Глава 33 Лалиса

Я даже и предположить не могла, что так, именно так и никак по-другому пройдут эти выходные. Эти почти два дня с Чонгуком и его дочкой. У бабы Шуры. И столько событий за это короткое время! Спасение Тошки, знакомство Чонгука с бабушкой, наше с ним сближение. И Хосок, который решил заявиться ко мне, никого не стесняясь. Пожалуй, его приезд сулил стать единственным темным пятном в нашей истории, но и тут бабуля своей “проверкой на прочность” повеселила.Приняв душ, наливаю себе горячего ромашкового чая и забираюсь с ногами на стул. С любопытством поглядываю на телефон и вздрагиваю, когда он оживает, оповещая о входящем звонке. Чонгук. Это вызывает улыбку, и я тут же хватаю телефон дрожащими руками и отвечаю на звонок.Разговаривая, я представляю его. Как он хмурится, задумывается. Даже за такое короткое время, проведенное с ним, мне кажется, я запомнила его мимику до малейших деталей.А еще не дает покоя наш ночной разговор. О том самом пилоте, мужчине, с которым столкнулась совершенно в случайном месте. Глаза тогда застилали слезы, и я попросту его не разглядела. Лишь форма и этот значок с крыльями въелись в память. И спустя, наверное, почти три года встретиться снова. И более того, он меня помнит. Это странно, и так и бьется упрямая мысль, что, возможно, не просто так… Судьба?Спать ложусь, прокручивая в голове, как будто на повторе, два прекрасных дня в деревне. Как же хочется в этот момент чувствовать его сильные руки на своем теле. Как соскучилась по его объятиям, таким крепким и надежным. И его взгляду, переполненному желанием.Утро. Снова будильник. Глаза открывать совершенно не хочется. Не хочется отпускать волшебный сон. В котором наконец после стольких лет я вижу его. Чонгука.Но будильник продолжает свою трель, и я сдаюсь.“Доброе утро. Желаю хорошего дня” — прилетает следом сообщение от Гука, и я тут же отвечаю ему. И уже с сияющей улыбкой на губах начинаю собираться на работу.А там день задает свой ритм. Торопливый и шебутной.Я периодически хватаюсь за телефон, но тут же себя одергиваю. Нет. Не могу позволить себе первой писать. Хотя хочется думать, что он будет ждать. И возможно, будет расстроен, что не увидит сообщений от меня. Но это всего лишь мои догадки и предположения. И скорее всего, желаемые. А действительность всегда непредсказуема.Ая достаточно раскованно ведет себя в классе. И я эти разительные перемены подмечаю. Она перестала грубить и дуть свои щечки, а когда дети расходятся по кружкам, я с удивлением узнаю, что Ая ушла на кружок по окружающему миру. Это и правда не может не радовать. Самое главное, что ребенок нашел что-то его интересующее, и это не игрушки и телефон. Это новые знания.— А мы с ДжонХеном сегодня едем на конюшню, — подходит ко мне Ая после занятий.— Здорово, — искренне рада за девочку.— А вы с нами поедете? — смотрит на меня такими же по цвету глазами, как и у ее отца. Мысленно даже представляю его, но тут же сбрасываю наваждение, тряхнув головой.— Нет, Ая. У меня сегодня дела. Но спасибо за приглашение. Может, как-нибудь в другой раз, — стараюсь мягко отказаться, чтобы не обидеть ребенка.— Жаль, — пожимает плечиками девочка. — В тот раз было весело.— Да, согласна. Было здорово. Но я правда не могу, — собираю вещи со стола, и девчушка кивает и уходит собирать свой рюкзак.— Ребята! Все свободны.— До свидания, учитель! — кто-то выкрикнул из детворы, и так с шумом, гамом, перебивая друг друга, мои ученики расходятся каждый по своим детским делам.Когда выхожу с территории школы, рядом останавливается автомобиль директора.