Глава 11. Та самая Виолетта Малышенко

— Стоп-стоп-стоп, тебя пригласила на свидание та самая девушка? — изумленно спросила Стеша на перемене после лекции по истории современной журналистики.Как только я появилась в аудитории, подруга сразу поняла — что-то случилось. Однако разговаривать на паре мы не могли — сидели близко к преподавателю. Поэтому как только пара закончилась, Стеша потащила меня в нашей любимое укромное местечко на первом этаже, рядом с большими окнами, выходящими на двор, и потребовала, чтобы я обо всем рассказала.Я и рассказала — у нас не было друг от друга секретов. И про поцелуй в библиотеке она тоже знала. Все пыталась отыскать незнакомку, вообразив, что у нас с ней может что-то получиться.— Да, — кивнула я.— Та самая, с которой ты сосалась в библиотеке?.. — переспросила Стеша.Я поморщилась. Не любила это слово — слишком уж пренебрежительно и пошло оно звучало. Целовалась — звучит куда лучше. Но говорить вслух ничего не стала. Просто ответила:— Да. Мы встречаемся завтра после последней пары. На крыльце.— Офиге-е-еть, — протянула Стеша. — Вот это романтика! Она еще и от придурков тебя защитила... Идеальная девушка.— Она странная, — призналась я. — Так внезапно появляется... Но, знаешь, рядом с ней я чувствую себя комфортно.Воспоминания о том, как я таяла в ее объятиях среди книжных полок, заставили меня ощутить отголоски той самой волны жара, которую я испытала в тот день. Наверное, мне было сложно признаваться в этом самой себе, но я хотела повторения. Снова хотела целовать Виолетту, чувствовать ее руки на своих плечах, талии, бедрах. Хотела, чтобы ее губы касались моей груди не через ткань, а... Нет, хватит.Я отогнала непрошенные фантазии. Они и так атаковывали меня каждую ночь, заставляя испытывать почти болезненное желание. Мне приходилось вставать, пить воду и дышать свежим воздухом, чтобы прийти в себя.— Может быть, это любовь с первого взгляда? — лукаво взглянула на меня подруга.— Такой любви не бывает.— А вот и бывает!— Фантазерка, — улыбнулась я и положила голову ей на плечо.— Я реалистка, — буркнула она.Стеша действительно верила в это — в то, что можно влюбиться с первого взгляда. Она вообще была романтичной и мечтательной натурой, которая видела в людях только хорошее и могла отыскать свет даже в самой глубокой тьме. Я ценила Стешу за умение видеть истину сквозь маски, которые носят люди. Сквозь фальшивые улыбки, пустые обещания и паутину лжи. А еще — за неиссякаемую фантазию. В ее кудрявой, каштаново-медной голове умещались десятки сюжетов. А в больших светло-зеленых глазах, скрытых за толстыми стеклами очков, скрывались отблески других миров.Почему-то я верила, что Стеша сможет стать настоящей писательницей, хотя сама она утверждала обратное, говоря, что у нее нет таланта. Талант у нее был, а вот чего не было, так это уверенности. Творческие люди часто ненавидят то, что создают, но при этом отчаянно нуждаются в поддержке, одобрении и любви.— А какая она, Даш? Как выглядит? — жадно спросила Стеша.— Высокая. Темноволосая. Темноглазая. Красивая, — улыбнулась я, задумчиво глядя в окно.— Как исчерпывающе, — фыркнула подруга. — Все красивые люди красивые одинаково, а уроды страшны по-разному.Себя она почему-то считала уродкой — из-за невысокого роста, лишнего веса, круглого лица с россыпью веснушек и очков. Хотя на самом деле Стеша просто себя не любила и когда я пыталась побеседовать с ней на эту тему, отвечала: «Тебе легко говорить, ты красивая». Но я не была с ней согласна. Себя я красивой тоже не считала. Обычной — вот правильное слово.Непримечательной.Мне никогда не хотелось выделяться из толпы. Будто бы во мне до сих пор жил страх детства — чудовище заметит меня, стоит красиво накраситься или ярко одеться. Заметит и заберет обратно в ту самую квартиру, из которой когда-то сбежали мы с мамой. Я до сих пор боялась того, кто был моим отцом.— А особые приметы? — не отставала Стеша. — Татуировки, шрамы... Расскажи мне о ней побольше!— Все, что я о ней знаю, ее зовут Виолетта, — ответила я.— Эх ты, даже номер не попросила, — вздохнула подруга.— Не сообразила. Да и она не стала просить, — нахмурилась я. — Не хочу навязываться.