16. Мэйбл

Десять баллов за курсовую.Двадцать баллов за вызов.Тридцать баллов за секс.Двести баллов за лучшую оценку.Слова, все еще написанные на противоположной стене, дают нам понять, что мы - развлечение для самых богатых из богатых. Ни больше, ни меньше.Как будто наша учеба - это развлечение.Общее воодушевление для каждого из них.Я дрожу, когда поднимаюсь со стула.– Мэйбл! - Харпер поднимается на пьедестал и обнимает меня за плечо. – Мне так невероятно жаль. Мне так жаль!– Ты знала об этом? - настороженно спрашиваю я. Мне все еще не хочется верить, что этот список - не просто прикол на вечеринке. Больше, чем просто очередной розыгрыш.Харпер смотрит на меня с грустной улыбкой, испытывая угрызения совести.– Нет, конечно, нет!Она стаскивает меня с платформы.– Я буду рядом, чтобы помочь тебе. Во всем!– Спасибо, это действительно мило с твоей стороны, - говорю я, стараясь не упасть. Все это слишком много для меня. Джексон - слишком много. И Сильвиан. То, что я лежала в постели с Рисом, хотя он замешан во всем этом дерьме. У меня кружится голова, меня тошнит, и я хочу бежать. Бежать, пока не закончится боль. Моя мечта о совершенно нормальной учебе в колледже рухнула. Теперь она у меня черно-белая. Все в комнате просто ждут, когда я возьмусь за систему начисления очков и займусь проституцией.То, что рассказала мне Харпер, звучало ужасно. Похоже на грубые издевательства, с которыми можно справиться, проявив достаточную сплоченность.Но теперь все остальные стипендиатки стали моими соперницами.Нас вытолкнули на игровое поле и поставили друг против друга. Оружием больше не являются сами короли.Это мы.После всего, через что мне уже пришлось пройти в своей жизни... После всего, что произошло. Моя мама. Ее гребаные любовники, которые подбирались ко мне. Олив. Моя младшая сестра, которую мне пришлось оставить, потому что я надеялась, что смогу обеспечить нам лучшее будущее.Всё обрушивается на меня, и я хочу убежать. Я недостаточно сильна для этого. Я не смогу противостоять Королям, потому что они всегда будут придумывать что-то новое. Я в этом уверена.– Давай поговорим об этом в тишине, хорошо?Харпер ведет меня сквозь толпу, но я не совсем там. Я не могу быть там. Все это не по-настоящему. Это настолько глупо, что должно быть шуткой.– О чем ты хочешь поговорить? Как мне выжить на арене?Она сжимает губы, и я вижу жалость в ее глазах. Бесконечная жалость.Мне не нужна эта жалость, и я не хочу, чтобы она была моей подругой. Не в качестве союзника. Потому что я не понимаю, кто она на самом деле.Она влюблена в Сильвиана?Она дружила с Клариссой?Она знает Риса, Джексона и всех остальных?Может ли человек так сильно измениться за несколько дней?Нет.Но если я чему-то и научился за эти две недели в этом проклятом университете, так это тому, что дело не в том, чего я хочу.Харпер толкает меня к двери, открывает ее и пропускает меня внутрь. Мы попадаем в крошечный старомодный гостевой туалет.Она толкает меня к сиденью унитаза и тяжело вздыхает.– Я могу представить, что ты чувствуешь.– Не можешь.– Это так бесконечно глупо и тупо. Настоящее детское дерьмо, не так ли?– За исключением того, что мы в колледже.Она театрально кивает.– Тебе так повезло, Мэйбл. Эта новая вариация игры намного лучше той, что я знаю.Я смотрю на нее, пытаясь не вырвать. Как она может говорить такое?– В прошлом году...Харпер бледнеет и нервно проводит пальцами по своим уложенным в причёску красивым волосам.– В прошлом году стипендиаты не знали, что происходит вокруг них. Они действительно не имели ни малейшего понятия. Были и ставки, но они проходили на заднем плане. Люди ставили на то, кто из стипендиатов выиграет. Призом был самолет. Частный самолет. Включая пилота, гонорар, дозаправку на ближайшие пять лет... То есть что-то, что даже...