Глава 19

Поразительнее всего для меня было то, как наши судьбы столкнулись. И правда, от судьбы не убежишь.Казалось, мы продолжали истории своих родителей: отца, дяди и тёти.

Я не стала винить Карину. С одной стороны, я могла понять ту обиду, которая затаилась у неё в груди. Вероятно, она, как и я, жила мечтами и надеждами на какое-то будущее, которое вдруг оказалось разрушенным.

Но и дружить с ней близко я больше не могла.

Бекхан всё появлялся и появлялся, раз за разом пытаясь помириться, объясниться. Так прошли лето и первые три месяца следующего учебного года.

Воспоминания:— Лайла, почему ты всё ещё игнорируешь меня? Разве я не извинился? — его голос звучал в голове снова и снова.

"А разве извинений достаточно?" — думала я, не произнося ответ вслух.

С помощью Аллаха, дуа, которые я читала, и укрепления веры я смогла отпустить эту ситуацию. Постепенно я перестала думать о них. Я удалила все фотографии, скриншоты, закрыла эту страницу жизни и никому больше об этом не рассказывала.

Когда-то, в свои четырнадцать или шестнадцать лет, я могла бы поделиться подобным с кем-то, но с возрастом пришло осознание: это всего лишь сплетня. Рассказы о таком не приносят ничего, кроме новых тем для пересудов.

Как я и говорила ранее, прошло уже три месяца с начала нового учебного года. Бекхан всеми силами старался помириться, но его попытки оставались безответными. Каждый раз, когда он пытался подойти или написать, я отводила взгляд, игнорировала сообщения, делала вид, что ничего не замечаю. В глубине души меня терзали сомнения: правильно ли я поступаю? Но упрямство перевешивало.

Вскоре наша группа отправилась на конференцию известного режиссёра из Москвы, В.В. Его имя звучало громко в творческих кругах, и этот день обещал быть интересным. Однако я и представить не могла, насколько важный урок я извлеку из его выступления.

— Скажите, пожалуйста, в этом зале есть хоть один идеальный человек? — громко задал вопрос режиссёр, обращаясь к аудитории. — Поднимите руку, если считаете себя идеальным.

Наступила тишина. Никто даже не пошевелился.

— Вот видите, — продолжил он с мягкой улыбкой. — Если мы все неидеальны, значит, нам свойственно ошибаться. Это естественная часть нашей жизни. Мы совершаем ошибки, другие совершают ошибки. И это нормально. Давайте учиться прощать себя и других за это. Люди уважают нас не за то, что мы не ошибаемся, а за то, как мы эти ошибки исправляем. Это и есть настоящая сила.

Его слова будто проникли в самую глубину моей души.

— Если мы хотим быть лёгкими по жизни, — продолжал он, — одно из важнейших искусств — это умение «упаковывать» мысли о прошлом.

Я ловила каждое его слово.

— Как забыть прошлое? Как поставить на нём точку? Это проблема, которая мучает почти каждого из нас. Мы теряем огромную часть ментальной энергии, цепляясь за воспоминания. А ведь прошлое — это как багаж. Когда мы отправляемся в путешествие, что мы делаем? Берём только самое нужное. Первое правило — взять необходимое. Второе — уместить это так, чтобы всё поместилось. Третье — разложить всё систематично, иначе пользоваться этим будет невозможно.

Он сделал паузу, оглядел зал и добавил:

— Так же и в жизни. Нужно наводить порядок не только в вещах, но и в мыслях, словах и действиях.

Слушая его, я почувствовала, как внутри меня что-то меняется. Его слова напомнили мне о Бекхане. И не только о нём, но и обо мне самой, о моих ошибках, о том, что я тоже не идеальна.

После этой конференции я ощутила покой, который давно не испытывала. Последние дни прошли на удивление легко. Я больше не боялась пересечься взглядом с Бекханом, не избегала его. Я чувствовала, что готова оставить обиды позади.

Вечером бабушка сообщила мне новость: завтра мы идём на свадьбу.