— Навязываться, — хихикнула Стеша. — Да она, походу, поплыла, дорогая. Не знает, как к тебе лучше подъехать. Блин, мне так любопытно, Даш! Хочу ее увидеть, героиню твоего эротического сна!— Ты можешь увидеть ее прямо сейчас, — сказала я, вдруг заметив Виолетту в окне.Она шла по двору с несколькими друзьями — высокими и стильно одетыми. Один был лучше другого — прямо как в популярных видео Тик-тока. Виолетта шла на пол шага впереди остальных. Словно вожак, за которым ступает стая.— Где?! — воскликнула подруга, уставившись в окно.— Темноволосая в кожаной куртке, — тихо ответила я, словно боясь, что Виолетта услышит мои слова, хотя нас разделял добрый десяток метров и окно здания.— Которая посредине?.. — каким-то странным голосом уточнила подруга. — В белой футболке?— Да, это она, — прошептала я, чувствуя, что сердце снова начинает биться чаще, чем должно.Господи, мы завтра идем на настоящее свидание! Как бы дожить до встречи? И почему так безумно хочется оказаться рядом с ней и взять за руку — почувствовать сухую широкую ладонь в своих пальцах.— Ты серьезно? — переспросила Стеша. На ее лице было написано недоверчивое изумление, словно она никак не могла поверить в услышанное.— В смысле — серьезно? — не поняла я, наблюдая, как компания заходит за угол административного здания.— Даш, это Виолетта Малышенко, — тихо сказала Стеша, не отрывая взгляда от спин парней. — Виолетта Малышенко, понимаешь?Это прозвучало так, будто она говорила о каком-то демоне.— Нет, не понимаю, — покачала я головой.— Даша! Это та самая Малышенко, про которую все говорят! Ты с Луны упала или с Марса?! Дочь Малышенко! Нашего местного олигарха! Наш ректор его родственник, между прочим! Именно поэтому, когда Виолетту отправили из Англии в Россию, оставили в нашем универе! Учится на факультете международных отношений. Ее считают типа крутой, — в голосе Стеши послышалась усмешка. — Золотая молодежь, все дела.Я начала припоминать — в последние пару месяцев девчонки и правда болтали о какой-то Малышенко с факультета международных отношений, который располагался в том же корпусе, что и факультет журналистики, только на других этажах. Но мне эта тема была неинтересна. О мутках я не думала, зато все мои мысли были о сюжете новой истории, которая крутилась в голове.— Может быть, что-то слышала, — неопределенно ответила я, чувствуя себя дурочкой.— Я тебя убью и меня оправдают! Ты столкнулась с ней в холле недели две назад, помнишь?! Она из-за тебя чуть телефон не уронила! — не унималась Стеша. — Господи, Даша, очнись!Полузабытые воспоминания заставили меня нахмуриться. И правда что-то такое было.— Не помню лица той девушки, — покачала я головой. — Я в тот день линзы не надела, помнишь?— Ты безнадежна, — простонала Стеша. — Хотя нет... Я не знаю, как ты сделала это, но если сама Малышенко запала на тебя, то это просто пушка-бомба! Девчонки с нашего факультета сойдут с ума! Ну а девчонки с междунардки тебя искать пойдут, чтобы прикончить. — Подруга хихикнула. — Нет, ну подумать только... Малышенко и ты! Боже, до меня только дошло, что ты целовалась с ней! Офигеть!Стеша так восторгалась, словно я вытянула счастливый билет и выиграла миллион. И когда я сказала ей об этом, заявила:— Так и есть, дурочка! Малышенко— это мечта.Следующую пару мы прогуляли. Сидели в столовой, и Стеша на третий раз заставила меня пересказать все, что произошло. Для нее это было романтическое приключение, как в манхве, которые она читала запоем. Однако для меня общение с Виолеттой стало чем-то особенным. Тем, чем я дорожила, будто редким драгоценным камнем. Я понимала, что все это странно — и поцелуй, и встреча. Но не могла отделаться от мыслей о Виолетте.Я впервые поняла, что такое хотеть человека.Не только физиологически, когда от желания сводит живот, но и ментально, когда все мысли только о нем.Как же все-таки жаль, что мы не обменялись номерами.Когда я в очередной раз подумала об этом, сидя на семинаре, телефон завибрировал. Я машинально открыла новое сообщение и обомлела.«Привет. Это Виолетта. Глупо, но я уже скучаю».Всего лишь восемь слов, а пульс частит так, что я чувствую его биение в висках.Это она. Узнала мой номер. Господи! Как?!