Часть 17

На улице выпал снег. Мы вышли из подъезда и из-за отсутствия зимней обуви Теодор упал. Его недовольное выражение лица хоть на секунду подняло нам настроение, но когда мы оказались в машине, нам было не до смеха.–ваша мама передала —водитель протягивает нам пакет в котором лежит две черные женские куртки –Беатрис просто утонет в ней–мы не в том положении, чтобы что-то выбирать Спустя полчаса мы оказались возле дома бабушки и дедушки. У подъезда уже стояло множество машин.–извините, а вы не знаете, что нам сейчас делать? —спросил я у водителя и тот лишь поднял плечи в знак незнания –ладно, давайте зайдём —мы вышли из лифта и на нас обрушился звук голосов. Весь коридор был заполнен людьми, возле дверей стояли венки и сердце сжалось –стойте здесь, я все узнаю и вернусь —уверенно сказал я, но я вовсе не был таким уверенным внутри. Я прошел сквозь толпу людей и зашел в квартиру. Звук молитв окутал все вокруг, зеркала были скрыты под белой тканью и одна слеза скатилась по щеке. Я не видел, что происходит в комнате, поэтому заглянул на кухню. Там сидела незнакомая мне бабушка в платке и увидев меня, она обернулась –ты опоздал, лучше стой в коридоре —я посмотрел на часы. Мы приехали на много раньше назначенного времени –через сколько мне зайти?–осталось немного, потом будем выносить. Понесешь? —я кивнул–есть платки? У меня две сестры, нам ничего не сказали о платках –видела я, что Майя пакет какой-то заносила и от туда всем верные платочки раздала. Подожди здесь —она вернулась и отдала мне два черных платка, и я кивнув, вышел из квартиры –что там?–ждём здесь, это вам платки, наденьте. Мы с Теодором понесем гроб —после сказанных слов, реальность с новой силой ударила по мне и вновь слеза скатилась по моей щеке

Мы с Тео зашли в квартиру и я увидел родителей. Все лицо мамы было опухшем от слез, а папа выглядел так грустно, что хотелось вновь плакать. Мы не здоровались, а лишь молча выполняли свое задание. Мы шли первые, а позади спускались все остальные люди и я отчетливо услышал, как Беатрис начала плакать. Это было понятно, потому что она шептала  «дедушка», а мама говорила «тише, тише». –на чем мы едем? —я спросил у папы стоящего рядом, это был наш первый разговор после всего того, что на нас навалилось –Майя отвечает за это —я оставил его одного и подошел к маме, которая обнимала рядом стоящих сестер, которые плакали–на чем мы поедем?–с водителем, который вас привез –вы отдельно? –да–не каждый ребенок сможет пережить такое без родителей —прошептал ей на ухо и она заплакала –зайди в микроавтобус и выгони всех от туда, пусть они едут на вашей машине, а вы с нами —не мне было спорить с ней, поэтому я так и поступил. Теодор привел в автобус Беатрис с Ринатом и мы ожидали родителей. Через окно было видно, как папа плакал, а мама лишь изредка поглаживала его по спине–вы кушали? —спросила мама нарушая тишину в салоне–да–я не писала ничего вашим учителям, извините. Я сейчас напишу –не нужно, мы уже сделали это–Тагир, сколько времени мы будем в Москве? —спросила шепотом мама у папы, чтобы мы не услышали –как минимум 9 дней здесь, потом посмотрим. Не время сейчас это решать

Мы встали вокруг свежезакопанной могилы и набрав в руки горсть земли положили ее сверху. Папа упал на землю, прижался лицом к мокрой земле и вновь заплакал. Мама стала утешением для него, она села рядом и просто говорила слова утешения. –Вы можете ехать в ресторан, мы подъедем отдельно —сказала она остальным гостям и те сразу же разбежались по машинам. Я продрог, на улице стояла зима и я точно не привык к таким холодам–любимый, мы еще приедем сюдаЯ оглянулся вокруг и увидел вдалеке стоящую бабушку, она ведь тоже сегодня попрощалась со своим мужем. Почему она не осталась с нами? Почему ее никто не поддерживает? Я взял Теодора за руку и мы пошли к ней–пошли к нам –не нужно, внучата, пусть Тагир попрощается, я еще успею –поехали с нами в Дубай –не нужно, уж здесь и доживу свою жизнь