– Интересно для наследников-миллионеров, - беззвучно заканчиваю я ее фразу.Она выглядит помятой. Как будто ей стыдно, что она вообще принадлежит к этой группе людей.– Да.На мгновение слышен только бас музыки.– И они носят маски, чтобы...– Никто не смог заснять, когда они делают это. Никто не смог собрать доказательств. – Или, может быть, им просто не хочется показывать свои уродливые лица?Она пытается меня рассмешить, но не особо получается.– Почему никто ничего не делает с этим? Никто? - спрашиваю я шепотом. Беспомощная и такая бесконечно разрушенная. Я знаю, что выдержу, потому что я буду бороться всю свою жизнь. Но одна мысль о том, что эти богатые идиоты используют меня для своих игр, изматывает меня.– Я не знаю! - внезапно говорит Харпер со слезами на глазах и приседает передо мной на корточки. Она прислоняется к двери туалета и хлопает густыми ресницами.– Я думаю, что кому-то удалось. Я не знаю, кто это. Но ходят слухи, что одна из них раскрыла махинации Королей и ... и ее больше никогда не видели.Как будто кто-то перекрывает мне кислород. – Больше никогда не видели? - тихо повторяю я. – Ты думаешь ... она мертва?Возможно, впервые мой мир по-настоящему рушится. Всякий раз, когда мне казалось, что он рушился раньше, это было ничто по сравнению с ощущением сейчас.– Я не знаю, - шепчет Харпер так тихо, что я едва ее понимаю. – Но что еще должно было с ней случиться?Чернота окутывает меня, как неизбежная истина, факт, от которого я не смогу убежать.– Неужели они действительно могли убить кого-то? - вздыхаю я.– Я не знаю, Мэйбл. Я так не думаю, но...– Черт, если ты не можешь с уверенностью исключить это, то почему ты влюблена в одного из них, а? - огрызаюсь я, желая немедленно взять свои слова обратно, потому что это несправедливо. И, возможно, моя ревность говорит больше, чем что-либо другое. Ревность, которая так же неуместна, как и я на этой вечеринке в крошечном туалете для гостей с диадемой в волосах.Харпер съежилась, глядя в пол.– Я никогда не утверждала, что Сильвиан хороший парень. напротив. Но как бы ни были больны Джексон, Рис и Ромео, Сильвиан всегда вызывал у меня такое чувство...Да, это единственное чувство, что в его груди бьются два сердца. Он пытался защитить меня. Помешать мне остаться.– По сравнению с прошлым годом, ты знаешь, что тебя ждет впереди. Так намного легче, поверь мне.Харпер уверенно улыбается мне. – Я считаю, что Джексон меняет правила игры, чтобы игрокам было интереснее. Или потому что он думает, что будет скучно, когда ты уже знаешь, что происходит, я ведь тебе рассказала. Возможно, еще и потому, что он не хочет, чтобы то, что произошло в прошлом году...– Повторилось? - насмешливо спрашиваю я.– Проблема с Джексоном в том, что он может быть таким чертовски милым, можно думаешь, что он... ангел или что-то в этом роде. Он часто был с нами в прошлом году, из-за Клариссы, понимаешь? И потому что Сильвиан и я... Иногда я удивлялась, как такой человек, как он, может придумывать такие глупые игры. То же самое с Рисом. Если бы я не знала, что каждое его слово - ложь, я бы спросила его, не стать ли нам лучшими друзьями навеки.Харпер смеется, но сквозь слезы.– Вот почему ты обязательно должна слушать меня и не связываться ни с одним из них.Мысль о том, что у меня может быть что-то с одним из королей, по-прежнему не оставляет меня равнодушной.Я не делюсь своими мыслями с Харпер. Она не поймет и, кажется, полностью сосредоточена на том, чтобы решить проблему с подводкой для глаз. Она роется в своей сумке.– Весь кампус находится под всеобщим наблюдением. Каждый будет следить за тобой, всегда держа в руках мобильный телефон, чтобы снимать любые сцены, которые происходят вокруг тебя. Как в "Сплетнице", понимаешь?