Ты умеешь говорить?

Солнце уже было в зените. Жара поднималась быстро и неумолимо, загоняя людей в прохладные каменные дома.

Повозка с передвижным рынком работорговли ещё стояла под окнами поместья герцога Эрависа. Сам герцог кликнул главную по чину горничную, а сам расплачивался золотыми монетами с торговцем.

Вскоре дверь открылась, и на улицу вышла девушка лет двадцати, в чёрном платье и белом переднике. На ногах были замшевые туфли чёрного цвета. Волосы у горничной были тёмно-серыми, почти чёрными. Слегка розоватые глаза с презрением уставились на новокупленную.

- Вы звали меня, Господин? - вкрадчиво, не без улыбки спросила женщина.

- Да. - ответил герцог так же холодно, как и всегда. - Ми́зери, отведи эту женщину ко мне в кабинет. Обращайся с ней бережно, она выглядит так, будто сейчас сломается пополам.

На лице Мизери расплылась едкая ухмылочка.

- Будет сделано, Господин.

Как только Мизери подошла к Эравису, тот вручил ей в руки конец верёвки, которой были связаны руки рабыни. Горничная мельком глянула на неё и улыбнулась ещё более мерзко.

- Ступай. - приказал Леонард.

Через пару минут главная горничная уже вела новую работницу через коридор, стены которого были либо завешаны картинами морских пейзажей, либо были застеклены искусными витражами.

- Так, значит, ты - новая личная горничная? - с презрением проговорила Мизери, слегка дёрнул бечёвку на себя. Это заставило едва закупоренные струпами раны снова открыться, что доставило ведомой не мало боли. Однако с её стороны донёсся лишь длинный выдох.

Мизери такой ответ не устроил. Она остановилась и, резко схватив ту за горло, прижала её к стене.

- Отвечай, когда с тобой разговаривают, оборванка! - гневно прикрикнула на неё главная горничная. - Я торчу в этом месте уже четыре года для того чтобы стать его личной горничной! Знай своё место!!

Следующим звуком, эхом пронёсшимся по коридору в обе стороны, стал звук звонкой пощёчины. Щека и так уже поколеченной женщины теперь расцветала ярко-красным маком.

Мизери всё ждала, когда же девушка откроет рот и заговорит с ней, чтобы тут же её заткнуть. Но она даже головы не подняла. Ни крика, ни слов, ни даже вздоха - полная тишина.

- Значит, ты у нас не особо разговорчивая? Что ж, я научу тебя отвечать. - оскорблённо прошипела Мизери сквозь зубы, собираясь дёрнуть за верёвку ещё сильнее.

- Что ты, чёрт побери, делаешь?

Мизери встала как вкопанная, переведя испуганные глаза на фигуру герцога в арке коридора. Она и не знала, что ответить, даже верёвку выпустила от неожиданности.

- Г-Г-Господин?.. Я н-не ожидала, что Вы т-так быстро вернё-...

- Я задал вопрос! Что ты вытворяешь?! - вскрикнул Леонард, быстрым шагом подходя к горничной. - Я приказал тебе обращаться с ней бережно! Какого Дьявола ты делаешь?!

Это был первый раз, когда Эравис на кого-то повысил голос. Мизери совсем растерялась, пыталась оправдаться, но получила звонкую пощёчину от собеседника.

- Господин, поймите! - плача, воскликнула Мизери, потирая рукой ударенную щёку. - Я лишь пыталась разговорить её!

- Разговорить? Разговорить?! - герцог впал в ярость. - Посмотри, что стало с её руками!!

Герцог слегка подтолкнул рабыню вперёд и показал главной горничной её запястья. Точнее, то, что от них осталось, а именно кровавое мессиво с мелкими волокнами бечёвки.

- Это ты называешь разговором?! - вскричал в гневе Леонард, ударив свою прислужницу наотмашь. - Убирайся!! С этого дня ты уволена!!

Мизери вывели из поместья под руки, ибо она упала в обморок, когда услышала такие слова. Герцог же, немного успокоившись, повёл свою новую горничную в свой кабинет. Она плелась за юношей как хромая собака за встречным человеком.

И вот, наконец, нужная дверь. Дубовая, с резьбой и изображениями грифонов. Это была очень тонкая работа неизвестного мастера, сделанная за всего полгода.

Заведя рабыню в комнату, обитую бордовым вельветом, Эравис, выпустив верёвку, уселся на тёмно-коричневый диван, приняв расхлябную позу. Он пытался казаться самодостаточным и солидным, хоть и не хотел этого - просто, для вида.

- Итак, откуда ты? - задал вполне ожидаемый вопрос герцог, скептическим взглядом осматривая девушку. Но та и рта не раскрыла, лишь смотрела куда-то сквозь плечо юноше.

- Ты умеешь говорить? - устав от её молчания, не вытерпел Леонард. И тут девушка впервые подала голос - хриплый, слегка заниженный.

- Я умею говорить. - тихо, но гордо произнесла связанная.

- Слава Селестии. Я уже беспокоился о том, не нема ли ты. - едва заметно улыбнувшись, проговорил герцог. Взгляд его упал на кровоточащие руки девушки, кровь с которых делала паркет ещё более красным.

- Ох... Должно быть, ужасно больно... - не своим голосом выговорил юноша, тут же прикусив язык. Герцог не должен беспокоиться о состоянии своих слуг. Или должен? Он совсем запутался!

Тем не менее, герцог протянул руки к рабыне. Та рефлекторно отпрянула.

- Не бойся, я лишь сниму с тебя эту штуку. - с усмешкой сказал юноша, развязывая двойной узел на запястьях девушки. Лицо рабыни рефлекторно скривилось. Было больно, очень больно, но она справлялась. Вскоре окровавленная бечёвка уже лежала в мусорной корзине.

- Так как твоё имя? - встав и направившись к двери, произнёс герцог. Девушка лишь смотрела на свои руки, которые слегка тряслись. Были задеты вены, кровь капала безостановочно.

- Я... Я Элаиза. - робко, но не менее стойко произнесла новая личная горничная.

- Что ж, Элаиза. - взявшись за ручку и обернувшись к девушке, повторил её имя Леонард. - Ты теперь работаешь на меня. Моей личной горничной. Если не будешь отлынивать от работы и хорошо её выполнять, то ни в чём не будешь нуждаться. Однако если нет - я тебя перепродам.

С этими словами юноша вышел из комнаты. Девушка же, немного постояв, опустилась на колени. На щеках заискрили мокрые дорожки.10 000... Столько она стоит...