17

Он пожелал мне поправляться и, растерянно растрепав волосы, ушел.Этим жестом выбивая дыхание. Вызывая восхищение. Любование.Как только я закрыла за парнем дверь, тут же съехала вниз по стенке и беззвучно зарыдала.Разве может такое случиться за один день? В один день влюбиться и сразу разбить свое сердце?Видимо я перфекционистка и хочу быть лучшей во всем, потому что у меня это получилось идеально.Я набрала тут же Алке и попросила ее не приходить. Несмотря на то, что она купила мне фрукты и лекарства. Просто не хотелось никого видеть.Так я проболела до конца учебной недели, а там уже наступили выходные.Я планировала засесть за учебу, понимая, что прошло время лить слезы. Три для по несостоявшейся любви было вполне достаточно.Алка, в свою очередь, подумала иначе. Может на то она и подруга, что быстро раскусила причину моей хандры и долгосрочного пропуска универа.— Я принесла тебе лекции, — протягивает мне свои тетради сразу с порога, — для тебя записывала. Сама я ничегошеньки не поняла.— Спасибо.Бормочу и пускаю ее в квартиру.— Я еще принесла попить и поесть. Исхудала то как. Бледная, как поганка, — девушка недовольно цокает и качает головой. Уверенно идет на кухню и гремит посудой.Скоро на кухонном столе стоит свежий ароматный чай и торт. Алка знает толк в разбитом сердце.— Не понимаю почему ты так убиваешься, — жует кусок торта и тут же за чашку хватается.— Со мной такое в первый раз.Вздыхаю. Не вижу смысла скрывать перед ней свои чувства. У нее рентген, а не интуиция.— Тебе нужно перестать тушеваться и поверить в себя, — говорит философски.— Как это?Сама же имею ввиду “как такое возможно?!”. Я отдаю себе отчет, что далеко не мечта популярного спортсмена. Скорее предмет воздыхание зубрилы какого-нибудь.— Да, у него есть девушка, — Кивает. Ее слова снова как по больному режут, — но и она не дерево. Подвинется. И ты не поезд — объедешь.Вроде правильно говорит. Что-то есть в этом. А вроде меня смущает что-то.— Сегодня он с ней, завтра с тобой.Алка в рот оправляет еще один кусок тора. Чувство такое, будто для себя она его купила.Я же молча, как Васька, слушаю да ем. Чай, точнее, сёрбаю.— Разве можно так?Спрашиваю нерешительно. Мне это неправильным кажется, но попробовать хочется. Очень.Подруга надежды какие-то воскрешает, сердце от которых начинает биться быстрее.— Нельзя-то почему?Искренне удивляется.Наверное потому, что я в себя не верю и не решаюсь об этому кому-то сказать. Тимофей — это высшее звено эволюции университета, тогда как я застряла где-то на этапе развития.— Тебе бы над собой поработать немного.Знаю, что подруга не со зла, но она лишь подтверждает мои выводы: я недостаточно хороша.— Мода и стиль, — дело каждого. Ты тоже имеешь право самовыражаться… так!Она уверенно кивает в мою сторону без доли осуждения.— юлька, пойми меня правильно!В сердцах восклицает девушка и я верю в ее искренность, потому что она даже торт в сторону откладывает.— Крутая ты, иначе не дружила бы я с тобой!Тут же губы поджимает.— Парни любят глазами. И потом только смотрят в сторону нашей тонкой душевной организации, — говорит и к торту возвращается, — а еще! То, что просто — не интересно!Мне кажется, или подруга сегодня решила научить меня всему глобальному опыту, который женская половина человечества собирала с самых истоков?!— И что мне делать? — спрашиваю, затаив дыхание.— Стать чуточку хитрее, — ее ответ разочаровывает, потому что я не могу. Не знаю как. Я опять удрученная, в унынии, но ровно до тех пор, пока не слышу продолжение, — и будь самой собой.— Почему?Вроде только что сказала, что я слишком проста для Мишки моего.— Что-то же в тебе есть! Почему Тимофей приперся к тебе домой стоило тебе день не появиться в универе???Киваю машинально. Пытаюсь информацию обработать.— И даня почти каждый день явно не спроста круги наворачивал вокруг наших лекционных. Даже в аудиторию заглядывал несколько раз.Подруга улыбается, довольная произведенным эффектом, и уже пододвигает к себе всю коробку с тортом. Это в прикуску к моей реакции на ее слова.— Что Милохин делал на нашем курсе?Странные мысли лезут в голову. О дане я думать забыла. Оказывается, он обо мне — нет.— даня ни перед кем не отчитывается, но ты и так это знаешь, — Алка плечами пожимает, — но я все вижу. Всё подмечаю. Знаю, что тебя искал.