Он проник в комнату бесшумно, как призрак. Никто не заметил, как он вошёл.

— !?— !?

Саске и Сакура смотрели на него с явным пренебрежением и недоумением.

— А ты ещё кто такой?? — Наруто набросился на него, тыча пальцем прямо перед носом.

Малыш не удостоил его даже взглядом, будто голубоглазый был пустым местом.

— О, Инари! Где ты был? — Тадзуна расплылся в улыбке и широко раскрыл руки.— С возвращением, дедушка... — серьёзно произнёс Инари, переступая порог. Он был не по годам собран.— Инари, поздоровайся. Это ниндзя, они будут защищать дедушку, — мягко сказала Цунами.

Мальчик слушал мать, но его взгляд, скользнувший по нам, был полон такого откровенного высокомерия и презрения, что стало не по себе. Мы для него были не спасителями, а чем-то вроде назойливых насекомых.

— Мам, они все скоро умрут, — без тени сомнения заявил Инари, указывая на нас пальцем.

Такое заявление и тон не могли не задеть Наруто.— Что ты сказал, малявка?! — он рванулся вперёд, но Сакура успела схватить его за куртку.— Вам ни за что не справиться с Гато... — угрюмо повторил внук Тадзуны.

Но почему у него такое серьёзное лицо? Он ещё слишком мал для этого. И где его отец? — эти вопросы вертелись у меня в голове, не давая покоя.

— Ах ты! Да я тебя сейчас!! — Наруто продолжал орать, пытаясь вырваться.— Чего ты взбесился, идиот, он всего лишь ребёнок! — крикнула ему Сакура.— Эй, Инари, слушай сюда! — Наруто, не в силах вырваться, перешёл на крик. — Я — герой, который когда-нибудь станет Хокаге, иными словами, самым сильным ниндзя! Не знаю я этого Гато, но он — ничто передо мной!— Пфф... — Инари фыркнул, и в его коротком смешке звучала бездна цинизма. — Ты совсем дурак? Не бывает никаких героев.— Что?! — это заявление, сказанное с такой уверенностью, будто оглушило Наруто. Он снова начал вырываться.

— Прекрати! — Сакура изо всех сил удерживала его.— Если хотите жить, уходите отсюда, — бросил напоследок малец, развернулся и направился к двери.— Ты куда, Инари? — окликнул его Тадзуна.— К себе в комнату. Посмотрю на море, — ответил тот, не оборачиваясь.— Куда ты пошёл, мелочь пузатая?! Я ещё не закончил! — крикнул ему в спину Наруто, но дверь уже захлопнулась.

— Всё, надоел! — сказала я, вставая.

Я подошла к неугомонному блондину, всё ещё пытавшемуся вырваться. Легонько отодвинула Сакуру, дав ей понять, что пора отпускать. Как только она ослабила хватку, я быстрым, отработанным движением повалила Наруто на пол, прижав его локтем.— Ты даже ещё и не начинал! Он — ребёнок, а ты — балбес! Не трожь Инари, или я трону тебя, понял? — мой голос был низким, холодным и не допускающим возражений.— Да понял я, понял! Отпусти меня!

Наруто забился, пытаясь вырваться.Всё ещё не понимаю... он правда дурак или просто притворяется? — вздохнув, я отпустила его.

Парень вскочил и направился к выходу.— Ну и куда ты? — спросила Сакура.— Прогуляюсь немного.— Я тебя предупредила. Дважды я не повторяю, Наруто, — сказала я, снова садясь позади Саске и облокачиваясь на его спину. Я закрыла глаза.— Ага... — буркнул он и вышел.

Какаши наблюдал за этой сценой с интересом.Хм... Про Лику все говорили, что она тихая, почти без характера, и ничего не делает без брата. Но, похоже, этот ребёнок не так прост... Эта миссия будет интересной.— Простите меня за моего внука... — начал Тадзуна.— Ничего страшного, — отмахнулся Какаши.

