44 глава | Аделин |

Ночью я уснула на плече Филина.

Я даже не помню, как именно. Просто в какой-то момент слёзы закончились, слова тоже, и я прижалась к нему, как будто так было безопаснее. Он ничего не говорил — только тихо гладил меня по волосам. И я уснула.

Проснулась уже на диване.

Плед аккуратно укрывал меня, под головой — подушка.Я резко села. На секунду даже не поняла, где я.

Пахло блинами.Я быстро встала и пошла на кухню.

Там стоял Горбатый у плиты и переворачивал блин так ловко, будто это вообще не усилие. Он всегда был таким — спокойным, основательным. Повар от бога. У него всё получалось вкусным, даже когда продукты были самые простые. Я когда его впервые увидела, боялась ну он был грозным , а оказался душой компании Филин — другой. Больше про защитить, чем про уют. Они разные, но вместе — как будто баланс.

— Оо, доброе утречко! — бодро сказал Горбатый. — Как раз вовремя, я уже дожариваю. Иди буди Сашку и завтракать.

— Доброе... — я улыбнулась. — Так пахнет вкусно, ты прям повар.

Он усмехнулся:— Я знаю.

Я тихо прошла в комнату.Филин спал сладко, раскинувшись, будто ему вообще ничего не снится плохого. Даже будить жалко стало.Я присела рядом.

— Филиииин... Сашааа....Просыпайся. — говорила я шепотом

Он приоткрыл один глаз.— А... да... встаю уже.

Я пошла умываться. В ванной посмотрела на себя в зеркало — растрёпанная, глаза припухшие как всегда.

И только там я поняла, что на мне его футболка. Я уже сделала все процедуры, и все ждали меня. Мы сели завтракать.

Вроде все хорошо, чай блины и сгущенка И внутри всё равно тревожно.

— Пацаны... а что я скажу сегодня? — тихо спросила я.

Горбатый даже не повернулся от тарелки.— За столом о плохом не говорим. Это не то время.

— Я понимаю... — я опустила взгляд. — Но правда. Что я скажу? Типа «да, я тебя прощаю» и мы просто засосемся и сделаем вид, что ничего не было?

Филин вздохнул.— Аделин, давай не за столом.Горбатый молча пил чай.— Боже, как с вами сложно оказывается... — пробормотала я и резко встала.

— Аделина! — окликнул Горбатый. — Что с тобой? Мы же доедаем и пойдём с тобой думать.

— Поздно будет! — крикнула я, сама не понимая почему.

Я ушла в комнату и села на диван.Я смотрела в стену и не понимала, почему меня так трясёт. Ведь время есть. Никто меня не торопит. Можно спокойно подумать.

Но внутри всё кипело.Я не боялась разговора.Я боялась, что когда его увижу — всё забуду.Что снова поверю глазам, голосу, рукам.И снова будет больно.

Я закрыла лицо ладонями.— Да что со мной... — прошептала я.

Из кухни послышались шаги.Филин сел рядом, но не слишком близко.

— Ты не кипешуешь, — спокойно сказал он. — Ты боишься, но почему ? То что нечего не скажешь или ты хочешь что бы он еще бегал за тобою ?

Я молчала.

— Ты хочешь всё решить правильно. Вот и нервничаешь.

— А если правильного варианта нет? — тихо спросила я.

Он посмотрел на меня серьёзно.— Есть. Говорить честно. И не держать, ведь это всё накапливается.

Я глубоко вдохнула.Время действительно было.Но внутри — как перед прыжком.Я сидела на диване и смотрела в одну точку.

Всё будто замылилось.Как будто я смотрю на свою жизнь через запотевшее стекло.Лица, слова, вчерашний вечер — всё вперемешку.

Филин сел напротив, опёрся локтями о колени и смотрел на меня внимательно.

— По жизни у тебя сейчас всё как-то замылено, — сказал он спокойно. — Ты сама не понимаешь, что чувствуешь.

Я подняла на него глаза.

