Дух на грани - 3

К удивлению Джейни, в доме Питера Гонинана оказалось удивительно светло благодаря стеклянному люку на скате крыши. Внутри дом состоял из одной огромной комнаты, часть которой была отведена под кухню. С другой стороны располагалась лестница наверх в спальню. Посреди комнаты стояли старый диван и пара кресел с потертой обивкой.

В крайнем из них сидел сам Гонинан – высокий, худой, абсолютно лысый мужчина. Если Хелен Брэй напоминала Джейни и Клэр кошку, то хозяин явно походил на птицу. У него были маленькие, близко посаженные глаза, тонкий нос и впалые щеки. Определить его точный возраст не сумел бы; наверное, никто. По мнению Джейни, ему с одинаковой долей вероятности могло быть и около пятидесяти, и чуть за семьдесят.

Сходство Гонинана с птицей усиливалось птичьим щебетом, наполнявшим его дом, а также многочисленными картинами, статуэтками и масками пернатых – от грубо вырезанных из дерева до настоящих произведений искусства, украшенных сотнями крошечных перышек. На книжных шкафах виднелись чучела совы, вороны и малиновки. На стенах, словно ритуальные принадлежности шаманов, висели длинные связки перьев и птичьих лапок.

И повсюду были книги – на специальных полках и просто в коробках и ящиках. Особое внимание Джейни привлекли витрины, где хранились старинные монеты, окаменелости, древние глиняные свистульки в форме птиц, кусочки костей, крошечные деревянные куколки с юбками из перьев и другие предметы, к каждому из которых была прикреплена табличка, подписанная аккуратным почерком.

«Он и в самом деле похож на птицу», – думала Джейни, оглядывая гнездо Гонинана, которое тот в течение многих лет наполнял всем, что его интересовало.

– Они отказались уйти, – сообщила ему Хелен.

Гонинан улыбнулся:

– Все в порядке. Я ожидал визита Джейни Литтл.

Джейни заморгала от изумления:

– Правда?

– Я видел вас несколько раз на утесе у залива – вы играли на волынке и вистле. Вы прекрасный музыкант. У меня даже есть ваши записи... где-то здесь.

Он махнул рукой в сторону ближайшей груды коробок, но Джейни позволила себе усомниться, что кто-нибудь мог отыскать что бы то ни было в таком бардаке.

– Я знал, что рано или поздно вы придете сюда, – продолжал Гонинан.

Джейни невольно заволновалась, пытаясь отгадать причину подобной уверенности.

– Чаю? – предложил Гонинан.

– М-м...

– Хелен, поставь, пожалуйста, чайник.

Хелен кивнула и, ловко продвигаясь по захламленной комнате, направилась в сторону кухни.

– Садитесь. – Гонинан указал на диван.

Не ожидавшая такого приема, Джейни окончательно растерялась.

– А вы?.. – Гонинан вопросительно взглянул на Клэр.

«Ну, по крайней мере, он не всеведущий», – с облегчением выдохнула Джейни, пока Клэр знакомилась с хозяином.

Они осторожно прошли к дивану и сели. Джейни устроилась на самом краешке, продолжая с любопытством осматривать комнату. Куда бы она ни повернулась, ей на глаза тотчас попадалось что-нибудь удивительное.

«Я могла бы провести тут неделю», – мысленно отметила она.

Гонинан снова улыбнулся.

– Мы пришли к вам за помощью, – обратилась к нему Клэр. – Вы ведь считаетесь экспертом в области... В общем, не могли бы вы рассказать нам об одном предмете?

– Я предпочитаю, чтобы меня называли теургом.

– Что-что? – переспросила Джейни.

– Магом, – пояснила Клэр.

– Что-то в этом роде, – согласился Гонинан. Джейни недоверчиво вздохнула.

– Слово «теург», – подхватила Хелен, возвращаясь с кухни и усаживаясь в свободное кресло, – происходит от греческого theurgia, которое переводится как «искусство вызывания духов». Проще говоря, теург общается с духами, следящими за нашим миром.

