7

POV Егор На пару в лекционник зашел заранее и распрощавшись с парнями встал у первой парты, вперив взгляд в спину Карнауховой. Она околачивалась рядом с преподавателем и самозабвенно отдавалась болтовне. Прошедшая спустя несколько минут рядом со мной Мия, только проследила за направлением моего взгляда, фыркнула и двинула дальше. Правильно, я вне зоны доступа. Так я и стоял, пока не прозвенел звонок. Улыбнулся и приготовился к военным действиям. — Кораблин, а вы что стоите? Садитесь, лекция уже началась, — приглашающе ткнула пальцем в сторону парт преподавательница. — А я свою девушку жду, чтобы вместе сесть, — и кивнул на Валю. А у той чуть пар из ушей не повалил. Я сказал свои слова громко, так, чтобы все услышали и поняли, что к чему. Ну давай, злюка, твой ход. И она не разочаровала меня. — Никакой он мне не парень, — зло выплюнула она и прищурилась. Группа и лектор замерли в ожидании моего ответа, и я не хотел их расстраивать. — Простите, мы просто поругались. А я, влюбленный идиот, не знаю теперь на какой козе к ней подъехать, — и тут же сделал глаза как у кота из «Шрека». И ведь сработало. Правда, на всех кроме моей разъяренной фурии, но тормозить я уже не планировал. — Идите, Валя, не заставляйте молодого человека ждать. Да и группу не задерживайте. Начинаем. Мстительно сверкая своими обалденными глазищами, она двинула в сторону парт и уселась на самую первую, ну а я уж сразу к ней. Так максимально близко, как позволяли правила приличия, хотя мне и было на них плевать. — Ну и чего ты сопишь как паровоз, злюка? — не удержался я от вопроса, пока она рывками выкладывала из своей сумки тетрадь и письменные принадлежности. Она не отвечала мне, а только продолжала демонстрировать мне свою ярость. Господи ты боже мой, ну какая конфета, а! — Валя, чем я провинился? — да я упертый баран. — Своим существованием, — сказала, как отрезала и принялась упорно что-то строчить в своей тетради. Я ее решил пока больше не трогать и тоже смиренно углубился в записи. Но какая тут может быть учеба, когда рядом сидит такая аппетитная девочка? Да и время капало, а я не продвинулся ни на шаг. Непорядок так-то! — Насчет экскурсии не передумала? — спросил я спустя минут двадцать. — Нет, — ответила она и посмотрела прямо мне в глаза, потом окинула мои руки, сплошь забитые татуировками, пирсинг в носу и ушах, феньки, скривилась и продолжила, — и не передумаю. Я вздохнул и склонил голову над тетрадью. Ладно, лобовая атака не помогла. Это факт. Пойдем другим путем. Рано или поздно, но я найду к ней подход. Так и закрутилось. Я каждый день, с утра, на пару приносил ей сладкий презент. То набор макарун ручной работы, то разноцветные донаты, то коробочку Синнабон, то самуюбольшую упаковку Рафаэлло или корзину с шоколадом, но особого эффекта не наблюдалось.Она даже на меня не смотрела, когда я перед парой ставил на стол рядом с ней своисладкие подношения и просто делала вид, что меня не существует в этом мире. А поокончании пары просто вставала и уходила, напрочь игнорируя то, что я ей подарил. В итогемакаруны и донаты сожрали Крид и Даня.— Господи, Боже ты мой, Егор, ты такой милашка! — закатывая глаза, с полным ртомвещал Крид, — В следующий раз тащи побольше этой сладкой фигни, твоей Вале плевать,а вот мне очень даже заходит.Я же только потирал переносицу и судорожно соображал, как еще я могу пробиться подтолстый, непробиваемый панцирь этой невыносимой стервы.Остальные свои подаренные, но не принятые сладости, я начал уносить ей на большуюперемену в столовую. Она несколько раз пыталась прятаться от меня, но, к счастью, у нееничего не получалось. Мы каждый божий день теперь ели вместе, а ее ярые приспешникидаже удивляться перестали.Вот и сегодня я притащил забытые на столе Синнабоны и водрузил их на общий стол.Пусть хоть друзья ее ко мне симпатией проникнутся.— Налетай народ, а то моя Валя  опять не оценила презент, — девчонка фыркнула иотвернулась, а вот ее товарищи такой щепетильностью не отличались и уничтожилипирожные за пару секунд, не обращая внимания на грустные глаза Милохина и Крида.Так и повелось. Я выказывал расположение Вале, а поедали это все какие-топосторонние типы. И я начинал не на шутку злиться и паниковать. Ведь шел уже десятыйдень моих бесплодных ухаживаний из положенных четырнадцати. А воз и ныне там!Я писал ей тонны сообщений каждый день, романтический бред, приглашения ипризнания, но она упорно меня игнорировала. Ни одного ответа, ни одного привета. Недевчонка, а долбанный кремень.И вот я сижу, смотрю на нее, на то, как за столом сметают, подаренную мной Валю,корзину с шоколадом ручной работы и не понимаю, что еще мне сделать, чтобы до неедостучаться.Впереди было два выходных, потом еще три дня и все, спор можно считатьпроигранным. Но и хрен бы с ним! Страшно признать, но это уже не было простоспортивным интересом. Я реально хотел, чтобы она хотя бы раз посмотрела на меня с чем-тобольшим, чем простым, вымораживающим до глубины души, безразличием. Я такуюнепробиваемую вообще не встречал, никогда. П-ф-ф, да блин, девчонки сами на меня всегдавешались. А как раскачался и забился татуировками, так вообще пищать начали. И тут этанос воротит. Да так натурально воротит, зараза неприступная!Мы сидели вместе всю эту неделю, я таскал ей сладкое, закидывал кучей сообщений,пытался таскать ее неподъемный рюкзак. И по нулям.И вот, после последней пары, уже с психа, выходя из аудитории, я краем уха услышал,как она, говоря по телефону, сообщает кому-то, что в институте задержится, так как ейнужно еще заглянуть в библиотеку.Вот так подарок небес! О, моя девочка, мы заглянем туда вместе!