1. Зов большого города

Астория (20 лет), молодая девушка с длинным светлыми волосами и глазами, полными любопытства, смотрит в окно поезда. Пейзажи сельской Пенсильвании проносятся мимо: поля, леса, маленькие городки, в каждом из которых она прожила всю свою жизнь. На её коленях лежит потрёпанный чемодан и видавшая виды камера. В её глазах читается смесь волнения и лёгкого страха перед неизведанным.Рядом сидит пожилая, добродушная женщина - Куда путь держите, милая? В большой город?Астория поворачивается к ней, слегка улыбаясь.- Да, мэм. В Нью-Йорк. Ищу работу. И... что-то большее.- Ах, Нью-Йорк. Город грёз и разбитых сердец. Но если там и есть место, где можно найти себя, то это он. Будьте осторожны, милая. Большой город не спит. И у него много теней.Астория снова смотрит в окно, где вдали уже виднеются первые очертания небоскрёбов. Она чувствует, как её сердце начинает биться быстрее. Тени... Она готова к ним.Астория стоит посреди толпы, оглушенная шумом, запахами кофе и табака , яркими вывесками. Люди куда-то спешат, такси проносятся мимо, гудки машин сливаются в единую симфонию. Она чувствует себя крошечной песчинкой в этом вихре.Её взгляд останавливается на рекламном плакате с улыбающейся женщиной в пышном платье, рекламирующей новый мюзикл на Бродвее. "Следуй за мечтой," – гласит слоган. Астория улыбается.Она достаёт из сумки небольшой фотоаппарат и делает снимок. Это её способ познавать мир – через объектив.Астория разбирает свои скромные пожитки в крошечной, обшарпанной квартирке, которую она смогла снять на первое время. Слышен шум улицы, джаз из соседнего окна. Она достаёт из чемодана единственную фотографию – своих родителей, улыбающихся на ферме.- Вот и я, мама, папа. В Нью-Йорке.Астория выходит на улицу. Город преображается ночью. Неоновые вывески Бродвея освещают улицу, джаз льётся из открытых дверей клубов, смешиваясь с голосами и смехом. Она чувствует себя живой.Она проходит мимо клуба, из которого доносится особенно проникновенная мелодия саксофона. Она замирает. Внутри – Дым сигарет висит в воздухе густым облаком. Приглушённый свет. Саксофонист играет соло. Столики заняты парами, смеющимися людьми, солидными мужчинами в дорогих костюмах.Астория, немного смущаясь, садится за небольшой столик у сцены. Она очарована. Она достаёт свою камеру и делает несколько снимков, стараясь быть незаметной.Её взгляд падает на мужчину за барной стойкой. Он сидит один, высокий, с темными, проницательными глазами, безупречно одетый в дорогой, но неброский костюм. В его руках – бокал виски. Он кажется одновременно частью этого места и полностью отстранённым от него. Он не пьёт, просто смотрит на сцену, но его взгляд кажется таким глубоким, что Астория чувствует себя неловко, словно подсмотрела чужую тайну.Мужчина вдруг поворачивает голову и их взгляды встречаются. Он не улыбается, но в его глазах читается что-то... интригующее. Астория поспешно опускает камеру, смутившись.Несколько минут спустя, мужчина подходит к её столику. Он движется с тихой, но уверенной грацией.- Не каждый день в нашем клубе встретишь даму с камерой. Вы фотограф?Астория поднимает глаза, слегка краснея.- Я... я просто увлекаюсь. Астория. А вы?-Николас. Просто Николас. И, смею сказать, вы очень... выразительно снимаете. Я видел ваш объектив.Астория чувствует, как её сердце трепещет от его слов. Он видит её. И она, кажется, впервые за долгое время чувствует себя замеченной.- Могу ли я угостить вас напитком, Астория? Позвольте мне показать вам настоящий Нью-Йорк.Он протягивает ей руку. Астория смотрит на его ладонь — сильную, уверенную. Она чувствует необъяснимое притяжение. И да, она готова увидеть настоящий Нью-Йорк.Она кладёт свою руку в его.- С удовольствием.