Глава 16. Отец

От реки поднимается легкий туман, овцы в безопасности, Чакки доволен. Вот в такие моменты, глядя на утреннее солнце, прожигающее влажную дымку, Юстин ощущает полнейший покой, думается легко и свободно. Хорошо бы поставить дополнительно ограду на самом большом поле, чтобы уберечь овец от скользкого откоса к реке. Но ограда – это дорого. А Келли против затрат на ферму.Новые кухни и новые душевые комнаты для летних домиков? Пожалуйста! Заплатить какому-то веб-дизайнеру за дополнительную поисковую оптимизацию их сайта, что бы это ни значило? Конечно, здесь есть финансовый смысл. Но ограда? Корм? Ремонт трактора?Пес, высунув язык, громко дышит и оглядывает границы поля. Для Юстина именно это и имеет настоящий смысл. Пес, который радостно обегает по периметру каждое поле и возвращается к хозяину, торжественно виляя хвостом и глядя в глаза: все границы проверены.– Пошли, малыш.Юстин нарочно выбирает кружной путь; сегодня ему не хватит сил пройти по Аллее Примул. Придя домой, он вешает прорезиненный плащ в прихожей, когда появляется Келли.– Где ты был? Давай еще раз поговорим – до того, как приедет полиция. Я беспокоюсь, каких еще невзгод мне ждать. Нам нужно думать о Лили.На кухне она садится к большому тесаному сосновому столу и принимается барабанить пальцами. Юстин смотрит на чайник на плите, потом на жену.– Я могу попасть в серьезные неприятности. Знала ведь, что нельзя было соглашаться и лгать полиции. – Она раскручивает рукав свитера, вытягивает его и снова загибает манжету.– Не волнуйся, Келли. Мы всё выложим напрямик. Они поймут.– Поймут? Уверен?Юстин закрывает глаза. Ему жаль, что он расстроил жену. Ему жаль, что ей придется вдобавок ко всему пройти через такое. Жаль, что он плохой муж. А еще он устал миллион раз извиняться, потому что извинения ничего не меняют.– Извини, Келли. – Не обижайся, но уже поздновато извиняться. Ведь врать полиции – лжесвидетельство?– Думаю, только в суде, милая.Юстин смотрит на пол. На свои толстые носки из серой шерсти.«Это отвратительно». Снова голос Эллис. Дочь на пассажирском сиденье и не глядит ему в лицо.И тут он понимает, что ни Келли, ни полицейские не скажут ему ничего такого, от чего станет хуже, чем сейчас.– Все равно не понимаю, зачем нам понадобилось врать. То есть ты можешь представить, Юстин, каково мне было в ту ночь? Дочь пропала. А я тут совсем одна…Юстин молчит, повесив голову.– Кстати, я хочу, чтобы ты съехал.– Перестань, Келли. Подумай о Лили. И как я буду заниматься фермой, если съеду?– Нет никакой фермы, Юстин. Фермы нет уже несколько лет.Он поднимает глаза.– И ты удивляешься, почему ничего не вышло, Келли? Ты выходишь за фермера, а потом решаешь, что не хочешь быть замужем за фермером.– Так нечестно.– В самом деле?Несколько минут они сидят, не произнося ни слова.– Хорошо. Поговорим с полицией вместе, Келли. Я объясню, почему попросил тебя солгать о той ночи, когда пропала Эллис. Все будет хорошо. Мы все уладим. Прости, что расстроил тебя, но если ты действительно хочешь, чтобы я съехал, то, при всем уважении, чем я буду заниматься с завтрашнего дня – больше не твое дело. А теперь мне надо принять душ, пока они не приехали.Наверху, под струями воды – он нарочно включил погорячее, – Юстин впервые ощущает облегчение. Наконец-то свободен. Годами он тешил себя иллюзией, что все может продолжаться по-прежнему.А теперь?Юстин подставляет лицо под струи воды – и начинает делать то, чего не делал со дня смерти матери. Под струями горячей воды, от которых краснеет кожа, Юстин Крафт плачет.