Чеченская свадьба — это не просто праздник, это живая история, воплощённая в традициях, ритуалах и смыслах. В доме невесты царила особая атмосфера: напряжение, смешанное с радостью, лёгкая грусть перед прощанием с привычной жизнью. Женщины накрывали столы, девушки суетились с нарядом невесты и украшением дома.

Невеста, как воплощение сдержанности и благородства, едва улыбалась, но её взгляд был полон скрытых эмоций: трепет, радость, лёгкая грусть. Это было настолько трогательно, что сердце невольно сжималось.

Самой завораживающей частью стал ловзар. Мужчины выходили в круг и танцевали с энергией, подчёркивая силу и честь. Девушки двигались плавно, изящно, словно плыли, с лёгкой улыбкой на лицах. Эта сдержанность придавала танцу особое величие.

И в этот момент я заметила взгляд, который узнала бы из тысячи. Бекхан. Он был здесь. Сердце пропустило удар.

Меня приглашали на танец раз за разом. Я смеялась, двигалась легко, но краем глаза ловила его напряжённый взгляд. Он не сводил с меня глаз.

После танцев все расселись за столы. Люди оживлённо обсуждали свадьбу, смеялись, встречали старых знакомых. А я сидела, немного отрешённо, будто что-то ждала.

Как вдруг девушка, сидевшая рядом, заговорила со мной:— Вы очень красивая!— Спасибо, вы тоже.— Давай на «ты», как тебя зовут?— Лайла, а тебя?— Макка, приятно познакомиться.— И мне.

Далее мы обсуждали много тем, она была очень общительной девушкой.

— Привет, Лайла, как дела? Не ожидала тебя здесь встретить.— Привет, всё хорошо, как у тебя? Да как-то занесло сюда, сама не поняла, — сказала я, засмеявшись.— Всё хорошо, у меня тоже.

Макка, привет!— Привет.

Наклонившись к моему уху, эта девушка сказала мне:— Ты ей особо не доверяй, та ещё сплетница.Мой ответ не заставил себя ждать:— Для меня сейчас сплетница только ты. Скажи громче, чтобы Макка тоже слышала, что ты о ней болтаешь.

Она точно не ожидала такого ответа, и, кинув презрительный взгляд, ушла.

— Макк, почему ты промолчала?— А что я ей скажу? С ними бесполезно, это уже не впервые.— Жесть... Я бы так просто не оставила.— Ты не представляешь, сколько всего я о ней знаю и могу рассказать, но я молчу ради Аллаха субханаху ва та'аля.Мне гораздо важнее оставаться честной самой с собой и с Всевышним, чем говорить за спиной.— А почему она так о тебе говорит?— Её бывший жених мне как-то писал, немного позже мне сказали, что они общались. Мое любопытство взяло верх, и я спросила у него. А он побежал сразу к ней рассказывать. Вот так и пошла цепочка по её подругам.— Надеюсь, ты его убрала из своей жизни.— Конечно!— Я правда не понимаю, почему люди, не выяснив истинную причину слуха, спешат что-то говорить. И таких девочек, как она, не понимаю. Какое ей дело до других, за собой бы уследила. Поразительно просто... У меня тётю убили из-за слухов.— Ужас... Не расскажешь?— Сегодня расскажу вкратце, можем позже списаться и подробнее.Она вскоре уже должна была выходить замуж, пока парень, которого она отшила и которого избил Микяил, решил украсть её, пустив слух, что она сама села.— Подожди, её случайно не Ирс зовут?— Да... А откуда ты знаешь?— Дали! Моя сноха, она рассказывала об этой истории.— Дали?... Её лучшая подруга?— Да.— Вот это встреча, судьба.— Ну, не говори. А знаешь, кто ещё есть на этой свадьбе?— Племянник Микяила!— Не может быть... А откуда ты знаешь, что он племянник его? Вы знакомы?— Расскажу при следующей встрече, ну а сейчас посмотри туда, — указала она пальцем на Бекхана, который шел к выходу.

Они случайно оказались в одном месте — трое совершенно разных людей, чьи жизни, казалось, были связаны прошлым близким им людям. Это мгновение ощущалось чем-то большим, чем просто случайная встреча.

Уведомление: Бекхан— Маленькая, как дела?