Глава 15. Сплетни, слухи и любовь

«— Черт! Они снова придумываютнебылицы! Зачем они так? — Мне нет дела до них. Главное то, вочто веришь ты».

Я стояла у зеркала и поправляла прическу. Андрей стоял позади меня, внимательно изучая все мои действия. Да уж... Не ожидала я от себя такого. Такое примирение... Жаркое...— Что ты так на меня смотришь? — поинтересовалась я у блондина, улыбнувшись.— Слежу за тобой. А то вдруг убежишь, — рассмеявшись, ответил Андрей.— Нет, теперь не убегу, — шепотом произнесла я, надеясь, что Андрей этих слов не услышит. И как я могла так глупо ошибаться? Естественно, Андрей услышал, да еще каждое слово! Он резко подскочил ко мне, приобнял за плечи и поцеловал в щечку.Я улыбнулась, опустив взгляд.— Ты так и не ответила мне, — произнес блондин, шепча мне на ушко.— Что не ответила? — Не поняла я.— Ты не сказала: любишь меня или нет...Я повернулась к Андрею. Ему действительно важно знать мое мнение? Ему не все равно? Я заглянула в его глаза, которые с нетерпением ждали ответа. Ему не все равно...— А как ты думаешь? Неужели я бы так просто дала себя поцеловать? Отдалась бы тебе? — Я вопросительно уставилась на Брюлова. Он опустил взгляд, — я... Люблю тебя... Андрей.Он резко поднял взгляд, заглядывая в мои глаза, дабы понять, искренне ли сказаны слова.— А вот за глупую я тебе еще отомщу, — улыбнулась я, потрепав рукой волосы парня, и побежала.Из меня, конечно, бегун такой же, как из жирафа аквалангист. Не удивительно, что Андрей догнал меня на повороте в коридор, который ведет к кабинету зельеварения. Хотя, практическое занятие уже подходит к концу.— Попалась, — схватил меня за руку оборотень, ни чуть не уставший от нашей маленькой погони.— О, поздравляю, ты поймал меня, но мог бы и поддаться девушке, — ответила я, прислоняясь к стене спиной, и тут же отпрянула.— Ай, — чуть ли не вскрикнула я. Что-то больно впилось в мою спину.— Что такое? — обеспокоенно спросил Андрей.Я повернулась, чтобы посмотреть, что такое причинило боль. Из стены торчал маленький кончик чего-то острого. Какого... Я аккуратно достала эту штуку. Эта штука оказалась когтем. Вокруг него была обмотана нитками бумажка. Я удивленно уставилась на Андрея. Он тоже стоял, не понимая, что происходит.Я осторожно порвала нитки, отдала маленький коготь Андрею и, как завороженная, развернула клочок бумаги. Лучше бы я этого не делала. Этот клочок оказался запиской, на которой красовалось красное пятно. Кто-то краску пролил? Специально, чтобы запугать ненормального, нашедшего этот коготь... Чей он? Я перевернула записку.— Это кошачий коготь, ты знала? — спросил у меня Андрей. Что?! Ой, да ладно, подумаешь... Мало ли... Кажется у меня сейчас начнется истерика. Андрей стоял рядом, рассматривая клочок старой бумаги. Я глубоко вдохнула. Фух... Начала читать. Не заметила, что читаю вслух...— Отдай то, что принадлежит мне. Иначе все, кто тебе дорог, покинут этот мир. И кто же следующий? Мистер «S», — я закрывала рот рукой от ужаса. Что?! Кот... Мальчик мой... Бусик... Это не может быть его коготь! Нет! Я не верю! Да что-де тебе от меня нужно?! Что ты не можешь забрать у меня сам?! Почему ты еще не нашел, то, что искал?!Я стояла, закрыв лицо руками, прижимая записку к сердцу, и плакала. Соленые капли катились по щекам. Я чувствовала, что медленно начинаю оседать на пол. Но Андрей меня вовремя подхватил, прижав к себе. Я плакала так, как никогда в жизни не плакала. И мне было все равно, что уже прозвенел звонок и люди, вернее, оборотни, сейчас выйдут из кабинетов, что увидят меня и Андрея вместе, что начнут распускать сплетни. Мне все равно. Сейчас меня волнует только мой кот... Которого, к сожалению, уже... Больше нет... Нет. Я не верю. Я должна увидеть кота!— Кхем, молодые люди, вы не хотите мне кое-что объяснить? — Раздался противный голос за моей спиной. Ой, Злыкира...Я молниеносно отлипла от Андрея, спрятав при этом бумажку ему в карман.Мы попытались внятно объяснить ситуацию, то есть соврать о произошедшем. Но, видимо, преподавательнице наш невнятный рассказ уже наскучил, потому что она, потерев виски, отправила нас к директору. Опять...— Директор придумает вам отличное наказание. И, я уверена, наказание будет очень суровым, — прошипела мне прямо в лицо Злыкира, а затем круто развернулась и ушла.— Мы должны дойти до моей комнаты, — не говорила, а ставила перед фактом Андрея.— Не думал, что тебя сейчас на это потянет, конечно, когда нам срочно нужно быть в кабинете директора, но, ладно, я вообще-то не против, — закончил свой ответ блондин, улыбнувшись. Вот все опошлит!