—Лалиса, — опускается стекло с пассажирской стороны.— Намджун? — останавливаюсь, удивленно смотря на него, что за честь такая.— Не хотите прокатиться, кофейку попить? — странный вопрос. Очень. Заставляет напрячься.— На самом деле нет, — пытаюсь понять, что от меня хотят, но в голову ничего не лезет.— А если хорошо подумать? — прищур хитрых глаз, и секунды ожидания. Но заметив приближающуюся Дженни, Намджун как-то странно меняется в лице, что мне совершенно не нравится.Вообще, все, что связано с этими двумя, кажется немного странным. Эта брюнетка словно ходит за ним по пятам. Где Намджун, там же и Дженни.— Лалиса? — напоминает мне о себе мужчина.— Нет, спасибо за предложение, Ким Намджун. Но я не могу. Простите, — выдавливаю из себя как можно более доброжелательную улыбку, обхожу машину и направляюсь к автобусной остановке.Не нравится мне такое внимание с его стороны. Это уже явно похоже на… личную симпатию. И мне сейчас только этого еще не хватало. Нет. Нужно как-то потактичней отстраниться, хотя и не отвечать на его приветствия я тоже не могу.В общем, с такими нерадостными мыслями я ехала всю дорогу до дома. А дома меня встречает тишина, пустота, и невыносимо хочется позвонить бабуле.— Баб, — мне нужно просто выговориться. И баба Шура — это лучший вариант.— Лисичка, что стряслось? — тут же обеспокоенно интересуется бабуля, словно уже научилась распознавать мое настроение с первых слов.— Да все в порядке. Правда. Просто соскучилась уже, — прохожу в спальню и падаю на кровать.— Ты хочешь спросить мое мнение о мужчинах? — хитро спрашивает она, что вызывает у меня улыбку.— Конечно, мне интересно твое мнение, и к совету я тоже прислушаюсь.— Ты же знаешь уже мои слова, девочка моя, — говорит бабушка, делая выразительную паузу. — Чонгук — мужчина надежный, да и знает, что хочет. Если бы не намаялся и не думал о чем-то серьезном, вряд ли бы приехал.И я киваю в пустоту, соглашаясь с таким бабулиным выводом. Я и тоже об этом постоянно думаю.— И девочка его хорошая, — продолжает баба Шура. — Только прикрывается дерзостью, и я так понимаю, что там в семье проблемы.— Я, честно, плохо осведомлена. Вроде как родителям некогда постоянно, — морщусь, что-то такое припоминая. — Да и вроде живет ее мама далеко. Думаю, это нехватка внимания…— Это плохо, но, Лис, не хотелось бы мне, чтобы их проблемы разгребала ты. Или, не дай бог, оказалась крайней, — она тяжело выдыхает, а я сажусь на постели, поглядывая в окно на носящуюся во дворе ребятню.— Думаешь, что лучше не…— Нет-нет-нет! — тут же уверяет бабуля. — Думаю, ты бы с Чонгуком была счастлива. Такой мужчина на руках носить всю жизнь будет готов. А Хосок — молодой петух. Хорохорится. Парень, может, и неплохой. И дело не в том, что не подготовлен к деревенской жизни. Дело в том, что он к тебе относится, как к предмету. Вот и все мое мнение.— Ох, ба, Хосок — тот еще петух, и его я вообще всерьез не воспринимаю. Думаю, ты догадалась, что это тот самый протеже родителей.— Да уж, из такой же породы, — смеется бабуля. — А вот с Чонгуком вас тянет друг другу, это видно невооруженным взглядом, внученька! И какими глазами он на тебя смотрит, да и ты тоже. Ох, разговорилась старуха, — рассмеялась она в телефон. — Сейчас вода на плите убежит… я побежала, Лиска.— Я поняла тебя, ба. Спасибо тебе. Мне очень важно твое мнение.Мы прощаемся, и я в очередной раз чувствую непреодолимую тягу написать Чонгуку. Но прикинув в уме, что он, скорее всего, еще в небе и приземлится, по меньшей мере, только ночью, снова отказываюсь от этой идеи.