Глава 9. Десять потерянных лет

Лилиан

Мерзкий писк прямо над ухом мешал спать. Я подняла руку, в надежде нащупать сточник звука. Вот какой-то столик, непонятные стеклянные баночки... Упс! Несколько, похоже упало на пол. А писк всё не прекращается. Слышу шаги. Кто-то подходит и убирает мою руку обратно. – Она очнулась? Впервые она подала какие-то признаки жизни! Лилиан, Лилиан, вы меня слышите?Голос девушки ужасно раздражал. Поспать нормально не дают! Я с трудом открыла глаза. Почему свет такой яркий?! И почему всё такое белое? И чего эти люди так смотрят, словно я воскресла? – Лилиан, вы меня слышите? Так, зрачки на свет реагируют, показатели стабильные...– Что происходит?Я не узнала собственный голос. Во первых, говорить так тяжело, а во рту будто пустыня. Во вторых, мне кажется или мой голос звучит как-то взросло? – О, не волнуйтесь, милочка, главное, не волнуйтесь. Сейчас уже всё хорошо...– Объясните нормально, что здесь происходит! Что это за мерзкий писк и почему в моих руках какие-то трубки?– Понимаете... Как бы вам сказать... В общем, в ту ночь... Как бы помягче выразиться... Ваши родители погибли, а вы впали в кому... Уцелел лишь ваш брат...– Сколько я здесь? Месяц, два, год?– Ну... почти. Десять лет.– Десять лет? Это мне, пятнадцать сейчас?– Всё верно. Как же бесит её вежливая улыбка! Я столько лет жизни потеряла, а она улыбается! Стоп. Я впала в кому, когда мне было пять. Все эти годы я никак не развивалась в умственном плане. Но что-то мне показывает, что мой мозг не на уровне пятилетки. Ничего не понимаю!– Где мой брат? – Милочка, вам нужно немного терпения. Вы сейчас отдохните, набиритесь сил, потом мы сделаем полное обследование и тогда уже будете решать другие вопросы.Да хватит улыбаться! Почему люди думают, что улыбка как-то поддерживает или успокаивает!? Мне плевать на ваши обследования, я чувствую себя превосходно и хочу увидеть брата! Я вырвала трубки и прямо в пижаме выбежала из палаты. Какое сейчас вообще время года? Плевать! Главное, узнать, где сейчас живёт Оуэн. Вриатли он восстановил сгоревший семейный дом. Слава Богам, он был в гостях у друга в ту злочастную ночь! Я подбежала к стойке администрации.  – Скажите пожалуйста, где живёт Оуэн Валери? Я его сестра. – Тот мальчишка, что заходил почти каждый день? Знаю такого. Живёт, насколько я знаю, на Пятничной улице дом 13. Только вот...Я уже не слышала. Со всех ног бегу по улицам, почти теряя больничные тапочки. Довольно зябко для пижамы. Золотая осень как никак. Случайно наступаю в лужу, и бегу дальше с насквозь мокрыми ногами. Дома проносятся в безумном хороводе. Хорошо, что я знаю адрес. Это место недалеко от нашего старого дома. За десять лет в городе почти ничего не поменялось. Да, в фильмах многолетнюю кому показывают куда драматичнее. Вот и нужный адрес. Я постучала в дверь. Никто не ответил, но она оказалась открыта. У меня плохое предчувствие... Осторожно вхожу в маленькую, пыльную комнату, заваленную разбросанными вещами и упаковками от еды. Странный запах витал в помещении. Такой же запах был в ту ночь, когда мама замертво упала в горящие обломки – запах смерти. К горлу подступила тошнота. Комната закружилась и я почувствовала, что падаю.

                                   * * *

Всё в огне. Из-за густого дыма, разрывающего лёгкие невозможно ничего толком разглядеть. Папа с мамой кричат друг на друга, посылая какие-то импульсы, напоминающие огромных светлячков. Взрыв. Мама падает, а отца отбрасывает в сторону. Я лежу на полу, связанная и не могу пошевелиться. На меня падает горящая балка. Потом, темнота...« Несмотря на безграничные знания я была невозможно глупа. Как я могла полюбить такого человека? Слишком много людей заплатило за мою ошибку! И вот, сейчас, чтобы хоть как-то сгладить свои грехи, я должна убить того, кого любила больше всего на свете. Ты был прав, Джеффри, прав с самого начала...» – этот голос, этот до боли знакомый голос...