— Ох, обойдешься, — закатив притворно глаза и улыбнувшись, ответила я, легонько толкнув Андрея в грудь.— А что я? Я не... — Не успел он закончить фразу, как его прервал красивый голосок.— Андрей, я тебя потеряла, все говорят, что ты был с ней, но я не верю. Ты же меня любишь, ведь так? Все это знают, — повисла на бедном блондине Анна.Я закатила глаза. О, какой ужас. Да отцепись же ты от него! Я сдерживала гнев и старалась не сказать ничего лишнего этой... Девушке.— Соф, ты как? Ты где... С ним? — Набросилась на меня с вопросами Фиска. И поддерживал ее Артем.— Слушайте, я потом все вам объясню. И, Артем, прости за то... Просто эта Шварц... Она... Ох... Я обязана тебе до гроба, — закрывая лицо руками, произнесла я.— Да ничего, мы же друзья, а друзья выручают друг друга, — пожал плечами брюнет, улыбнувшись.Я улыбнулась в ответ, наказала Фиске сбегать проверить кота и оторвала Андрея от блондинки, сказав той, что нам нужно к директору. И мы убежали.— Мог так долго с ней не сюсюкаться? — спросила раздраженно его я.— А что? Ты ревнуешь что ли? — Заулыбался блондин.— Ничего я не ревную. Было бы к кому ревновать, — сказала я, закатив глаза.А Андрей все шел и улыбался. Как будто я — ходячий цирк, который сейчас его развлекает.— И долго ты собираешься так улыбаться? — язвительно поинтересовалась я, подходя к кабинету директора.— О, пока туда не зайдем, я буду улыбаться, — склонившись надо мной, прошептал мне в губы блондин.— А... Андрей, мы вообще-то пришли. Тебе не кажется, что нам нужно зайти? — спросила так же шепотом я.— Да, кажется, но так не хочется...— Значит будешь здесь один стоять? — спросила я, открывая дверь и подавая руку Андрею.Блондин взял мою руку и зашел со мной в кабинет директора. Ну что же. И снова здравствуйте, директор Круций Фагнус.— Что-то вы, молодые люди, зачастили ко мне, — спокойно произнес директор, отодвигая какую-то книгу в сторону.— Ну, не по своей воле мы здесь, — ответил Андрей, пожимая плечами, мол, будь наша воля, нас бы здесь не было.На этот раз на пороге у выхода я не мялась, а последовала за блондином, который, видимо, чувствовал себя здесь как дома. Я села на стул, стоящий около темного стола директора, сделанного, по всей видимости, на заказ, и устремила взгляд в пол. Да, сейчас мне было стыдно. Я вспомнила о родителях, подумала, как бы они отреагировали на то, что их дочка второй раз приходит в кабинет директора с парнем, в которого влюбилась. Да, влюбилась еще с первого дня пребывания в этой школе, но признаваться в этом не хотела даже себе самой. Скрывала чувства за маской неприязни, но рано или поздно все тайное становится явным, ведь так? Да и актриса из меня явно не «ух ты».— И почему же вы прогуляли занятие? — спросил директор тем же спокойным тоном, глядя куда-то сквозь нас.А он сам как думает? Почему двое учащихся — парень и девушка — решили уйти с занятия? Вдвоем, причем.Директор, видимо, так же мыслил, потому что он не стал выпытывать нашего ответа, а вместо этого спокойно продолжил.— Да, все мы были молоды, — задумчиво произнес Круций Фагнус, — все совершали необдуманные поступки, иногда даже безбашенные и рискованные...— Значит, мы пойдем на занятие? — с надеждой в голосе спросил Андрей, вставая со стула.— Не спеши, — директор движением руки заставил сесть Андрея обратно, — наказание никто не отменял. Вы будете целый месяц прибираться после уроков в кабинете Антонины Афанасьевны, — Андрей было открыл рот, дабы возразить, но директор даже не стал его слушать, а только рявкнул, — и это не обсуждается!А вот теперь я вытаращила глаза. Он только что на нас крикнул? Он умеет выходить из себя? Он умеет рычать?Андрей сидел, сложив руки на груди, и сверлил взглядом директора. Ему явно не нравилось такое наказание, но возразить не осмелился.Блондин резко поднялся со стула и направился к выходу, ни сказав ни слова Круцию Фагнусу.Я же встала со стула и, вежливо попрощавшись, вышла из кабинета. Хотя и было обидно, но я заслужила наказание.— Андрей, — позвала я блондина, который почти бежал впереди меня, — ты вообще меня слышишь?!Парень резко остановился и повернулся ко мне, глубоко вдохнув.— Это несправедливо, мы же не уборщицы, — спокойно, сдерживая все эмоции, говорил Андрей, — за что им тогда платят?Я обняла блондина. Знаю, что это банально и как-то по-детски. Но я просто заметила, что он больше не может сдерживать эмоции, поэтому хотела, чтобы он успокоился. Кажется, помогло.