— Да потому что я не понимаю! Вчера я злилась. Потом плакала. Потом слышу «люблю». И что? Мне теперь растаять?

— Давай конкретнее, — перебил он мягко, но твёрдо. — Без «всё сложно». Что тебя больше всего задело?

Я задумалась.— То, что он не спросил. Не подошёл. Не сказал: «Адель, что происходит?» Он просто сделал вывод и выставил меня виноватой. Перед всеми , даже не перед близкими а блять перед ВСЕМИ ГРУППИРОВКАМИ— сказала я и закрыла глаза подняв голову в потолок.

— Хорошо, — кивнул Филин. — Это первое. Ещё?

— Мне было стыдно. Перед всеми. Будто я реально что-то ужасное сделала.

— Ты сделала?

— Нет! — резко ответила я. — Я просто хотела поговорить с прошлым и закрыть его. Всё.

— Значит, — тебе больно, что тебе не поверили.

Я замолчала.— Да.

Он кивнул.— Теперь дальше. Ты его любишь?

Тишина.— Да, — тихо сказала я— Без «но»?— спросил он подняв бровь

Я выдохнула.— Люблю. Но я не хочу каждый раз доказывать, что я не враг. Я не хочу такую любовь , я хочу что то спокойное , той любви мне хватило, — я посмотрела в глаза Филина —вот знаешь я думаю что Валера прав

— В чем?

— Ну он говорил что , мне лучше быть не с группировщиком с ними тише, но я думала что и с Зимой также , и вот он прав , мне тяжело , но так хочется быть с Зимой, это так сложно — А ты как думаешь , тебе с какой стороны легче ?— спросил Филин — Ну мне нравится быть с ним , там не скучно , а вот в тишине как то спокойнее всё ровно , но я без его не смогу я так думаю..

— Я заметил, что у вас искренняя любовь, ну вы хоть и ссоритесь но понимаете , что вы не можете быть одни долго , Аделин прости ты его, ну послушай что скажет , может это слухи , он если бы был упрям даже видеть не хотел бы , а значит в сердце любовь есть, он же когда всё узнает не простит себе — сказал Филин смотря в глаза

Я нахмурилась.

— Так просто?

— А ты хочешь сложнее? — он чуть усмехнулся. — Ты хочешь спектакль, слёзы, чтобы он бегал, страдал, мучился?

Я отвела взгляд.— Немного хотелось, чтобы понял, как мне было.

— Он понял. Вчера под окном не от хорошей жизни стоял.А помнишь , как вы впервые медляк танцевали , или как он о тебе всегда говорит , как ты выглядишь, всегда только о тебе — засмеялся Филин — Вот он знаешь необычный, в том плане что он не как все зажатые пацаны , в нем есть что-то другое, он все же добрее , будь мягче с ним ,поверь лучше так будет — он улыбался когда говорил Я закусила губу. В голове я думала а что делать...— Но если я сейчас сразу смягчусь, он подумает, что можно так и дальше.

— Поэтому и конкретнее, — спокойно сказал Филин. — Не «я обиделась». А «мне больно, когда ты не веришь». Не «ты плохой». А «я не хочу, чтобы так повторялось».

Я смотрела на него и понимала, что он прав.

— Аделин, — продолжил он, — всё решается не громко. А честно , ты скажи что тебя обижает что задевает , а он если любит измениться, и признает вину

Я глубоко вдохнула.— А если он снова начнёт оправдываться?

— Остановишь. Скажешь: «Я сейчас говорю». И всё.

Я нервно усмехнулась.— Боже, это звучит так будто он любит , но если бы любил так не поступил бы.

— Аделин, у всех бывают ошибки , тем более вспомни как ты приходила после аварии к нему, как вместе ходили — ответил он спокойно. — Любовь — это не «засосались и забыли». Это договорённости.

Я посмотрела на свои руки.

— Я боюсь, что когда его увижу, забуду всё, что сейчас говорю.Я подняла глаза.

— Момент скажет как надо, не забудешь , наоборот скажешь что ломает, мой совет никогда не держи в себе , если есть кому сказать говори! Он пожал плечами.