Мы сидели за длинным столом в ресторане. Раньше здесь все было в золоте, но сейчас все элементы декора были сняты и переобразовыванны в темные цвета, что еще больше навеивало грусть Тишину нарушил мой телефон, на экране светилось «Азамат» и мне в моменте так заходилось с ним поговорить. Он был единственным человеком, которые не омрачен так, как я сейчас. Я извинился и вышел из-за стола. В дорогом холле ресторана я взял трубку –ты где? –мы в Москве –что случилось? Мы с Диларой с самого утра написываем вам. Ни Ринаты, ни Теодора, ни тебя, почему вы в Москве? Тебя физик ждёт с задачками. Нет, ну мы конечно слышали про Беатрис, но неужели все так плохо?–закончил свою словесную тираду?–да–Беатрис лечится, да и все просто ужасно–брат, как она?–мы все никак –что еще случилось?–мы...у нас —я не смог выговорить это и заплакал. Я сел на мягкий пуф и скрыл свое лицо рукой –кто-то умер?–да —слабо прошептал я и слышал, как Азамат замолчал. Тишина в ответ на мое слово–еще как минимум 9 дней в Москве, и я знаю, что рядом Дилара стоит. Никому не говорите об этом, даже учителям, вы меня поняли?–да —услышал я одновременно от двух людей–что я могу сделать для тебя?–пусть Дилара уйдет, не слушай чужой разговор, тебя это не касается. Азамат, прилетай в Москву, здесь ты мне нужнее. Родители отдельно от нас, а Беатрис толком ходить не может, не то, чтобы кататься.

Дилара Я шла в школу с хорошим настроением, в ожидании подробного рассказать Леонарда о том, как он слетал. Я смотрела прямой эфир с выступления его младшей сестры и все выглядело не лучшим образом, но я все же надеюсь, что все хорошо. Я сидела в коридоре на первом этаже в ожидании семьи Касатовых, но время шло, ученики расходились по классам и даже компания друзей Леонарда начала подниматься по лестнице. Время было без одной минуты 8 и урок вот, вот начнётся. Поэтому я тоже пошла на урок, опаздывают подумала я. Во время коротких перемен в коридоре я так и не заметила Касатовых, но я не придавала этому значение, школа такая большая, что можно не встретиться в ней и за день. Зато я точно увижу его на обеде. Я без зазрения совести составила свой поднос на стол к друзьям Лео и села за стол–где Касатовы? —спросила я и все перевели взгляд на меня–он не отвечает —это звучало странно и я тоже отправила сообщение Лео –Тео был в сети два часа назад, а Леон час. Значит они точно не спят –да наверное рейс задержали, вот и все Я вышла из столовой и остановилась, чтобы отправить еще одно сообщение Леонарду –Дилара, стой —крикнул кто-то сзади и встал рядом со мной, это был Азамат –переживаешь за него?–просто это странно –он в Москве, у меня есть его геолокация –почему ты не сказал раньше?–не обязательно знать это всем. Я решил ему позвонить, пойдем за мной —мы вышли на задний двор школы, здесь не было народа и было тихо. Азамат начал звонить Леонарду. Гудки раздавались эхом в сердце, как будто случилось что-то намного хуже, чем просто внезапный отъезд в Москву

«–пусть Дилара уйдет, не слушай чужой разговор, тебя это не касается. Азамат, прилетай в Москву, здесь ты мне нужнее.» —больше я ничего не слышала, я поднялась с земли, взяла рюкзак и ушла оставив Азамата одного. Слова Лео из раза в раз повторялись у меня в голове. Я с самого утра переживаю за него, а он...да пошел он. В итоге я из-за этого опоздала на урок и поэтому меня вызвали к доске