---

Наруто шёл по узкому коридору первого этажа. Стены были голые, кое-где висели потрёпанные картины с морскими пейзажами.Какая ей разница, что я буду делать с этим пацаном? Он сказал, что мы неудачники и скоро умрём. И что, я должен его жалеть? Ещё чего! Буду делать что хочу. Чёрт! Ну и где этот засранец? Сейчас я ему покажу...

Он поднялся на второй этаж. Коридор здесь был пошире. Идя по нему, Узумаки услышал тихий, сдавленный звук.Хн-хн-хнык... Ууууу... Хнык, хнык...Это что, Инари? Он что, плачет?

Звуки доносились из-за одной из дверей. Наруто остановился. Вся его злость вдруг куда-то испарилась, сменившись неловкостью и любопытством. Он приоткрыл дверь.

Инари сидел на краю стола лицом к открытому окну, за которым расстилалась бескрайняя, серая гладь моря. В его маленьких руках он сжимал деревянную рамку с фотографией. Его плечи вздрагивали от беззвучных рыданий, по щекам текли слёзы. Он был настолько поглощён горем, что не услышал скрипа двери.

Наруто замер, глядя на эту сцену. Его собственное выражение лица изменилось — от возмущённого мальчишки до чего-то более мягкого, почти сострадательного. Он молча прикрыл дверь и отступил, оставив Инари наедине с его болью.

---

Внизу, в гостиной, мы сидели в тишине, обдумывая ситуацию.Неужели Лика снова... Нет, вряд ли. Но возможно, она снова становится «собой»... — мысли Саске прервал его собственный вздох. Он ткнул меня локтем. — Иди посмотри Наруто, вдруг что натворил.— Думаю, и вправду стоит... — неохотно открыв глаза, я поднялась и вышла в коридор.

Я остановилась у стены, прислонившись к ней, и стала ждать. Через некоторое время по лестнице спустился Наруто. На его лице не было ни злости, ни энтузиазма — лишь какая-то странная, подавленная задумчивость.

— Наруто, ты был у Инари?— Да... — он ответил тихо, остановившись передо мной.— Наруто, ты чего? Недавно ты был в ярости. Что случилось? — я положила руки ему на плечи.— Ничего...— А ну, выкладывай! Я тебя так просто не отпущу без ответа, — сказала я, глядя ему прямо в глаза.— Поднимись наверх и всё узнаешь... Только тихо...— Ладно. Возвращайся в комнату, я скоро приду.

Он лишь кивнул и побрёл прочь. Я поднялась на второй этаж. И снова услышала тот же сдавленный плач.

Это Инари...

Я подошла к двери, приоткрыла её и увидела ту же картину: маленькую, сгорбленную фигурку у окна. Я тихо вошла и подошла к нему, осторожно положив руку на его макушку.

— Инари, ты что плачешь?

Мальчик вздрогнул, как от удара, и резко отшатнулся.— Нет! Я никогда не плачу! Понятно?! — выкрикнул он, яростно вытирая лицо рукавом.— В слезах нет ничего постыдного. Когда ты плачешь, за тебя говорит твоя душа, и её нельзя перебивать.— Я же сказал, я не плачу!— Инари, ты ещё ребёнок. Для тебя это нормально. Все дети плачут. — Я села на край стола рядом с ним. — А кто это на фото?

На пожелтевшей фотографии был изображён улыбающийся мужчина лет тридцати с добрыми глазами. Он сильно напоминал Инари.Его отец?— Никто! Его уже нет! — Инари швырнул рамку на кровать, отвернувшись.

Я вздохнула и посмотрела в окно, на бесконечное море.— Знаешь, Инари, я думаю, ты неплохой парень. Просто твоя жизнь немного жестока для тебя... как и моя. — Я помолчала. — Хотя моя тоже не сахар. Мне было даже сложнее, чем тебе сейчас... У меня была любящая семья, большой дом, друзья... Но однажды мой старший брат убил всех и разрушил моё детство. Мне было тогда восемь.

Инари медленно повернул ко мне заплаканное лицо. В его глазах, помимо боли, появился интерес.— И... что было дальше? Ты осталась одна? Почему он оставил тебя?— Нет, я осталась с братом-близнецом, Саске. Это тот угрюмый темноволосый парень, что сидит внизу. — Я поправила волосы. — А что насчёт того, зачем он нас оставил... я не знаю. Может, из жалости. Хотя в ту ночь он убил всех без исключения, даже людей, что дали ему жизнь. Наверное... чтобы кто-то из нас в будущем пришёл и убил его.