— Стараюсь — я откинулась на спинку дивана.

Внутри всё ещё штормило.Но уже без паники. ⸻

Телефон завибрировал в руке.«Валера в жопе фанера»Я на секунду замерла, потом ответила.

— Да?

— Ты когда домой? — спросил он спокойно, но как будто проверяя.

— Скоро буду, — сказала я. — Немного тут... и приду.

— Понял, — коротко ответил он. — Жду.

Он сбросил.Я посмотрела на экран и вдруг чётко поняла — мне надо домой.

Не бежать от разговора.Просто домой.Я встала и начала собираться.

Филин выглянул из кухни.— Ты куда?

— Домой.

Он прищурился.— Зачем?

Я натянула куртку.— Дом стены лечат. И с Валерой поговорить нужно. Я еще зайду , а Лера у кого ?

Филин облокотился на косяк.— Она у тети своей троюродной осталась.А Зима? Он же сюда придёт.

Я застегнула молнию и пожала плечами.— Ну походит по улицам. Ничего страшного. Тем более у него машина имеется.

Филин усмехнулся.— Вот ты жёсткая.

— Я не жёсткая. Я просто не обязана сидеть и ждать.Он посмотрел на меня внимательно.— Довезти?

Я покачала головой.— Нет. Хочу пройтись. Подышать.

Он секунду помолчал.— Осторожнее на улице.

Я кивнула.— Хорошо.

Мы встретились взглядами.Он будто хотел ещё что-то сказать, но не стал.— Если что — звони, — добавил он.

— Позвоню.Я вышла.Дверь тихо закрылась за спиной.На улице было холодно, но свежо.Снег тихо хрустел под ногами.Я шла медленно, засунув руки в карманы.В голове крутились слова, которые я должна сказать.Но чем дальше я отходила от дома Филина, тем тише становился страх.Дом правда лечит.Может, потому что там я — не чья-то девушка, не объект чужих песен, не «виноватая».Там я просто я.И мне нужно было вспомнить это, прежде чем снова смотреть кому-то в глаза.Ветер слегка бил в лицо.Я остановилась на секунду и выдохнула.Сегодня всё решится.И я больше не буду молчать,вдруг начался снег.Мелкий, тихий, как будто небо тоже не хотело шуметь.Я смотрела, как он ложится на рукава куртки, и вдруг подумала — мне скоро шестнадцать.Шестнадцать.А проблемы будто не уменьшаются, а растут вместе со мной.Я шла, ничего не подозревая, просто думая о своём.И вдруг сзади — сигнал машины.Я не обернулась сразу.Снова.Я повернула голову.

Зелёная машина. Не наша.Окно опустилось.

Парень. Лет как Валера.— Прокатимся? — сказал он жуя жевачку

— Не вовремя, дядь, — сухо ответила я и продолжила идти.

Он медленно поехал рядом.— Ну а че ты, красивая. Я тоже не промах.

Я усмехнулась.— Слушай, езжай.

— Водка, закуски есть. Залезай.

Мне стало противно.— Я с уневерсамовскими, — спокойно сказала я.

Он приподнял брови.— О как... А это ты вчера была? Ну и с кем ходишь?

— С Зимой. — сказала и помада а че его назвала..

— Видал его. И че там такого?

Я остановилась.— Всё. Едь уже по своим делам. Реально нет желания общаться.

Он помолчал, потом хмыкнул.— Ну ясно-понятно. Че случилось вчера видел, и это ты — и так понятно всё. Нахер звал вообще, ну на разок можно. — сказал он и смотрел как на вещь

Меня будто ударило.— Вот ты... — я хотела что-то сказать, но слова застряли. Слёзы начали собираться в глазах.Он посмотрел на меня уже без улыбки.

— Будет тебе шестнадцать — тогда и я поговорю , — бросил он. Я поняла в каком это смысле. Окно закрылось.Машина уехала.

А я осталась. И со слезами.

