Глава 32

Свадебное платье Зарины.

Фото со свадьбы.

Сын Саад.

Pov Зарина.Когда я впервые услышала его крик в роддоме, я поняла — всё. Теперь моё сердце принадлежит не только Арсену. Оно разделилось пополам.Саад рос быстро. Слишком быстро. Мне казалось, что я только вчера держала крошку, а сегодня он уже с серьёзным видом пытается спорить со своим отцом.Я: Арсен, ты взрослый мужчина, зачем споришь с трёхлетним ребёнком?Арс: Потому что он начал первый! — обиделся.Я закатила глаза. Саад сидел в уголке и хмуро смотрел на нас.Саад: Я не буду есть кашу. Я мужчина. Арс:  Мужчина? - прищурился. — Мужчина — это тот, кто уважает труд жены и ест то, что она приготовила.Саад: А я хочу чупа-чупс! — гордо сказал.Я не выдержала и засмеялась.Я:  Всё, хватит. Сын у меня в папу пошёл. Упрямый.Pov Арсен.Я всегда думал, что Зарина — моя самая большая любовь. И это правда. Но когда появился Саад... всё стало иначе.Иногда я просто смотрю, как он спит, и думаю: вот ради этого стоило прожить всю жизнь.Но в то же время он такой же характерный, как его мать.Сегодня утром я взял его на руки, чтобы помочь Зарине.Я: Саад, давай я тебя одену.Саад:  Нет! Я сам!Я:  Но ты ещё пуговицы застегнуть не умеешь.Саад:  Зато я мужчина! — гордо ответил он.Я рассмеялся.Я:  О Аллах, — подумал я, — в доме теперь два упрямца. Один маленький, другой большой. А Зарина посередине.Вечером.Мы сидели втроём. Саад бегал по комнате с игрушкой, а я обнял Зарину.Я: Алтыным, посмотри. Это наше счастье.Она кивнула, глаза блестели.Зар: Да, Арсен. Теперь у меня два мужчины. Но знай... первый мужчина в моей жизни — это ты.Я крепче обнял её.А Саад, как будто всё слышал, подбежал, запрыгнул нам на колени и сказал:Саад: Нет! Первый мужчина в жизни мамы — я!Мы рассмеялись.И я понял, что именно так выглядит рай на земле.

Сааду 7лет.

Pov Зарина.Я не знаю, кто больше переживал утром — я или Саад.Он стоял в новенькой белой рубашке, с рюкзаком почти больше него самого и смотрел на меня так серьёзно, будто отправлялся не в школу, а минимум в армию.Саад: Мама, не надо меня провожать. Я же мужчина. — сказал он.Я:  Мужчина? — я поправила ему воротник. — Мужчины не ноют, когда им ботинки жмут.Саад:  Я не ныл, я просто сообщил.Я улыбнулась. Арсен всё это время молча стоял рядом, но глаза у него... он пытался скрыть, но я знала — ему тяжелее всех.Pov Арсен.Саад — мой сын. Моя гордость. Но когда он взял меня за руку перед школой и сказал: «Папа, не отпускай», — я чуть сам не разревелся.Я: Сын, — наклоняясь к нему, — знай: даже если я отпущу твою руку, в сердце я всегда держу тебя.Он кивнул. Маленький, но уже с мужским взглядом.А Зарина рядом вытирала слёзы.Я: Алтыным, не плачь. — прошептал. Зар:  не плачу... это аллергия. — всхлипнула она.Я: На что аллергия?Зар: На то, что наш малыш вырос.Я не выдержал и обнял её прямо при людях. Все переглядывались. А я не смотрел ни на кого кроме своего сына и жены. В школе.Саад стоял в линейке и выглядел серьёзнее всех.Учительница сказала:Учитель: Дети, сегодня начинается ваш большой путь.А мой сын гордо поднял руку:Саад:  А можно сразу сказать? Я будущий адвокат, как папа.Толпа родителей засмеялась. Я почувствовал, как в груди всё разрывается от гордости.Зарина прижалась ко мне и прошептала:Зар: Видишь? У нас всё получилось.Я посмотрел на них двоих и подумал: да, ради этого стоило пройти все испытания.

Theee eeend...