Глава 3. Тот, кто остался в том времени

На утреннем перерыве в офисе Марка заметно увеличилось количество гостей. Люди приходили чаще, чем когда-либо раньше. Когда он открыл дверь, его встретил Том, давний друг. Лицо выражало смесь сочувствия и лёгкой растерянности.

— Привет, Марк, — его встретил Том, давний друг. Он стоял, нервно переминаясь с ноги на ногу, и его обычная, лучезарная улыбка сегодня была неуверенной, натянутой. Лицо выражало смесь сочувствия и лёгкой растерянности. Тот самый Том, что мог разговорить кого угодно. Он был тем самым другом со школы, с кем Марк прошёл через всё от контрольных до первых сердечных драм. Их дружба была нерушимой, но даже она не могла скрыть тревоги, с которой Том пришёл сегодня. — Я слышал, что Ба пришла к тебе с предсказанием... Прими мои соболезнования. Как твой лучший друг, урвал встречу с тобой. И, знаешь, там уже немалая очередь из людей, которые хотят увидеться с тобой. Сегодня мой день. Кстати, какое у тебя спасение?

Марк на мгновение замолчал, не желая произносить это слово вслух. Оно казалось ему слишком уязвимым, слишком откровенным для такой ситуации.

— Любовь, — наконец прошептал он, едва слышным голосом, будто сам удивляясь тому, как это слово легко слетело с губ.

Он тут же пожалел, не стоило говорить это так прямо. В комнате буквально через несколько секунд её нарушил громкий, раскатистый смех Тома. Его смех был заразительным, но на этот раз он звучал неуместно, резко, как раскат грома.

— Не могу поверить, что твоё спасение это любовь, — сказал Том с нервной усмешкой, в его голосе сквозила растерянность. — Ну ты попал, чувак. Прости, но тебе точно кранты.

— Почему ты так считаешь? — вдруг раздался возмущённый голос Мэри. Она почти кричала, не в силах сдержать гнев. Её голос дрожал от накативших эмоций.

— Потому что, как он расстался с первой любовью, — сказал Том, взглянув на Мэри с усталой прямотой. — Слишком часто он отталкивал тех, кто пытался к нему приблизиться. Уйма девушек пытались завоевать его внимание. Девушки-то были красивыми, скажу тебе. Он игрался с ними, менял их как перчатки, когда наскучить.

— Думается мне, что ты ему не лучший друг, — вмешался Гинкго, не упустив шанса добавить с чувством превосходства. Марк бросил на Гинкго взгляд, пронизывающий до самой глубины души, заставивший его мгновенно замолчать.

— Том, — спокойно, но твёрдо произнёс Марк. — Пойдём поговорим на улице.

Он не хотел продолжать этот разговор здесь, в присутствии других, особенно Мэри. Он уже испортил. Пока не зашла слишком далека. Том, всё ещё улыбаясь, слегка растерялся, но кивнул и последовал за Марком к выходу.

Последние слова Тома прочно засели в голове Мэри. Обедая, она не могла думать ни о чём другом. Человек, который столько раз признавался ей в любви, человек, который всегда дарил ей свою заботу и внимание, теперь вызывал у неё смятение. Она чувствовала себя потерянной, как будто почва ускользала у неё из-под ног. Она думала, что Марк играется с ней. Под предлогом выйти на свежий воздух, Мэри покинула комнату.

На улице дул прохладный весенний ветер, бодрящий, но колючий. Том закурил сигарету и предложил одну Марку. Они стояли под деревьями, только один выпускал дым, едва распустившаяся листва шуршала над их головами. Марк глубоко вдыхал свежий воздух, пытаясь обрести внутренний покой, но в голове роилась масса противоречивых мыслей.

— Слушай, Марк, — начал Том, делая глубокую затяжку, — Может, устроим пару дней, как в старые добрые времена? Вернем старое? Просто хочу снова увидеть того тебя, с кем мы ночами обсуждали и строили планы на будущее. Может, нам обоим этого не хватает. Станем королями вечеринок, как раньше? Когда ты ушёл, на наших тусовках стало меньше красивых девушек. Они вернутся, если ты будешь там, ок? По-братски, хотя бы один раз. Давай закатим самую большую вечеринку! В эту субботу, согласен?

— То есть завтра? — переспросил Марк, его голос прозвучал отстранённо. Том слегка растерялся, вспомнив, какой сегодня день. Марк молчал, слушая, как Том продолжал говорить о старых временах. В его словах звучала смесь ностальгии и надежды, будто он верил, что всё снова станет как прежде.

— Ну, чё там у тебя? — не унимался Том. — Наверное, как раньше, отбоя от девушек нет, да? Ты же всегда умел находить к ним подход... Ты никогда не стеснялся заводить их в свою комнату...

Мэри, услышав это, замерла за углом. Она не могла поверить своим ушам. Марк, которого она знала, казался совсем другим человеком. Эти откровения Тома о прошлом Марка были для неё шоком. Внезапно образ Марка, заботливого и тихого, пошатнулся. Она больше не могла продолжать слушать, и, не сказав ни слова, вернулась внутрь, пытаясь сосредоточиться на работе. Но осадок от услышанного остался, и мысли о Марке не отпускали её. Марк стоял рядом с Томом, мельком увидел тень за углом.