Я шла дальше и не понимала — почему так?Почему каждый считает, что может что-то сказать, намекнуть, оценить?Я дошла до дома.Дверь открылась.

— О, пришла. Ну как ты... — Валера замолчал, увидев моё лицо.

Я быстро вытерла слёзы.— Всё нормально.— Аделина, что произошло?— Да всё хорошо, — сказала я, снимая куртку.

Он подошёл ближе.— Ты обещала всё говорить мне. Помнишь?

Я не выдержала.Я просто шагнула к нему и обняла.И расплакалась.Без слов.

Он крепко прижал меня к себе.— Пошли.

Он аккуратно отвёл меня к дивану, посадил рядом.— Теперь честно. Что было? И кто довёл до слёз? Филин? Горбатый?

— Нет... не они... — я всхлипывала.

— Тогда кто?

Я глубоко вдохнула.— Вчера Зима под окна приходил. Говорил, что любит. Саша сказал, что завтра мы поговорим.

Валера напрягся.— И это он довёл?

— Нет! Я его не видела сегодня. Я ждала... но ушла к тебе. Потому что... стены лечат.

Он чуть смягчился.— Тогда что?

Я опустила глаза.— Когда шла... парень на машине начал приставать.

Валера резко поднялся.— Кто?

— Валера, — я схватила его за руку. — Стой.

— Кто?! — голос стал жёстким.

— Я не знаю его. Зелёная машина. Один был. Никого вокруг.

Валера сжал кулаки.— Что он сказал?

Я посмотрела на него и вдруг выпалила:— Валер... я как выгляжу? Как девушка лёгкого поведения?

Он резко повернулся ко мне.

— Что? Ты с чего это взяла?

Слёзы снова потекли.— Ко мне все подкатывают. Ради чего? Точно не любовь. А что тогда? Только одно...Я улыбалась сквозь слёзы, и это выглядело странно даже для меня самой.

— Аделина, дура, — тихо сказал он. — Сбрось эти мысли. Ты красивая — вот и всё. Это не про тебя, это про них.

Я закрыла лицо руками.— Он ещё сказал, что вчера всё понятно... будто я...

— Хватит, — жёстко сказал Валера.

Он присел передо мной.— Слушай меня внимательно. Ты не обязана никому нравиться. Ты не обязана улыбаться. Ты не обязана оправдываться. Поняла?

Я кивнула.

Он встал— Я сейчас приду.

— Валер, не надо, — я вцепилась в его руку. — Пожалуйста.

Он посмотрел на меня долго.— Лин, отпусти.

Я медленно разжала пальцы.— Я на сборы. Вечером приду. Будь аккуратнее. И никуда одна не ходи.

— У меня день рождения послезавтра... — тихо сказала я.

Он чуть смягчился.— Вот именно. Поэтому аккуратнее. И давай настраивай позитив , я такую тусу тебе забабахаю.

Я кивнула и осталась в комнате одна.

Села на кровать.Снег всё ещё шёл за окном.Мне скоро шестнадцать.

И я только начинаю понимать, что мир бывает разным.И не все взгляды — про любовь.

⸻Тишина давила.И я пошла на кухню.Готовка всегда меня успокаивала.Когда режешь, мешаешь, следишь за огнём — мысли становятся ровнее.За час я переделала всё, что могла. Даже то, что не нужно было.Кухня блестела. Запах еды стоял тёплый, домашний.Но внутри всё равно было неспокойно.Я завязала пакет с мусором.

— Ладно, хоть воздухом подышу, — тихо сказала себе.

Включаем («Шелкопряд» Flёur )

Вышла на улицу.Снег уже шёл плотнее. Белыми хлопьями.

Я выкинула мусор в бак.В этот момент снежинка упала прямо на губы.

Я невольно улыбнулась и тихо прошептала:

— Пусть всё будет хорошо.Как в детстве загадываешь желание, но у меня только одно.

И подняла глаза. ЗимаОн стоял под домом.Без шапки. И снег ложился прямо на его лысую голову — тонким белым слоем, будто кто-то посыпал сахаром.В руках — красная роза.