– А вы, я полагаю, его подмастерье? – съехидничала Джейни.

Клэр пихнула ее локтем в бок, что означало: «Веди себя прилично!» – и поспешила сменить тему:

– Нас больше интересуют ваши познания в области тайных сообществ.

Брови Гонинана удивленно поднялись, однако он ничего не сказал, и Клэр продолжила:

– Мы хотим спросить вас об одном символе. Возможно, вам известно название организации, которой он принадлежит.

Джейни подумала о рисунке Феликса, затем снова обвела взглядом дом, наполненный вещами, которые имели то или иное отношение к птицам, и в очередной раз засомневалась. На память ей пришла старая поговорка: «Птицы одного полета». Впрочем, было уже поздно: достав из кармана рисунок, Клэр протянула его Гонинану.

– Ага! – присвистнул тот.

– Есть ли в вашей библиотеке что-нибудь о людях, использующих этот символ? – спросила Клэр. – Они носят его у себя на запястье в виде татуировки.

– Да, я знаю. Мне даже не нужно копаться в библиотеке.

«Черт побери, мы пропали!» – ахнула Джейни.

– Эти люди называют себя Орденом Серого Голубя. Они следуют принципам Герметического Ордена Золотой Зари и тому подобных организаций. Я наблюдал за ними в течение многих лет. – Гонинан улыбнулся. – Отчасти из-за символа.

– Потому что это птица? – уточнила Клэр.

Гонинан кивнул:

– Мои птицы – это мой персональный ключ к окружающему нас миру духов. Мой тотем, если желаете.

– А что этот Орден делает с голубем? – поинтересовалась Джейни. – Общается при помощи его с духами?

– Они ищут знания – как и все мы, но их методы предполагают деятельность, которую я бы назвал... сомнительной.

– И какого же рода знания они ищут?

– Да обычные: бессмертие, власть... постижение сущего, хотя последнее стало настоящей редкостью среди подобных людей.

– Если бы они искали только это, – пробормотала Джейни себе под нос.

– О чем это вы? – прищурился Гонинан.

Джейни бросила умоляющий взгляд на Клэр, но та лишь невинно пожала плечами: дескать, мы же для разговора сюда и пришли.

– Кажется, у нас есть кое-что, за чем они охотятся, – выдавила из себя Джейни. – Правда, лично я ума не приложу, зачем им понадобилась эта вещь. Бессмертия и власти она им точно не принесет. В ней вообще нет ничего примечательного.

«Если не считать странных событий, которые начинали происходить всякий раз, когда ее открывали», – добавила она про себя.

И музыки.

И ее недавнего сна.

– Самая безобидная с виду вещь может таить в себе огромную силу, – заметил Гонинан. – Нужно только знать, как ее использовать.

– На что это вы намекаете? – нахмурилась Джейни.

– На магию.

– На магию?!

– О, никаких заклятий и секретных формул. Речь идет о различных верованиях. Возьмем, к примеру, учение Георгия Гурджиева [46]– русского философа.

– Я с ним знакома, – кивнула Клэр. – Ну, не с ним самим, конечно, – смутилась она под изумленным взглядом Джейни. – Я хотела сказать, что читала его книги. Они у нас продавались – «Рассказы Вельзевула внуку» и другие.

Гонинан посмотрел на девушку с интересом:

– Вы работаете в книжной лавке?

– Да. На Чепел-стрит в Пензансе.

– А, новая. Я заказывал там кое-что.

Клэр покосилась на Хелен, вновь отправившуюся на кухню, чтобы снять с плиты вскипевший чайник.

– Ваша помощница периодически заходит к нам.

– Верно. Хелен привозит мне книги. Теперь я редко появляюсь в городе сам.

– Вы говорили о магии, – напомнила Джейни.

– Нет, я говорил о Гурджиеве. Он утверждал, что существует три уровня сознания. – Гонинан принялся загибать пальцы. – Сон, обычное бодрствование и самоосознание[47]. Сон – это просто сон. Обычное бодрствование, которое более уместно назвать согласованным трансом, – это когда мы двигаемся... – Он внезапно указал на руку Джейни, которой та похлопывала себя по колену. – Вы ведь делали это не задумываясь, не так ли?

