Он инвалид, но он красивый

   — Извините... — доставая телефон из сумки говорила Лив, — я сейчас отвечу...   Оливия отошла к двери, приняла звонок и приложила телефон к уху.    — Солнце, ты же понимаешь, что добрые дела превыше всего — добро заговорила девушка.    — Да, давай — закончила Лив, отключила звонок и вернулась к Максиму.    — Сестра звонила. — сказала Оливия и присела на стульчик рядом с новым знакомым и человеком, которому нужна её помощь.    — Ну, я наверное пойду, сестра младшая и брат одни дома. — опустошённо проговорила черноволосая.    — Конечно, конечно — успокаивал её Максим.    — До завтра, поправляйтесь. — с улыбкой сказала Лив, подходя к двери.    — До свидания...    — До свидания — их прощание прошло одновременно с обменом улыбками и добрыми словами.   Оливия шла по коридору и, подойдя к гардеробу, надела куртку и ушла.  Дома её ждали уже давно её младшие брат и сестра. Сестру звали Ольга, а брата Остап.    — Где же она? — самонадеянно проговорил Остап, обращаясь к сестре.    — Слушай, она же сказала, что добро прежде всего, жди, и вообще пора учиться жить самостоятельно. — на полной серьёзности говорила Ольга, собирая свой портфель.   В голове Остапа происходило странное. Ему было неприятно, что младшая сестра умнее и рассудительнее его, ведь Ольге было только двенадцать, а ему пятнадцать.   — Ну, пойми, мы сироты..    — Скажи спасибо, что у нас есть совершеннолетняя сестра... — скорбливо произнесла кареглазая и выключила настольную лампу.   Послышался щёлк ключей в замочной скважине, дверь отворилась и на пороге появилась Лив.    — Привет, шалопаи — крикнула с сарказмом девушка.    — С чувством юмора у тебя плохо — снисходительно признался Остап.    — А тебя никто не спрашивал! — отрезала Оля, — Привет, Оливия.    — Так, уроки сделали?   Ольга разумственно кивнула головой, что нельзя сказать про Остапа.    — Ося? — надеясь, что братишка опять не сделал домашнюю работу проговорила черноволосая.    — Мх, да нам не задали... — искусно врал Остап, поправляя джинсы.    — Ясно... ясно... — выдыхая говорила Оли.    — Я сам, сам! — крикнул Остап и встал в угол, снимая свою шляпу.    — Иди делай уроки, образумец!  Пыхтя, парень ушёл к комнату, откуда послышался шум упавшего учебника.    — Ну, как там твоё добро? — мило спросила Оля.    — Он инвалид...но он красивый...