— Привет, — сказала я.

Он обернулся. Видно было, что не ожидал, что я выйду именно сейчас.— Привет...

Снежинки таяли на его коже и стекали маленькими каплями по вискам.

— Кого ждёшь? — спросила я, хотя всё было очевидно.

Он чуть сжал розу.— Тебя. Аделин... надо поговорить.

Я смотрела на него. На эту розу. На то, как он стоит под снегом, даже не прячется.

— Зима, а что нам обсуждать? Ты меня обидел. Даже не узнав ничего, сделал больно. Я вот не понимаю...Он нахмурился.— Я был на эмоциях. Когда узнал об этом

— А я кем была? Декорацией? — голос начал дрожать. — Ты даже не спросил! Ты думаешь я была не на эмоциях ?

— Валера тебя видел с ним , как вы..— сказал он и замолчал, видно было ему больно об этом говорить.

— И что?! — я шагнула ближе. — Он видел — и ты решил. Всё. Приговор вынес?

Он сжал розу так, что лепестки задрожали.— Я не мог спокойно ждать,как ты с бывшим...

— Я закрывала прошлое! Сколько раз вам это объяснять!! — перебила я. — Чтобы оно не лезло между нами! А ты как будто специально!

Снег прилипал к ресницам.

— Ты не понимаешь, как это выглядело, — процедил он.

— А ты не понимаешь, как выглядел ты!

Я чувствовала, как внутри всё копится — и злость, и боль.

— Я всем говорила, какой ты. Что ты не как остальные. Что ты не будешь делать дешёвые сцены.

— Я дурак, да?

— Да! — резко сказала я. — Потому что ты не поверил мне. Ты поверил своей ревности. Ты поверил какому то Турбо который в упор нечего не знает. Ты просто решил и запел ревностью — говорила я уже со слезами , а он лишь начинал все осознавать...

Он сделал шаг ко мне.— Я люблю тебя. Аделин , я всегда тебя любил, что бы не было , мне было больно все говорили бросить , а я не понимал как если люблю.

— Любовь — это не «люблю» словами ! Это доверие! И действия!

Он замолчал.Секунда. Две.И вдруг он опустился на колени прямо в снег.Я растерялась.

— Ты что делаешь?!

Он поставил розу передо мной.

— Прости меня. Пожалуйста. Я не должен был так. Я испугался. Я ревновал. Я повёл себя как идиот.Я стояла и не знала, что сказать.Люди проходили мимо, кто-то оглядывался.

— Встань, — прошептала я. — Не надо. Ты что ? Нельзя же вам!— Нет, — он покачал головой. — Я правда виноват. Я не хочу тебя терять. Мне плевать, кто что подумает.Снег таял на его коже, стекал по лицу.— Я не идеальный. Но я готов меняться. Только не уходи.

Сердце сжималось.— Ты думаешь, если встанешь на колени, всё станет легче? — тихо спросила я.

— Нет. Я просто не знаю, как ещё показать, что мне не всё равно.

Я закрыла глаза на секунду.— Мне не нужны сцены, Зима. Мне нужно, чтобы ты в следующий раз просто подошёл и спросил.

— Подойду. Клянусь.

Я смотрела на него в снегу.Гордый. Упрямый. И сейчас — сломанный.А потому что действительно боится меня потерять.— Встань, — сказала я тише.

— Не встану, — упрямо ответил он.

Снег ложился на его плечи, на лысую голову, таял и стекал по вискам, а он даже не двигался.

— Пока ты не скажешь, что выслушаешь меня — не встану.

— Зима, хватит сцены...

— Это не сцена, — перебил он. — Это я. Наконец-то без гордости.

Он глубоко вдохнул.

— Ты помнишь, как мы познакомились?

Я замерла.