Джейни растерянно пошевелила пальцами:

– Так.

– Вот это и называется обычным бодрствованием. Мы живем, не умея контролировать даже собственных тел. Самоосознание же – это когда мы действуем сознательно, охватывая разумом не только самих себя, но и весь окружающий нас мир. Это высшая форма сознания, приближающая человека к воплощению божества на земле, – в ней есть нечто сродни осведомленности Христа или Будды.

Для большинства из нас проблески этой истинной осведомленности крайне редки. Они наступают лишь в самые ответственные моменты нашей жизни – например, во время произнесения брачных обетов или перед смертью, когда мы вдруг обретаем способность в мгновение ока постичь все и вся. Вы меня понимаете?

Обе девушки медленно кивнули.

– Теперь вообразите, что вы достигли подобного состояния. Если вы будете постоянно видеть истинное положение вещей, то рано или поздно получите такой контроль над своей волей, что с помощью ее сможете подчинить себе и чужую – все равно как если бы это происходило посредством магии.

Мы обладаем настолько огромным потенциалом, что порою сами его пугаемся. Вспомните об удивительных поступках, которые совершают люди, оказавшиеся в критических ситуациях: женщина, чей ребенок попал под машину, поднимает ее в одиночку, чтобы освободить его, хотя за минуту до этого не смогла бы сдвинуть ее и на миллиметр.

Ученые объясняют это выбросом адреналина – то есть считают чисто физическим феноменом. Но при этом они забывают подчеркнуть главное, а главное заключается в том, что в моменты высшей осведомленности нам открывается истина, которая в корне переворачивает все наши прежние представления о собственных возможностях. Поскольку на самом деле мы можем все.

– И это то, чем занимаются члены Ордена Серого Голубя? – спросила Джейни.

– Нет, но это то, чего они добиваются, – это их магия. Сознание многих из них и вправду развито гораздо больше, чем у обычных людей. Они обрели великую силу, когда сумели пробудить в себе таланты, дарованные от рождения каждому из нас. Вот только используют они ее для темных дел.

– А зачем им нужна вещь, которую они ищут? Ну, та, что, по их мнению, хранится у нас?

– По-видимому, это своего рода талисман. Или катализатор. Понимаете ли... несмотря на то что каждый человек при наличии должного упорства, знаний и опыта может пробудиться ото сна, в котором пребывал всю свою жизнь, в мире всегда существовали предметы, способные значительно ускорить этот процесс. В западной традиции, например, таковыми являются чаша Грааля и копье, пронзившее грудь Христа. Есть, конечно, и другие – может, не столь известные, но от этого ничуть не менее эффективные. К сожалению, нередко люди, в чьи руки попадает магия, не обладают достаточной мудростью и моральными принципами.

– Выходит, у нас хранится некий магический талисман?

– Я не могу сказать этого наверняка, не увидев его своими глазами.

– А...

«Ну еще бы», – усмехнулась про себя Джейни.

Целая свора стервятников годами охотилась за романом Данторна, а теперь ей предлагают просто взять и показать его Гонинану, словно речь идет об украшении, требующем оценки.

Однажды Джейни уже совершила подобную глупость, когда пыталась продать одну старинную драгоценность. Пожилая дама в ювелирной лавке долго разглядывала вещь, приговаривая: «Боюсь, тут и не пахнет золотом, моя дорогая. Это больше смахивает на подделку викторианской эпохи».

То же самое могло произойти сейчас и с книгой: Гонинан начал бы доказывать, что в ней нет ровным счетом ничего особенного, и любезно предложил бы купить ее за какую-нибудь символическую плату. Именно так поступила дама из ювелирной лавки, а когда Джейни выяснила, что отдала ей за бесценок целое состояние, было уже поздно.

Так что нет – больше она не совершит подобной ошибки!

Но Гонинан снова удивил ее...

