Кронштадт

Утром я проснулась оттого, что зек слегка тряс меня за плечи. - Таня, просыпайся, тебе пора. Я быстро оделась. Бинты на моей простреленной руке стали черного цвета, и я опять подумала о заражении крови. Зек сидел на кровати и с грустью наблюдал за мной. - Бинт совсем черный. - Ничего, приедешь домой, поменяешь повязку. - Только бы заражения не было. - Ничего не будет, - усмехнулся он. - Ты одна живешь или с родителями? - Одна. Я достала косметичку и подкрасилась. - Может, подкинешь адресок? Как все улажу, встретимся. - Это невозможно. - У тебя кто-то есть? - Я не стала бы встречаться, даже если бы у меня никого не было. Что плохо началось, то хорошо не закончится. - Выходит, ты здесь со мной отрывалась по полной программе только потому, что эта история не имеет продолжения? - Верно. Это оттого, что мы с тобой больше никогда не увидимся. Нам нет смысла встречаться. Мы разные. Я не пью самогонку и не ем собак, да и вообще не привыкла к грубому обращению и рукоприкладству. - Ты хочешь сказать, я лох, а ты крутая?! Но ведь ты же не знаешь, кто я. - Мне и незачем это знать. Ты без стука ворвался в мою жизнь, а я не люблю, когда ко мне не стучатся. - Скажи хотя бы одно: тебе было хорошо сегодня ночью? - Неплохо, но я не хочу повторения. Мне стыдно за себя. Что сделаешь, секс штука сильная, иногда так приспичит, что не отвечаешь за свои поступки. - Получается, тебе сегодня ночью приспичило?! - Приспичило. Послушай, что ты злишься? Я и так получила от тебя ранение, выслушала кучу грубостей, и после всего этого ты говоришь о продолжении. Я, слава Богу, еще в здравом уме и светлой памяти. Зек грустно посмотрел на меня, тяжело вздохнул и протянул мне бумажку с адресом. - Это в самом центре. Пойдешь по этому адресу, спросишь Толика. Если его нет, обязательно его дождись. Другому не передавай. - А если этот Толик куда-нибудь уехал, ты что, тогда будешь жить в этом лесу, что ли? - Толик в курсе. Он никуда не уезжал. Он ждет меня по этому адресу. Он знает, что со дня на день я должен объявиться. - Не проще ли было, чтобы этот твой Толик ждал тебя в машине у тюрьмы? Мне бы хлопот было меньше. Он бы тебя дождался, и поехали бы вы на все четыре стороны. Зачем нужны посторонние, если Толик в курсе твоего побега? - Значит, так надо было. Толику временно нельзя в Питере показываться. Он в Кронштадте отсиживается. На него совсем недавно покушение устроили. - Если уж он сам не мог, то попросил бы кого-нибудь из своих товарищей. - Таня, это уже не должно тебя касаться. Толик будет по этому адресу. Я хотел объявиться там сам, но это, пожалуй, опасно. - Ты тоже какой-то странный тип. Сказал бы сразу, куда тебе надо, а то притащил меня в какую-то глушь. Я бы тебя сразу до Кронштадта домчала. - Мне там тоже показываться нежелательно. У нас договор, что как только я найду место, где можно обосноваться, то пошлю гонца и сообщу, где я. - Значит, меня ты решил использовать в качестве гонца? - И в качестве ширмы, и в качестве гонца, - засмеялся зек. - Не смешно. Ладно, пора ехать. Давай ключи от машины. Зек встал и протянул мне ключи. - Только смотри не потеряй бумажку с адресом. Это в самом центре. Ты легко найдешь. - Господи, да что там искать. Этот городок можно за полчаса пешком обойти. Я вообще не понимаю, как там можно отсиживаться. Там ведь как в деревне, все друг друга знают. Я подошла к машине, села на водительское сиденье и завела мотор. Зек наклонился и тихо сказал: - Таня, ты не могла бы мне оставить немного денег? - Да, конечно. Я достала из кошелька триста рублей и протянула ему. Он свернул их в трубочку и небрежно сунул в карман. - Таня, я тебе верю. Поэтому отпускаю. - Я сделаю все, что ты попросил. - Я могу оплатить твою услугу, чтобы все было по-честному. - Господи, о какой оплате можно говорить, если у тебя на пропитание денег нет. - Это сейчас, а потом будут. - Не надо мне твоих денег. У меня есть только одно желание: чтобы наши пути никогда больше не пересеклись. - Ты уверена, что этого хочешь? - Вполне. Ладно, удачи тебе. Жди подмоги. - Давай. Зек отошел от машины и сдвинул брови. Я надавила на газ и помахала ему рукой. Вот и все. Какая гадкая история! Я включила погромче музыку, с трудом сдерживая слезы. Проклятое