— Том, — наконец сказал Марк, прерывая поток воспоминаний друга, — Мне нужно кое-что тебе сказать, — Том посмотрел на Марка внимательно, выражение сменилось искренней озабоченностью.

— Марк, — перебил Том, затушив сигарету, будто подбирая слова, затем сказал мягче, — Ты всегда был серьёзным парнем. Иногда даже слишком. Но если ты решил не бороться за свою жизнь... я тебя не осуждаю. Я знаю, через что тебе пришлось пройти. Просто помни, ты всегда можешь рассчитывать на меня.

— Благодарен тебе, — Марк, — Тогда до завтра.

Они пожали друг другу руки, и Том отправился по своим делам, оставив Марка одного. Марк стоял неподвижно, как теперь объясниться ему перед ней.

Марк как обычно пытался начать разговор с Мэри во время перерыва, но она избегала его. Она не отвечала на его вопросы, игнорировала сообщения, а каждый раз, когда он подходил к ней, её внимание сразу переключалось на что-то другое. Её холодность высшая наказание, но и одновременно привлекательная.

— У вас с Мэри что-то случилось? — спросил Гинкго, заметив, как рассеянно Марк сидит за столом.

— Нет, а что? — ответил Марк, словно автоответчик.

— Чувак, ты уже пять минут пялишься на экран, залип на первой строчке отчёта. Что вообще с тобой? Сходи поговори с ней, иначе ты и работать не можешь нормально. Я тебя подменю, пока разберёшься.

Марк нехотя встал и направился в офис, где работал финансовый отдел. Он знал, что Мэри не откажет, если дело касалось работы.

— Мэри, можно тебя? У меня проблема со списанием товара, цифры не сходятся с фактическими данными, — произнёс он, зная, что это точно сработает. Мэри, хоть и нехотя, поднялась.

— Мэри, что-то не так? Ты избегаешь меня, не отвечаешь на мои сообщения, не уделяешь внимание, — сказал он, пытаясь поймать её взгляд. Мэри остановилась, но не повернулась к нему. Её плечи были напряжены, а выражение лица холодным и отстранённым.

— Как я должна проявлять внимание? — сказала она, бросив на него холодный взгляд. В её глазах больше не было той теплоты, к которой он хотел видеть сторону себя.

— Это из-за разговора с Томом? — спросил Марк, хотя уже знал ответ.

— А как ты думаешь, Марк? — её голос был полон обиды и недоумения. — Ты знаешь я не люблю ложь, ты всё время меня обманывал. Ты говорил мне, что я твоя первая любовь, ты говорил что с девушками у тебя ничего не было. Это твой план затащить меня постель? Может это подействовал на других, но не на меня. Что я должна думать, когда слышу, как твой "лучший друг" говорит о тебе так, будто ты был таким человеком?

— Это не так, слова искажены... — попытался объяснить Марк, но даже для него самого эти слова звучали слабо.

— Все хорошо — Мэри резко повернулась к нему, её глаза сверкали от эмоций. — Ты не мой парень, я не твоя девушка. Так что нормально. Я не должна злиться на твое прошлое. Марк сохраним профессионализм, и сохраним рабочие отношение.

Марк замолчал. Внутри всё кипело, но ему было нечего сказать. Она была права, и он это знал.

— Моё имя так странно звучит из твоих уст... — произнёс он тихо, опустив взгляд. Слова задели его куда глубже, чем он ожидал. Он почувствовал, как что-то внутри сжалось не от гнева, а от боли, будто она отняла у него что-то важное. — Я не буду ничего объяснять сейчас. Лучше сама всё увидишь. Не планируй ничего на субботу.

Мэри нахмурилась, не понимая, к чему он клонит.

— На завтра? — её голос был настороженным, почти подозрительным. — Никуда я не пойду, у меня планы, я должна работать.

— Да, — ответил он, стараясь говорить спокойно. — Я хочу, чтобы ты сама всё увидела. Может, тогда тебе будет легче понять, что я не тот человек, о котором рассказывал Том.

Он натянуто улыбнулся, как будто выполняя жест по привычке, не до конца веря, что это поможет. Улыбка вышла сдержанной, неуверенной скорее жестом вежливости, чем искренним чувством. Но это было всё, на что он сейчас был способен.

— Ну, давай просто улыбнёмся. Всё не так сложно, как кажется, правда? — сказал он, надеясь, что хоть эта фраза разрядит обстановку, но внутри уже знал, что это вряд ли сработает.

Но Мэри не ответила на его улыбку. Её глаза оставались напряжёнными и холодными. Она явно старалась скрыть свои эмоции, но Марк чувствовал, как между ними повисла тяжёлая, непроницаемая стена. Он понимал, что ей сложно, и знал, что нужно что-то сделать, чтобы вернуть её доверие, но сейчас он не мог придумать, как именно это сделать.