Злополучная чашка чая - 6

Дедушка и Чоки обедали в ньюлинском ресторане «Контрабандист», отдыхая после ремонта стены, который они, в сущности, еще и не начинали. Полдня протоптавшись на заднем дворе, они со всех сторон изучили трещину, а потом Чоки заявил, что проголодался, и предложил отправиться куда-нибудь перекусить.

– Зачем возиться с грязными тарелками, если кто-то другой может все приготовить и вымыть за нас? – было его последним и решающим аргументом.

Истинная же причина заключалась в том, что Чоки ненавидел есть дома. Верхом его кулинарных способностей были овсяная каша и тосты на завтрак. Ну и, может быть, чашечка скверно заваренного чая.

Итак, они обедали, расположившись за столиком у окна, когда мимо «Контрабандиста» проехал Феликс с прильнувшей к его груди Линой. Дедушке пришлось взглянуть дважды, чтобы убедиться, что он не ошибся. Велосипед промчался быстро, но старик успел узнать обоих, и его сердце болезненно сжалось.

«Бедная Джейни», – подумал он.

– Ну и ну! – воскликнул Чоки. – Двое на одном велосипеде. Помнишь, мы с тобой ездили на велосипедах в Керрис? Как звали тех сестричек?

Дедушка растерянно взглянул на него:

– Фина и Эйприл.

– Точно, – улыбнулся Чоки. – Фина ехала на моем велосипеде, а Эйприл... – Он улыбнулся шире. – У нее был свой, да? И потому ты тогда остался в дураках.

– И не только тогда, – грустно вздохнул Дедушка.

Сейчас он снова остался в дураках. Вместе с Джейни. Потому что женщина, сидевшая на велосипеде в объятиях Феликса, была той самой американкой, которая несколько дней назад приходила к ним домой с требованием отдать ей неопубликованные работы Данторна. Дедушка никогда не заподозрил бы Феликса в предательстве, но теперь все складывалось: и его внезапное возвращение, и то странное письмо. Конечно, Джейни не писала его – это сделал сам Феликс.

Дедушка с горечью подумал, что ему всегда нравился Феликс и он считал его лучшим из всех, с кем когда-либо встречалась Джейни, и душа старика заныла от боли.

– Эй, ты оглох?

Дедушка поднял голову и обнаружил, что Чоки смотрит на него, удивленно изогнув брови.

– Что такое? – спросил он.

– Ты оглох? Ты словно уплыл куда-то. Дедушка растерянно пожал плечами:

– Я просто размышлял.

– Судя по твоей физиономии, о чем-то плохом?

– Да уж, хорошего мало...

– Это все возраст, – сочувственно кивнул Чоки. – Вспоминай почаще о хороших временах, дружище, и тогда не будешь хандрить из-за ерунды.

– Ты прав.

Хорошие времена... Прошедшие времена... Что толку жалеть о них? И что делать, когда они заканчиваются предательством?

Как же сказать об этом Джейни?