Он продолжил, не давая мне вставить слово:— Ты стояла у перемячной с этим своим серьёзным видом. Бабке помогла , а так бы обокрали. А когда Валера привел или забрал со школы , ты тогда подралась.Делала вид, что тебе вообще никто не нужен. А сама всё равно оглядывалась. И когда я подошёл — ты сказала: «Чего смотришь?» Помнишь?

Я отвела взгляд. Конечно помнила.

— А потом ты смеялась над тем, как я перепутал твой любимый напиток. И сказала, что я «самоуверенный лысый».

Я невольно фыркнула.

— Ты помнишь, как я первый раз проводил тебя домой? Ты сказала, что не любишь, и зачем присматривать говорила я и сама просила что бы сама дошла. И я шёл на шаг позади. Потому что ты так хотела.

Сердце болезненно сжалось.

Он говорил тихо, но в каждом слове было больше правды, чем во всех криках вчера.

— Я помню, как ты рассказывала, что боишься, когда за тебя решают. Что тебе важно, чтобы тебя слышали. И я... — он опустил голову. — Я сделал ровно наоборот.

Снег всё падал.

— Я видел тебя вчера — и будто снова стал тем пацаном, которому страшно, что его не выберут. Я испугался, что ты поймёшь, что я не самый лучший вариант.

— Зима... — тихо сказала я. А слезы шли без остановки.

— Я не хочу быть для тебя просто парнем.Я хочу быть тем, кто рядом, когда тебе шестнадцать, семнадцать... кто знает, как ты морщишься, когда злишься. Кто знает, что ты готовкой успокаиваешься. Я всё это вижу, Аделин. И мне страшно это потерять.

Я почувствовала, как внутри что-то ломается.

Он продолжал:

— Ты же помнишь, как я тогда сказал, что если обижу тебя — сам себя не прощу? Помнишь? А я обидел. Тебя предал себя предал — сказал он и на его глазах проступали слезы , что он плачет ? Зима мой грозный мальчик со слезами ?

Я больше не могла стоять.Я опустилась рядом с ним в снег.

— Дурак, — прошептала я, уже со слезами.

Он смотрел на меня снизу вверх.

— Я люблю тебя, — сказал он тихо. — Я потерять боюсь , я не знаю что дальше делать б..Он хотел продолжить.Но я не дала.

Включаем ( «Сердце» Flёur )

Я наклонилась и поцеловала его, Просто чтобы он замолчал. так сильно мне было сложно без него ,  было ощущение пустоты , но его поцелуй все зашил.Чтобы остановить этот поток слов, который уже пробрался слишком глубоко.

Снег падал на нас обоих.

Он сначала замер, потом осторожно коснулся моей щеки.

Когда я отстранилась, он смотрел так, будто не верит.

— Встань уже, — сказала я тихо. — Простудишься.

Он усмехнулся сквозь снег и слёзы.— Это «да»?

Я выдохнула.— Это «давай попробуем по-взрослому». Без песен. Без выводов. С вопросами.

Он кивнул.И впервые за всё время я почувствовала не драму.А тишину.Спокойную.Я отстранилась от него.Снег таял на наших ресницах, дыхание смешивалось в холодном воздухе.

— Не смотри так, — сказала я тихо. — Поцелуй — это не значит, что всё забыто.

Он медленно поднялся с колен, но ближе не подходил.

— Я знаю. — говорил он и улыбался во все зубы

Я смотрела прямо в его глаза.

— Как я могу верить, что ты исправишься? Скажи мне. Не красиво. Не громко.

Он сглотнул.— Потому что я понял, что могу тебя потерять.

— Ты понял это после песни. После того как мне было стыдно. После того как я плакала, — мой голос стал твёрже. — Почему я должна платить за твои осознания?

Он молчал.— Я был неправ, — тихо сказал он.

— Это я уже слышала. Мне не нужно «я неправ». Мне нужно понимать, что дальше не будет повторения.

Он провёл рукой по голове, стряхивая снег.— Аделин доверься , я ведь правда не доведу , я буду ждать твоего ответа а не чужого слова.Я шагнула ближе.