Инари слушал, затаив дыхание. Казалось, мой рассказ немного приободрил его, дал понять, что он не одинок в своей потере.

— Инари, Лика! Спускайтесь обедать! — снизу донёсся голос Цунами.— Хорошо, сейчас мы спустимся, Цунами!— Быстрее!— Ладно, нам пора идти вниз. Пошли.

Я собиралась выйти, но маленькая рука схватила меня за рукав.— Л-Лика... — Инари посмотрел на меня умоляюще. — Не рассказывай никому, что я плакал, хорошо?— Хорошо, — я улыбнулась. — Это будет наш секрет.

---

Прошла неделя с того разговора. Всё это время мы жили у Тадзуны, номинально «охраняя» его, хотя серьёзных угроз пока не было. Страна Волн и вправду оказалась нищей — убогие домишки, запущенные поля, общий дух безнадёжности. Какаши понемногу оклемался, и наступил день нашей первой настоящей тренировки. Местом был выбран лес недалеко от дома.

— Ладно, начнём тренировку, — объявил Какаши, опираясь на костыль. Он всё ещё выглядел бледным, но в глазах появился привычный огонёк.

— Ура-а-а! — вскрикнул Наруто.— Тихо, болван! — я дала ему подзатыльник.— Спасибо, Лика, — усмехнулся Какаши. — Но перед тренировкой... я хочу поговорить с вами об основе всех умений шиноби. О чакре.

Где-то я это уже слышал... — Наруто нахмурился. — Секундочку... А что такое чакра? — спросил он с искренним недоумением.

— Ты уже ниндзя и даже этого не знаешь?! — всплеснула руками Сакура. — Тебя в академии чему учили?!— Хе-хе... Я всегда засыпал, когда объясняли что-то сложное...— Плохо дело... — Какаши мысленно закатил глаза. — Ну, хорошо. Сакура, — он кивнул в её сторону. — Объясни ему как можно проще.

— Слушай, Наруто! — Сакура встала в позу учительницы. — Попробую объяснить как можно проще. Уж попытайся как-нибудь запомнить, хорошо? Если говорить проще, чакра — это энергия, которую использует шиноби для своих техник. Эта энергия состоит из двух частей: из энергии тела, которая скапливается в каждой клетке, и из энергии духа, которая усиливается с помощью тренировок и опыта. Смешав эти две энергии и сложив руки в печати, мы можем выполнять техники.— Прекрасной девушки? — тупо уточнил Наруто, имея в виду свою коронную технику.— О чём ты думаешь? — вздохнула я. — Техника гигантского огненного шара, к примеру...— Совершенно верно, — кивнул Какаши. У Ируки были хорошие ученики, — подумал он с лёгкой гордостью.— Я так ничего и не понял. Слишком сложные объяснения... Но разве не этому мы уже учились на тренировках? — пожал плечами Наруто.— Наруто, правда, мы уже умеем выполнять техники, — поддержал его Саске.— Нет, — резко парировал Какаши. — Вы используете чакру бездумно.— Чего?!— Ладно, слушайте... Как Сакура говорила, выпустить чакру означает собрать энергию тела и духа и смешать их внутри себя. И в зависимости от техники тип и количество выпущенной чакры будут разными. Вы пока что используете её неэффективно. Даже если вы сможете собрать большое количество чакры, но не сумеете правильно ей управлять, ваша техника будет ослаблена или вовсе не сработает. А разбрасываясь энергией по пустому, вы недолго протянете в бою. Вот такие дела.— И как тогда быть? — спросил Наруто, почесав затылок.— Вам надо научиться управлять своей чакрой. Это будет очень сложная тренировка.— И что мы будем делать? — спросила Сакура, её голос дрогнул от предчувствия.— Хммм... — Какаши сделал театральную паузу, его один глаз сверкнул. — Лазать по деревьям!