— Ты еще не знаешь, как выглядит кабинет зельеварения после всех занятий, — блондин шумно выдохнул и продолжил, — там ужасный бардак даже на потолке.Я не была неженкой в плане уборки, но, представив жуткую картинку кабинета, в котором разбросаны по стенам лягушачьи лапки, глаза разных животных и другие ингредиенты, вздрогнула и поморщилась. Да, будет очень неприятно работать в таком... Как бы помягче выразиться... Бардаке.Радовало то, что это только на месяц. Всего на тридцать один день... Чертов тридцать один день!— Готовишься? — неожиданно спросил блондин, нарушая тишину.Я не курица-гриль, чтобы готовиться...— К чему? — спросила я, не понимая, к чему клонит блондин.— К празднику, естественно, — ответил парень, да еще так, что я почувствовала себя последней тупицей, что я просто обязана знать об этом празднике.— К какому, — искренне не понимала я, затем до меня дошло, и я стукнула себя по лбу. Вот точно, тупица! Как можно было забыть об этом празднике? Я закусила губу и честно призналась, - нет, я забыла, что скоро Хэллоуин.— Жаль, а этот праздник выпадает на выходной день... Значит вечеринка точно будет, — оповестил меня Андрей.— У меня еще месяц впереди, — улыбнулась я, — к тому же, у меня нет подходящей одежды.— А по магазинам сходить? Шопинг там...Я рассмеялась. Откуда я деньги-то возьму? Последнюю мысль я сказала вслух.— А стипендия на что? — Удивился тот.Какая стипендия? Что опять я пропустила? И почему только сейчас узнаю об этом? Я остановилась и вопросительно уставилась на оборотня. Пусть пояснит, а то я же тугодум.— Тебе друзья не сказали? Всем студентам положена стипендия в размере восьмиста вольферов. Через неделю тебе должны выдать банковскую карточку, на которую и будет начисляться стипендия.Я уставилась на блондина, шокированная этим известием. Какого оборотня я узнаю обо всем последняя? И только сейчас меня посетила мысль, что я должна Артему, следовательно, отдам ему всю стипендию. Да и этого будет мало...— Что ты так помрачнела? — заметив, как переменилось мое настроение, спросил блондин.— Просто, — я размышляла, а стоит ли говорить об этом Андрею? Решила, что лучше ничего не скрывать от него, поэтому призналась, — Артему за учебники должна.— Они же недорого стоят, что ты переживаешь, всего-то двести вольферов за все, — спокойно произнес Андрей. Мы уже приближались к кабинету следующей лекции.Мои брови поползли вверх. Ну естественно, это же не рубли, к которым я уже привыкла. И что мне теперь с этим добром делать? Как привыкать?— У вас что там... Какая валюта? — неожиданно спросил блондин, доставая телефон.— Р-рубли, а что? — не поняла я и уставилась на телефон. Тут ловит вай фай?— Я в приложении посмотрю, сколько рублей в одном вольфере, — пояснил мне, непонятливой, Андрей, - и, да, тут ловит интернет.Да чтоб вас всех... Опять вслух спрашиваю! И опять последняя узнаю об интернете.— А можно... По скайпу связаться с... Земными людьми? — спросила я, кусая губу. Меня больше всего волновал этот вопрос, ведь... Родители... Я хочу их увидеть.— Можно, почему нет... Только это приложение платное, — пояснил Андрей, все еще роясь в телефоне.Скоро прозвенит звонок с лекции, все наши стремятся сюда, к этому кабинету. Снова любопытство Фиски и Артема. Поскорее бы их увидеть, они скажут мне, где мой котик... Я нервно кусала губу. Андрей это заметил.— Эм, может ты перестанешь так волноваться и мучить бедные губы? — спросил блондин, оторвав взгляд от экрана смартфона, и внезапно улыбнулся, — мне же эти губы нужны, как вода. Я, немного покраснев, слабо кивнула, не отрывая глаз от пола, и прислонилась плечом к стенке, как и Брюлов.— Вот, один вольфер равен двадцати пяти рублям, — наконец, нарушив затянувшееся молчание, сказал блондин, показывая мне экран смартфона.В смысле двадцать пять?! То есть... Если перевести восемьсот вольферов в рубли, получится двадцать тысяч! Ничего себе! Это просто... Вау! Вау, вау, вау! Я стояла и таращилась на Андрея, он, заметив это, тоже стал смотреть на меня, только не шокировано, а удивленно. Пришлось выйти из ступора и объяснить оборотню, что эти деньги... В общем, стипендия нереальная, слишком огромная. Хм... Стипендия только в ВУЗах и колледжах... А это же «Школа оборотней»? Нужно будет спросить у Анфиски об этом.Наконец, прозвенел звонок. И мы стали ждать, когда учащиеся покинут аудиторию, дабы наконец-то сесть на стул и приступить к обучению. Но я рвалась в свою комнату, все время думала о моем любимом животном, хотела поскорее узнать, как там котик, и если бы не Андрей, то я бы уже давно бежала, как сумасшедшая из больницы, к своему котику.