– Вот что ты имела в виду под "Большим братом".– Да. Есть внутренний круг, то есть те, кого приглашают на эти вечеринки, но претендовать на них можно, например, участвуя или загружая видео. У тебя будет целая толпа сталкеров, и это само по себе, вероятно, очень хреново.– Супер, - бормочу я. Сталкеры. Богатые наследники, которые постоянно держат при себе телефоны. Находится в центре внимания. Не побыть наедине. Да, это точно похоже на то, о чем Сильвиан пытался предупредить меня в своей загадочной манере.– Я знаю, что эту систему невозможно обмануть, ясно? Это значит, тебе придется набирать баллы.Харпер достаёт подводку для глаз и встает перед зеркалом. От меня не ускользает, что на ручке красуется надпись Sisley. Сколько может стоить подводка для глаз, которую она сейчас использует, как фломастер? Тридцать долларов? Пятьдесят?– Двести баллов ты получишь только за то, что будешь лучшей.Она нарисовала двойку и два нуля на зеркальном стекле.– Я помогу тебе. У тебя есть союзник, которого нет у других, и с моими связями я могу найти тебе старые экзамены, пробные экзамены с образцами решений за прошлый год, черновики проектов...Я просто киваю. Это звучит как хорошая поддержка, которую я могу использовать в любом случае. Но почему все это должно происходить в сценарии окончания моего студенческого периода?– Я уверена, ты можешь написать несколько курсовых работ для одного или двух человек, - размышляет Харпер вслух. – Но вся эта история с проститутками и сексом, что Джексон обычно называет "услугами"... Держу пари, ваше общежитие станет борделем для некоторых.– Супер, - повторяю я, чувствуя, как мой желудок с каждой минутой становится все меньше. Смогу ли я когда-нибудь снова нормально питаться?– А потом эти еженедельные испытания. Готова поспорить это будет хреново. Кроме того, каждый может принять участие, в результате чего вы не выиграете особо много, потому что все наберете одинаковое количество очков.– Пожалуйста, прекрати, - шепчу я. – Перестань говорить об этой нелепой системе подсчета баллов, как будто она реальна.– Хорошо.Харпер демонстративно смыкает губы и рисует несколько десятков на зеркале над раковиной. Внизу она рисует стрелки, указывающие на слово "Победа".Слезы обжигают мои глаза. Я вообще не хочу "побеждать". Особенно если это означает, что четыре других стипендиаток проиграют.– Ты, наверное, задаешься вопросом, как справиться с этим в одиночку, верно?Она поворачивается ко мне, но теперь ее глаза блестят, а щеки розовеют.– Но тебе не придется. Я буду рядом. Я правда могу исправить то, что не смогла сделать в прошлом году. Пожалуйста, позволь мне помочь тебе. Я не брошу тебя.– Тебе тоже нужно учиться, Харпер.– О, у меня есть целевой фонд, на который я могу прожить всю оставшуюся жизнь, если не получу диплом. А ты? Кому из нас больше необходима успешная учеба? К тому же ты умнее. У меня уже сейчас возникают проблемы, и вообще-то я ненавижу все, что связано с законами, потому что они, - она показывает вокруг нас, - все равно не приносят нам никакой пользы.Я должна поблагодарить ее. За все, что она пытается сделать. Но я слишком опустошена и бессильна, чтобы выразить ей искреннюю благодарность.– Давай уйдем отсюда, - прошу я ее. – Я хочу лечь спать.– О.Она нерешительно надевает колпачок на подводку для глаз, чтобы закрыть его.– Конечно. Я подумала, что ты, возможно, захочешь спросить у нескольких людей, не хотят ли они, чтобы ты оказывала услуги, не связанные с сексом, пока мы здесь...?– Нет, - резко прерываю я ее, выпрямляюсь и жду, пока она повернется и откроет дверь. – Я собираюсь оказать людям максимум одну услугу. И это то, что меня вырвет им лицо, если я останусь еще на какое-то время. Думаю, за это я не получу никаких очков, верно?