7. Ночь

Когда вдруг спросили... Где её друзья, товарищи, молодой человек? Вокруг стало совсем тихо. Да, она, вероятно, была очень одинока.

Письмо номер девять.

Раф, приветик! Я пришла с вечеринки, почти не пьяная, но такая веселая! Маркус подвез меня до дома, мы мило поболтали. Не думай, ничего лишнего, он мне как старший братик. Старший братик с пакетиком травки в кармане, хи-хи. Рафаэль. Раф. Рафа. Эль. Заяц, котенок или волк? Я полюблю тебя любым. И наш с тобой Париж тоже. Я решила, обычный Париж нам не подходит! Давай создадим свой? Мой. Наш. Раф, помнишь, что я тебе писала о веселье?... А куда ты деваешь мои письма? Складываешь в стопочку? Я твои письма расклеиваю на своей стене над кроватью. Рядом с фотографиями розоволосых девушек и мыльных пузырьков.  Знаешь, чтобы со мной не случилось... Запомни меня той, которую ты любил.Я не намекаю ни на что-то отвратительное, просто маленькое предупреждение, можешь не обращать внимания и бежать своими обворожительными глазами дальше по строкам. Ах, как я хочу поблагодарить тебя, солнце. Если бы не ты - меня бы уже сто процентов нашли в ванной с изрезанными вдоль руками. Я бы наглоталась волшебных пилюлей и лежала скрестив руки. Может, хлебнула бы цианида... Почему я так спокойно пишу об этом? Не знаю.Я так поменялась. От того оптимистического сгустка энерегии, которого ты тискал за щечки год назад, от него же буквально не осталось ничего.Мои бывшие одноклассницы теперь учатся в универе. Снисходительно махают своими наманикюренными пальчиками цвета коралла, театрально подымают огромные гусеницы, вместо нормальных ресниц, ходят со своими маленькими чёрными сумками... Как в эту бздюльку вообще что-то помещается, а? Эти ящерицы городских мегаполисов пригласили меня недавно в суши-бар. И, предаставь себе, Раф, я ела одна. Зачем ходить в суши-бар, если: "Ох, я и Сара поправились на два килограмма. Мы на яблочной диете!" Да какие два килограмма, у вас кости торчат!!! Меня чуть не разорвало на месте, но я тактично запихивилась Филадельфией. Раф, кстати... А я ведь тоже поправилась. Не знаю, может эти клуши и мне в голову что-то вложили непотребное. Но я прохожу мимо зеркала и чуть не рву. Так противно есть. Особенно, вспомнив их глаза, когда я запивала свой "ужин" пепси-колой. Глаза Ирин! Помнишь её? На уроках спорта у неё задница от целлюлита тряслась. А сейчас две палки, как те, которыми я суши уминала. Но жопа классная стала. Серцевидной формы, талия четкая ещё. Ирин просто стала идеальной, пока я тосковала! Тосковала и жрала тоннами фисташковое мороженое. Ты точно бросишь меня. Увидишь этого тюленя (меня) и убежишь в ужасе. А я брошусь со своего айсберга к тебе! Но потерплю поражение. Что со мной происходит? Почему я имею наглость писать тебе это? Фу, никогда с ними больше не встречусь. Напыщенные курицы постоянно обсуждали неизвестных мне парней с каких-то курсов. Мне так горестно сейчас, я не могу уткнуться в твоё плечо, только пишу эти письма.Да к чёрту всё! Я несамостояльное дерьмишко, могу прожигать жизнь, как захочу. Звоню Майку, милый. Пусть вернется, заберет меня с этого гадюшника. И ты там развлекайся, солнце.

Кстати, Майк называет меня клубничкой.

Навеки твоя Я.