Тронь меня если смеешь - 8

В это время в другой части Бодбери Вдова Пендер прижала к стене Питера Мойла. Она уже собиралась произнести его имя в третий раз, как вдруг дикая боль пронзила все ее существо: недостающий палец – тот самый, из которого она сотворила Уиндла, – вернулся на прежнее место.

Старуха пошатнулась. Воспользовавшись этим, Питер ловко прошмыгнул у нее под мышкой и метнулся к своему велосипеду. В конце улицы он обернулся: Вдова громко стонала, и слезы ручьями текли по ее лицу. Задрожав, Питер прибавил ходу, но Вдова даже не пыталась преследовать его: боль вытеснила из ее сознания все прочее. Она ощущала, как тело Уиндла горит, словно его заживо варят в котле. Что же они сотворили с ним?

Вдова отошла от стены. Ноги едва держали ее, но, собрав в кулак остатки воли, она напрягла свое магическое зрение.

Боль усилилась, когда она увидела своего фамильяра в руках девочки.

Еще несколько минут Вдова потратила на то, чтобы определить его точное местонахождение, и огонь в ее сердце пылал уже не меньше, чем в теле.

«Они заплатят!» – поклялась она. Каждый из этихмаленьких паршивцев заплатит ей!