– Но я не уверен, что хочу видеть эту вещь, – добавил он вдруг.

Джейни снова заволновалась.

– Почему? – спросила Клэр.

– Я знал Билли Данторна так же хорошо, как и Том Литтл, а в некотором отношении даже лучше, поскольку у нас с ним были общие интересы, – Гонинан посмотрел на Джейни, – которых ваш дедушка не разделял.

– Он всегда говорил, что Билли очень практичный человек, – возразила она, – он не мог входить ни в какую тайную организацию.

– Правильно. Но он тоже искал тайные знания. И он их нашел.

В памяти Джейни тут же всплыла строчка из письма, вложенного в «Маленькую страну»: «Полоумного Билла Данторна вновь посетило знаменитое предвидение...»

– Магия, – тихо произнесла она. – Вы ведь о ней говорите?

Гонинан кивнул:

– Хотя, полагаю, Билли предпочел бы назвать это очарованием. Данторн действительно нашел его и спрятал в своей книге – в той, что была отпечатана в единственном экземпляре. Полагаю, ее-то и жаждет заполучить Орден Серого Голубя.

– Вам известно о книге?!

– Конечно. Мы с Билли часто беседовали о ней.

– Отчего же вы ни разу не попытались завладеть ею?

– На свете существует столько же путей познания, сколько самих людей. Путь, выбранный Билли, не был моим. Я еще в молодости почувствовал, что меня ожидает совсем другая дорога, и не испытывал ни малейшего желания топтаться на чужой.

– Вы решили, что ваше призвание заключается в общении с духами через птиц?

– Ну, можно выразиться и так.

– А какими способностями обладает книга Данторна? – поинтересовалась Клэр.

– Она может отворить врата в Призрачный Мир.

– Но каким образом? – спросила Джейни.

– И что в конечном счете это даст? – подхватила Клэр.

– Отвечаю на оба вопроса сразу: я не знаю. Повторяю: это была дорога Билли, а не моя. Да, мы делились друг с другом своими открытиями, но существуют такие вещи, которые можно постичь исключительно через личный опыт. Мне было жаль прерывать свои изыскания ради того, чтобы вникнуть в суть его достижений, и Билли вел себя аналогичным образом в отношении меня. Мы просто сравнивали результаты – не материальные, а духовные.

Джейни вздохнула:

– У меня от всего этого голова раскалывается.

В это время Хелен принесла с кухни поднос, на котором стояли чашки с чаем, тарелка с булочками и маленькие глиняные кувшинчики со взбитыми сливками и вареньем. Гонинан бодро потянулся.

– Предлагаю сделать небольшой перерыв и предоставить вашему подсознанию возможность усвоить услышанное. А после того как мы перекусим, я расскажу вам о Джоне Мэддене.

– А кто это такой?

– Глава Ордена Серого Голубя. Крайне опасный человек.

Джейни вспомнила о покушении на Клэр и о том, как Феликса накачали наркотиками, и мрачно кивнула:

– Похоже, что так.

Гонинан вдруг стал очень серьезным.

– Не хотелось бы портить вам аппетит, но должен предупредить сразу: какие бы неприятности ни приключились с вами к этому моменту, боюсь, что самое худшее еще впереди.

– Ох, не говорите так, – простонала Джейни.

– Почему вы так думаете? – спросила Гонинана Клэр.

– Потому что вы открыли книгу. Я чувствовал ее чары в течение последних нескольких дней. А если ее смог почувствовать даже я, то Мэдден и подавно – ведь он ищет ее большую часть своей жизни.

– Но в книге Данторна нет ничего магического, – пожала плечами Джейни. – Это обычная история, и в ней не упоминается ни о каких секретных знаниях... Ну, по крайней мере, до сих пор не упоминалось – я еще не дочитала ее до конца.

Гонинан указал на поднос:

– Угощайтесь. Мы продолжим нашу беседу позже. Однако для этого нам придется выйти на улицу.

– Зачем? – поинтересовалась Джейни.

Но Гонинан только улыбнулся и, взяв с тарелки булочку, принялся ее жевать.