11

На следующее утро я проснулась задолго до будильника. Смотрела в потолок, прокручивая в голове вчерашний вечер вновь и вновь. Вчера до дома мы ехали в тишине. Ни я, ни он не собирались её нарушить. Каждый был в своих мыслях. Когда мы доехали, я не попрощавшись хлопнула дверью и забежала домой. Дома я сказала, что по дороге от Лили встретила друга Азамата, который любезно предложил подвезти меня домой. Никто ничего не заподозрил. Я вздыхаю, вспомнив свой первый поцелуй... Боже... Неужели это все происходит со мной. В какой момент моя жизнь превратилась в мелодраму? И поскольку прогнать мысли о Халибе мне просто не удавалось, я тяну руку из-под одеяла к тумбочке и слепо шарю в поисках своего телефона. Я едва приподнимаю подушку, чтобы взглянуть на экран телефона и в удивлении скидываю брови. За прошедшую ночь у меня накопилось куча сообщений. Я быстро просматриваю список. Три сообщения от однокурсницы с вопросами что я буду делать на выходных. Два от мамы. Двадцать от Лили:«Как там проходит ваше свидание?💀🥂»«Че вы там делаете???👀»«Что-то ты долго...🙊🙈🙉»«Ты в порядке?🏃🏻‍♀️💨💨💨»     С каждым сообщением она была все безумнее и безумнее. Пока я разгребала её сообщения, высвечивается ещё одно. С незнакомого номера. «Спокойно ночи)» Нервно скрутился живот. Мне было страшно от того насколько далеко это может зайти. Засунув голову под подушку, я попыталась уснуть — единственное место куда можно убежать от своих мыслей это царство Морфея. Пару часов спустя я уже стояла на кухне с гулькой на голове в своей любимой розовой пижаме. В выходные я люблю подольше повозиться с завтраком, а потом съесть его на диване за просмотром утренних передач. Разве у меня может пройти что-то без происшествий? Тарелка с фруктами с грохотом повалилась на пол, дав волю яблокам и персикам разгуляться на кухне. Ругнувшись себе под нос, я встала на колени, начала собирать их, чтобы вновь помыть и благополучно нарезать. До яблока, сбежавшего подальше, оставалось всего пару метров. В поле моего зрения показались чьи-то идеально вычищенные белые кроссовки и рука, поднявшая мои «сбежавшие» яблоки. Вскинув голову, я наткнулась на участливый взгляд зеленых глаз.— Маша-растеряша, — со смехом произнёс Хамзат. — Или просто неудачница по жизни, — я выхватила яблоко и положила на вершину фруктов, — Спасибо, Хамзыч. Будешь завтракать?— А че у тебя?— Овсянка с фруктами. — Фу-у-у, — он скорчил гримасу, — Нет, конечно.      Типичная реакция. Я засмеялась.— Хочешь сэндвич приготовлю? Как ты любишь.— Ну давай, — он довольно уселся на стул и начал обсуждать со мной подарок для предстоящего дня рождения Азамата.— Может парфюм купить? Я уже месяц ломаю голову.— Парфюм ему девушка заказала, — усмехнулся он, — Ты опоздала.— Тогда что? Тебе лучше знать.— Я купил ему Apple Watch последней модели, — самодовольно проговорил он.— Давай-давай. Втаптывай мою самооценку за то, что я сама не додумалась до этого, — проныла я.— Кто виноват, что у него такой умный друг, — захохотал он, — А ты подумай. Я не знаю даже что ещё можно ему придумать. Так вместо субботних утренних передач мое утро прошло в болтовне с Хамзатом — человеком, который всегда поднимал мне настроение и был мне как второй родной брат.— Уф-ф — промычал он от удовольствия — как ты его так вкусно готовишь? Я наесться не могу.— Передам рецепт твоей жене, — хихикнула я.— А сама ею стать не хочешь? — шутит он, а я попёрхиваюсь чаем.— Такие глупости иногда говоришь! — Шуток не понимает, — он закатывает глаза, — Все, давай, Дыня, мне пора твоего братца будить. Мы уезжаем. Я встала прибрать со стола и помыть посуду, и как оно обычно бывает, очнулась, когда уже домывала полы. Пора бы уже и из пижамы вылезти. Зайдя к себе в комнату, я просто оцепенела: на моей кровати лежал букет розовых пионов. Рядом с букетом томилась и благоухала на всю комнату розовая коробка с моими любимыми свежеиспеченными шоколадными маффинами. Сверху цветов записка:

«Вчера цветы остались в машине. А маффины надеюсь поднимут настроение. Прости ещё раз, что так вышло»

Необыкновенно сложно сказать, что я чувствовала в этот момент. Этот ураган чувств, эту дрожь под сердцем, этот толчок, небольшого страха перед происходящим и большой волны будоражащих приятных чувств. Такого раньше со мной не происходило.