XCVII. РЫЖЕЙ НИЩЕНКЕ

Белая девушка с рыжей головкой,Ты сквозь лохмотья лукавой уловкойВсем обнажаешь свою нищету И красоту.

Тело веснушками всюду покрыто,Но для поэта с душою разбитой,Полное всяких недугов, оно Чары полно!

Носишь ты, блеск презирая мишурный,Словно царица из сказки - котурны,Два деревянных своих башмака, Стройно-легка.

Если бы мог на тебе увидать яВместо лохмотьев - придворного платьяСкладки, облекшие, словно струи, Ножки твои;

Если бы там, где чулочек дырявыйЩеголей праздных сбирает оравы,Золотом ножку украсил и сжал Тонкий кинжал;

Если б, узлам непослушны неровным,Вдруг, обнажившись пред взором греховным.Полные груди блеснули хоть раз Парою глаз;

Если б просить ты заставить умелаВсех, кто к тебе прикасается смело,Прочь отгоняя бесстрашно вокруг Шалость их рук;

Много жемчужин, камней драгоценных,Много сонетов Бело совершенныхСтали б тебе предлагать без конца Верных сердца;

Штат рифмачей с кипой новых творенийСтал бы тесниться у пышных ступеней,Дерзко ловил бы их страстный зрачок Твой башмачок;

Вкруг бы теснились пажи и сеньоры,Много Ронсаров вперяли бы взоры,Жадно ища вдохновения, в твой Пышный покой!

Чары б роскошного ложа таилиБольше горячих лобзаний, чем лилий,И не один Валуа в твою власть Мог бы попасть!

Ныне ж ты нищенкой бродишь голодной,Хлам собирая давно уж негодный,На перекрестках продрогшая вся Робко прося;

На безделушки в четыре сантимаСмотришь ты с завистью, шествуя мимо,Но не могу я тебе, о прости! Их поднести!

Что же? Пускай без иных украшений.Без ароматов иных и каменийТощая блещет твоя нагота, О красота!