Куда я попала, где мои вещи?!

 Самолет сел почти в полночь. Настя вышла и, спускаясь по трапу, с восхищением смотрела на огни аэродрома. Это было невероятно, хотя Элиша утверждала, что главную красоту - вид на ночной ЛА сверху, она благополучно проспала. Они сели в затанированный автомобиль, который мягко заурчав, покатил по бесконечным улицам, которые сверкали и переливались неоновыми вывесками и красочными плакатами. На одном из огромных баннеров Настя увидела лицо Джастина. Да уж, этот город знает своих героев! Чего уж там...

Элиша объяснила ей, что едут они в центр города, в особняк матери Джастина, а сам он приедет уже завтра. Настя испугалась. Как?! Вот так сразу - к матери? А если она ей не понравится? А если произведет нехорошее впечатление? А если Джастин не одобрит, что это решили без него? И ещё куча таких вот "а если". Но танцовщица многозначительно улыбнулась, сказав, что всё будет так, как надо... теперь всё будет так, как надо. Если честно, то Настя не поняла, о чем она, да и не особо стремилась вообще-то. Сейчас мысли девушки были заняты тем, что наконец эта мучительная разлука закончилась, ну, или почти закончилась. Уже завтра она увидит Джастина, уже завтра...

Машина остановилась возле огромного особняка, в двух окнах которого горел свет. Девушки прошли по дорожке, которая вилась вдоль живой изгороди и зашли в просторный холл, оформленный в темно-зеленых тонах.

- Патриция! - позвала Элиша. - Пат, мы приехали!

Им ответила гулкая звенящая тишина. Танцовщица недоуменно пожала плечами и прошла в гостиную. Здесь было темно и тоже тихо. Помянув черта, Элиша уже хотела включить свет, когда Настя вдруг закричала.

Рука в кожаной перчатке тут же зажала ей рот и девушку куда-то потащили. Брыкаясь и пытаясь вырваться из этих крепких тисков, девушка ухитрилась даже укусить незнакомца за ребро ладони. Он глухо зарычал от боли и, резко развернув Настю к себе лицом, наотмашь ударил её, моментально вырубив. Бросив бесчувственную девушку на плечо, он что-то сказал второму, который тащил умирающуюся Элишу и пошел на улицу. Бросив девушку на заднее сидение машины, стоящей у черного входа, он сел за руль и сдвинул на лоб черную шапку, с прорезями для глаз. Вскоре появился второй и засунул в машину танцовщицу, у которой уже были связаны руки и заклеен рот. Он сел рядом с водителем и, повернув к себе зеркало заднего вида, принялся рассматривать глубокую царапину на щеке, ругаясь в полголоса. Это Элиша сумела-таки сорвать с него шапку и полоснуть ногтями по физиономии.

Увидев Настю, лежащую на сидении, Элиша в ужасе принялась толкать её коленом в бедро.

- Сиди тихо! - рявкнул на нее водитель. - Всё нормально с ней!

Танцовщица что-то промычала ему в ответ, яростно сверкая глазами.

Второй наполовину отодрал клейкую ленту от её губ, но лишь для того, чтобы услышать поток брани.

- Заткни её, - поморщился водитель. - Пусть она не орет.

Его сообщник вернул на место кусок скотча и даже слегка замахнулся на Элишу, рассчитывая напугать. Девушка отпрянула к спинке и затихла, решив не рисковать и лишь беспокойно поглядывая на Настю, которая всё ещё не подавала признаков жизни.

Машина остановилась примерно через часа полтора, как показалось танцовщице. Настя к тому времени уже пришла в себя, но ещё плохо соображала. Правая щека девушки была бордовой, а угол рта разбит. Их вытащили из салона и поволокли в какой-то дом, затеряный среди рощи или парка. Элиша быстро сообразила, что они где-то за городом. Девушек втолкнули в комнату и закрыли дверь снаружи, оставив их одних.

Настя развязала танцовщице руки и та незамедлила выругаться. Затем она выглянула в окошко и потрогала витую решетку. Сбежать возможности не представлялось... но это лишь пока.

- Что это значит? - Настя потрогала гудящую голову, которая начала нестерпимо болеть. - Нас похитили?

- Это Америка, детка, - вздохнула танцовщица. - И ты подружка Джастина Бибера.

Боже! Об этом ли она мечтала?! Настя почувствовала, как её накрывает горячая волна паники. Что теперь будет? Конечно, за них будут требовать выкуп, а потом, когда им заплатят, они просто убьют пленниц. Нет, их конечно не отпустят. Рот наполнился горькой слюной, а душа - тревогой и липким страхом. Голова уже болела не переставая, а правая сторона лица вдруг стала ещё более горячей. Челюсть неприятно ныла и саднили разбитые губы. А ещё, нестерпимо хотелось пить. Жажда была просто чудовищной и ни о чем, кроме воды она думать не могла.

Элиша обняла её и попыталась успокоить, убеждая в том, что уже через час их начнут искать. Джастин поднимет на ноги всю полицию и их обязательно освободят. Лишь мысли о том, что Джастин был теперь не так далеко, как раньше, придавали Насте сил.

Ах, если бы она только знала, где был в это время Джастин. Если бы знала, в каком он был состоянии... Но девушка об этом не подозревала. И вданный момент, - это неведение было лучшим, что у нее было.