животное! Пусть он хоть сдохнет в этом лесу. Чтоб он этой самогонкой отравился! Гад ползучий! Немного успокоившись, я попыталась разобраться в том, что произошло. Самое страшное, что к этому зеку я испытывала двойственное чувство. Наверное, последняя страстная ночь дала о себе знать. Добравшись до дома, я поставила машину у подъезда, забежала в квартиру и схватила телефонную трубку. Затем немного подумала и решила не рассказывать брату о том, что произошло. Пусть это останется моей маленькой тайной. Пройдет время, и все забудется как страшный сон. Все сотрется из памяти. Внезапно телефон зазвонил. Я вздрогнула. Это была Марта. - Где тебя черти носят? Славка вчера весь вечер названивал. - Он дома? - Сегодня с утра рванул по делам. Так все-таки где ты была? - Да так, встретила одного старого знакомого. - Ничего себе! На двое суток пропала! В тот день, когда ты ездила в Кресты, зек какой-то сбежал. Славка волновался, не случилось ли чего. - А что может случиться? - Может, он тебя похитил и убил. - Слава Богу, нет. И что, ищут этого зека? - Наверное, ищут. По телевизору фотографию несколько раз показывали. Представляешь, умудриться из тюрьмы сбежать! - А что там сбегать, если вся тюрьма уже давно продажная стала. Туда при желании и деньгах можно даже проституток заказать. - Откуда ты знаешь? - Слышала. - Говорят, какой-то крутой сбежал. - С чего ты взяла? - Славка сказал, что простой смертный из тюрьмы не сбежит. Нужен весомый авторитет, большие деньги и надежные связи. Я постаралась перевести разговор на другую тему и осторожно спросила: - Марта, а тебя те из отеля больше не беспокоили? - Нет. Деньги украли, одежду. Самые дорогие веши, гады, увели. Ни одной шубы не оставили. - Вот сволочи. Представляю, как ты страдаешь. - Еще бы. Все теперь ложится на плечи твоего братца. Он пообещал в кратчайшие сроки обновить мой гардероб. Знаешь, у меня было зверское желание рассказать Славке, кто все это сделал, чтобы он этих подонков живыми закопал, но я не смогла. Ты же его знаешь. Мало того, что я ходила воровать, так еще и тебя приобщила! Да еще труп, эти трое в масках... Нельзя этого делать. Он мне тогда голову оторвет. Славка тряхнул всех домушников в округе, пытался узнать, чьих рук дело, и пришел к выводу, что кто-то из залетных поработал. Я посмотрела на часы и перебила Марту: - Марта, извини, мне нужно по делам. Когда приеду, мы встретимся и обо всем поговорим. Славке скажи, что все нормально, я документы передала. Даже кофе в тюрьме попила, - усмехнулась я. - Ну и что, вкусный тюремный кофе? - Да обычный. - Ты что-то скрываешь! Ничего не хочешь рассказать своей близкой родственнице? - Как приеду, обязательно расскажу. Повесив трубку, я набрала полную ванну воды, помылась, подсушила волосы феном, оделась и спустилась к машине. Я приняла твердое решение поехать в Кронштадт...  Доехав до Васильевского острова, я оставила машину на речном вокзале и купила билет на речное такси. Как только "Комета" причалила к берегу, я взошла на борт, купила себе баночку колы и устроилась поудобнее. До Кронштадта плыть минут сорок, не больше. Я очень часто плавала туда на личной яхте моего брата. Когда он бывал свободен, то брал нас с Мартой на борт и катал где нам захочется. Мы надевали купальники, пили шампанское и махали проплывающим мимо судам. На яхте красовалась огромная надпись, сделанная ярко-розовой краской: "Марта". Надпись появилась в тот день, когда мой брат женился на Марте. Добравшись до Кронштадта, я без труда нашла нужный дом. Он находился недалеко от храма. Я зашла в обшарпанный подъезд и поднялась на второй этаж. Остановившись у нужной квартиры, прислушалась. За дверью было тихо. Я нажала на звонок и принялась ждать. Мне никто не открывал. Мысленно я уже тысячу раз отругала себя за то, что приперлась сюда. На черта мне нужны такие приключения! Решив позвонить еще раз, я нажала на кнопку и подумала о том, что больше не буду испытывать судьбу и уйду подальше от этого мрачного дома. Никто не ответил. Я уже хотела спуститься по лестнице, но случайно толкнула дверь, и она открылась. Инстинкт самосохранения подсказывал мне не входить, но любопытство и желание помочь зеку пересилило. Я затаила дыхание и вошла в квартиру.