Он плачет по Эллис, которую никогда не найдут. И которая знает о нем худшее.«Это отвратительно, папа».Потом Юстин снова бреется, надевает синюю ковбойку, чистые джинсы и темно-синюю толстовку. Все машинально, на автопилоте. Он уже отказался от мысли предугадать дальнейшее. Будь что будет.Приезжают трое. Местный детектив-сержант Кейт Маф– они встречались пару раз, похоже, очень славная; Алисия – офицер по связям с семьей; и высокий тощий инспектор из Лондона, которого Юстин сразу невзлюбил.С самого начала настроение совсем не такое, как раньше. Алисия соглашается на кофе – Келли приносит на подносе, – а инспектор отказывается.– Вы хотите поговорить с нами, мистер Крафт?– Да. Простите меня. Мне очень неприятно, но я должен пояснить кое-что про ту ночь, когда пропала Эллис. Я должен кое-что рассказать.Детектив бросает взгляд на женщин-полицейских и снова поворачивается к Крафтам.– Интересно. Видимо, у нас телепатическая связь, мистер Крафт. Ведь я ехал сюда поговорить с вами именно об этом. – Он даже не пытается скрыть сарказм в голосе, прокручивая нож в ране. – Понимаете, нам поступило несколько очень интересных звонков после телеобращения. Странных звонков.Юстин смотрит на Келли – ее лицо застыло.– Ну, начинайте, мистер Крафт.– Ох… Я лгал про ночь, когда пропала Эллис, и просил Келли прикрыть меня, потому что мне было ужасно стыдно. И я не хотел отрывать вас от расследования.Юстин ощущает на себе обжигающий взгляд жены.– Это целиком моя вина. Не жены. Я немного перепил. И меня не было дома.– Не было дома?– Нет.– И теперь вы утверждаете, что меняете показания, – и без всякой связи с тем, что у нас появилась новая информация?– Нет. Конечно, нет. Откуда мне про это знать?– Ладно, мистер Крафт. Какова же новая версия того, где вы были в ночь пропажи вашей дочери? Она каким-то образом объяснит, почему вашу машину видели в тот вечер у вокзала?– Простите?– Дело в том, мистер Крафт, что я ехал сюда спросить вас: почему вашу машину видели в вечер исчезновения Эллис у вокзала в Хекстоне? А не здесь, на ферме, как утверждали изначально вы и ваша жена. У вокзала, откуда ходит скорый до Лондона. Вы ездили в Лондон в ночь, когда пропала ваша дочь, мистер Крафт? Об этом вы хотите нам рассказать?– Просто смешно. Конечно, нет! Я был дома на следующее утро. Когда мы связывались с полицией. Это невозможно. Слишком далеко. Как бы я мог…– Знаете, мистер Крафт, я думаю, лучше нам продолжить в более формальной обстановке. В местном полицейском участке. Наверняка сержант Кейт Маф предоставит нам славную допросную комнату.Юстин чувствует нарастающую панику. Словно волна прокатывается по телу. Мысли в таком беспорядке, что он даже не может понять, бросает его в жар или в холод. Одежда липнет к коже. Как будто он вылез из-под душа мокрым.Охваченный паникой, Юстин смотрит на жену, но не видит поддержки. Только жуткое непонимание в ее глазах.– Ну что, идем, мистер Крафт? Юстин приходит в голову, что следует спросить – есть ли у него выбор. Иначе арест? Попросить Келли позвонить их адвокату?.. Но он быстро берет себя в руки, понимая, что нужно быть очень, очень осторожным. Неверно сказанное слово или отказ сотрудничать обернется против него. Это неверно поймут.Юстин Крафт встает и, выходя, принимает решение ничего – по крайней мере, пока – не говорить.

КОНЕЦ 16 ГЛАВЫ!!! Будьте добры подпишитесь!!!!

Благодарности сюда

5336 6901 7489 381007/22