3

Лео нежно придерживал Асторию за локоть, пока они шли по улицам. Его плащ надёжно скрывал разорванную ткань её платья, даря ей чувство защищённости и уюта. Он не давил, не задавал лишних вопросов, просто ждал, пока она немного придёт в себя.Постепенно страх Астории начал утихать, вытесняемый облегчением и... чем-то новым. Рядом с Лео ей было неожиданно легко. Его спокойная, уверенная манера поведения успокаивала. Он начал рассказывать ей о себе: он был начинающим джазовым музыкантом, играл на трубе в небольших клубах, а днём подрабатывал в музыкальном магазине. Его глаза загорались, когда он говорил о музыке, и Астория почувствовала в нём родственную душу, разделяющую её страсть к джазу.Они говорили о Бродвее, о любимых мелодиях, о мечтах и трудностях жизни в огромном городе. Астория заметила, как он улыбается – его улыбка была искренней и тёплой. И невольно, незаметно для самой себя, она начала засматриваться на него. На его чёткие черты лица, на то, как свет уличных фонарей падает на его тёмные волосы, на красоту его движений. В нём не было таинственности Николаса, но была притягательная открытость и обаяние.Когда они, наконец, подошли к её маленькой квартирке, Астория почувствовала лёгкое разочарование, что их путь заканчивается.- Спасибо, Лео. Я... я не знаю, что бы я без тебя делала.Лео слегка склонил голову, его глаза были полны мягкости.- Ничего особенного, Астория. Просто будь осторожнее. Нью-Йорк может быть прекрасным, но иногда он показывает свои зубы.Он протянул ей плащ. Астория нерешительно взяла его, чувствуя его тепло.- Я... могу я как-нибудь отблагодарить тебя? Может быть, угостить кофе?Лео улыбнулся.- Кофе звучит отлично. Когда?- Завтра? После работы? Я работаю в "Манхэттен Пресс", на 34-й улице.- Прекрасно. Я знаю там одно уютное местечко. Зайду за тобой в пять.Он слегка подмигнул и, прежде чем Астория успела что-либо сказать, развернулся и исчез в темноте улицы, оставив её стоять на пороге, держа в руках его плащ и чувствуя лёгкое, но настойчивое трепетание в груди. Она смотрела ему вслед, пока его силуэт не растворился.Войдя в свою квартиру, Астория прижала плащ Лео к себе. Тепло его тела всё ещё оставалось на ткани, и она ощущала его как нежное обещание. Впервые за долгое время она почувствовала, что в этом огромном и порой пугающем городе у неё есть не только мечта, но и кто-то, кто может быть её светом.Свидания Астории с Николасом продолжались. Он был обходителен, щедр и по-прежнему загадочен. Они ужинали в шикарных ресторанах, танцевали в модных клубах, и Астория всё больше очаровывалась его миром. Но после той ночи, когда Лео спас её, Николас стал более настороженным. Его проницательные глаза теперь следили за ней с особой внимательностью.Однажды вечером, во время ужина, Николас отложил вилку. Его тон стал серьезным, лишенным обычной лёгкости.- Я слышал, с тобой что-то случилось на прошлой неделе. Вечером. На 34-й улице.Астория вздрогнула, застигнутая врасплох. Она не упоминала ему о нападении, боясь его реакции и не желая волновать.- Ах, это... пустяки, Николас. Просто... пара пьяниц. Ничего серьёзного.-Мне доложили, что некий "герой" пришёл тебе на помощь. Молодой человек. Актер , кажется. Лео?В груди Астории что-то ёкнуло. Откуда он знает? И почему он так осведомлен о её жизни? Она почувствовала лёгкое беспокойство.- Он... да, он просто помог мне. Я благодарна ему.- Конечно. Нью-Йорк полон "героев", не так ли? Просто... будь осторожнее, Астория. Не все, кто протягивает руку помощи, делают это бескорыстно. Некоторые лишь ждут, когда смогут что-то забрать.Его слова прозвучали как предупреждение, и Лилит почувствовала легкий холодок. Она не замечала в его тоне ревности, только заботу и некое знание, которое пугало её. Она не понимала глубину его связей и то, насколько далеко простиралось его влияние.Позже . Николас сидит в своём роскошном, но строго обставленном кабинете. Стены украшены фотографиями знаменитых музыкантов, артистов, боксеров. В углу стоит огромный глобус. Это не просто офис бизнесмена.На столе лежат контракты, связанные с управлением карьерами джазовых певцов, популярных актёров и даже боксёров. Схемы распределения прибыли, записи о выступлениях в самых престижных клубах. Николас — крупная фигура в шоу-бизнесе 1950-х, но не только. Его "другие дела", о которых Астория даже не догадывается, тесно переплетены с этим миром: влияние на промоутеров, контроль над ночными клубами, "решение" проблем артистов, которые выходят за рамки закона. Он был тем, кто держал нити кукольного театра индустрии развлечений, и одновременно был частью его теневой изнанки.Он сидит, крутя в руках фотографию Астории, сделанную ею же. На его лице проступает задумчивость, а затем – жесткая линия рта. Ему не нравилась мысль о том, что рядом с его Асторией оказался другой мужчина. Его связи в городе позволяли ему знать о каждом её шаге, но он предпочитал, чтобы она не догадывалась об этом.- Лео... Значит, так.В то же время, Лео вовсе не был только начинающим джазовым музыкантом и продавцом в магазине. Он был подающим надежды актёром, работавшим в театре. А подработка в музыкальном магазине была прикрытием. Лео не был случайно на той улице, когда спас Асторию. Он разузнал о Николасе и его связях. Его "случайное" появление было спланировано.Лео сидит в гримёрке, снимая грим после репетиции. Он листает газету, но его взгляд задержался на статье о новом джазовом шоу, которое продюсирует некая "корпорация" Николаса. Он знает, что эта корпорация – лишь ширма для куда более тёмных дел.Его цель – не Астория, а Николас. Возможно, Николас виновен в чем-то, что затронуло жизнь Лео или кого-то из его близких. Или же Лео работает на кого-то, кто хочет свергнуть Николаса с его трона в криминальном мире. Спасение Астории было частью его плана – он знал о её связи с Николасом и решил использовать её, чтобы проникнуть в его мир.Он достаёт из кармана крошечный блокнот, где аккуратным почерком записаны имена, даты и адреса. Имя "Николас" было обведено красным карандашом.- Ты не знаешь, с кем связался, Николас. И она тоже не знает, кем ты на самом деле являешься.Он думает об Астории, о её искренности, о её голосе, который он случайно услышал, когда она пела пластинке. Он чувствует к ней genuine симпатию, которая начинает противоречить его первоначальному плану. Её невинность заставляла его чувствовать себя неловко за свою двойную игру.Астория готовится к свиданию с Лео. Она надевает одно из своих лучших платьев, поправляет прическу. Мысли о Николасе, его пронзительных вопросах, вызывают у неё лёгкое беспокойство, но предвкушение встречи с Лео перевешивает всё. Она чувствует, что между ними возникает что-то особенное, что-то чистое и искреннее.Она не подозревает, что находится в центре сложной игры, где каждый из мужчин преследует свои цели, и что её собственный талант скоро станет новой монетой в этой опасной сделке.