[46]

Хосок провожает Юнги взглядом, смотрит, как он заходит в подъезд, но ехать на работу теперь совсем не хочется, да и отпускать Юна из объятий не хотелось.

Чон редко чувствовал чью-то ласку. Даже объятия для него считались драгоценными, он искренне радовался из-за объятий Пака каждый раз, хоть и не показывал этого.

И теперь Мина вновь хотелось обнять. Хосок чувствовал себя рядом с ним очень спокойно и приятно, словно рядом с котом, что урчит. Юн понимал его, и Чон мог доверить ему все свои секреты.

С Чимином, конечно, он чувствовал себя похожим образом, но ощущалась небольшая разница, казалось, что их с Юнги связывало нечто большое.

Хос усмехнулся своим мыслям. Чим бы точно назвал его геем сейчас. Да и пускай называет, для них это ведь не обзывательство.

Чон не ощущал себя геем или бисексуалом, как минимум, он никогда ещё не думал о мужчинах в сексуальном плане. Хотя и о женщинах он не так много думал в этом ключе.

Хосок заглядывает Юнги в окно. Оно горит ужасным дешёвым желтым. Ему становится даже противно. Этому малышу там не место.

Хочется сорваться с места и забрать его к себе, да хотя бы в отель, даже он будет лучше, нежели полторы комнаты Намджуна.

От упоминания парня Мина в своей голове, пальцы вдруг похолодели и мелко затряслись. Ему стало страшно за Юна. Что если он вновь что-то сделает с ним?

Хосок смотрит на дверь подъезда долго, сжимая руки на груди, борясь с беспокойством внутри себя.

Он пытается себя унять, только тревога говорит, что нужно бежать к Юну, спасать его сейчас же.

И Чон слушается. Выбегает из машины, закрывая её по пути, открывает дверь подъезда, чуть не сбивая пожилую женщину с ребёнком, которая выходила из дома.

— Простите! — кричит Хос им, но уже нажимает кнопку лифта.

Но затем вдруг бежит по лестнице. На лифте он потеряет время.

Хосок перепрыгивает через ступень, в голове его одна мысль быстро сменяет другую, но все они на одну тему: спасти Юнги.

Поднимаясь на его этаж, Хос слышит истошный крик и видит соседку, что высунулась посмотреть, что происходит в коридор.

— Скорее вызывайте полицию, что стоите! — рычит Чон на неё и направляется в квартиру.

Дверь оказывается не запрета, но картина, которую видит перед собой заставляет парня замереть на месте.

Намджун прижимает Юна к стене, зажимая тому рот. Рубашка Юнги разрезана в некоторых местах ножом, причём резали её вместе с кожей, о чем говорят красные пятна на ткани. По щекам Мина текут слезы, ему невыносимо больно, кажется, что он вот-вот отключится.

А ещё Ким замечает Хосока. И теперь уже некогда медлить, потому что Джун кидается на него, а в руках у него небольшой нож, в отличие от Чона, у которого в карманах куртки лишь ключи и телефон.