— А если я просто разговариваю с кем-то? Если смеюсь? Если кому-то улыбаюсь? Ты снова будешь считать, что я предаю?

Он покачал головой.— Нет. Я должен научиться не видеть врагов в каждом.

— Должен — это не равно научусь, — ответила я. — Мне важно, чтобы ты понимал: я не вещь. Не приз. Не территория.

Он посмотрел на меня серьёзно.— Я услышал.

— Я не хочу быть с человеком, который любит меня, но не доверяет, — сказала я ровно. — Это разрушает.

Он подошёл ближе, но всё ещё не касался меня.— Я доверяю. Просто иногда страх громче.

— Тогда учись, чтобы доверие было громче страха.Я смотрела на него долго.— Я не хочу быть той, за кого дерутся. Я хочу быть той, с кем спокойно.

Он кивнул.— Я тоже хочу, чтобы с тобой было спокойно.

— Тогда сделай так, чтобы мне не приходилось доказывать, что я не виновата.

Снег продолжал падать.Он осторожно протянул руку.

На этот раз я позволила ему взять мою ладонь.

— Я не обещаю, что не буду ревновать, — честно сказал он. — Но обещаю, что буду говорить, а не обвинять.

Я медленно кивнула.— Это уже ближе к правде.

Он сжал мою руку чуть крепче.— Я не хочу терять тебя.

— Я тебя тоже ,

— Вставай, — сказала я твёрдо. — Пошли ко мне. Просохнем.

Он не улыбнулся, не обрадовался как мальчишка. Просто кивнул и встал.

— Я не стоял на коленях, чтобы тебя давить, — спокойно сказал он. — Я стоял, потому что виноват. Разница есть.

Я коротко кивнула.— Есть. Все, пошли , я так по тебе скучала — сказала я и он резко поднял меня я засмеялась — Я тоже ждал тебя , я тебя так сильно люблю— сказал он и поцеловал так сильно с такой любовью , он нес меня на руках , я была рада что все изменилось, и была удавлена как он терпел моих нотаций, но значит любит.— Зим , а зовут та как ? — я это только вспомнила нашим отношениям почти месяц и я только вспомнила — А ты же не знаешь,Вахит — сказал он и отдал розу — Вахитид , мой ты любимый человек, я знаешь как боялась , что мы не справимся —  Я тоже , я так люблю тебя Аделиша , вот я понял что без тебя я не я — сказал он и засмеялся — На открывай ,— сказала  я и дала ему ключи а сама в развалочку отдыхала на его руках ____

Дома было тихо.

Я открыла дверь, сняла куртку.

— Валера? — позвала я.Тишина.

Я выдохнула чуть спокойнее.— Проходи.

Он зашёл, осмотрелся, но ничего не сказал.Я быстро достала телефон и написала Филину:«Валеру к себе. Пусть где-то у тебя переночует. Я с Зимой.»

Отправила.Сердце колотилось.Я обернулась.

Зима стоял посреди комнаты, мокрая куртка, снег тает на плечах.— Раздевайся, а то реально простынешь, — сказала я.

— А ты без прелюдий — посмеялся он — Вахит! Я тоже такого от тебя ожидала — я улыбнулась и ушла за полотенцем Он снял куртку, аккуратно повесил.Тишина стала плотной.— На помойся — сказала я и кинула полотенце

Включаем («Нежная любовь» Beautiful Boys)Мы стояли друг напротив друга.

И вроде всё уже сказано, а всё равно молчим.

Он смотрел на меня — без вызова, без злости. Просто смотрел.Я чувствовала, как внутри всё переворачивается.

— Чего смотришь? — тихо спросила я.

— Да так... — он чуть усмехнулся. — Не верится, что ты передо мной стоишь и не орёшь.

— Могу начать.

— Не надо.

Он сделал шаг ближе. Я не отступила.

Секунда. Две.

И он поцеловал меня.

Не спрашивая разрешения словами — но будто глазами всё же спросил.Поцеловал крепко, по-настоящему. Как будто мы оба устали воевать.

Я сначала растерялась, потом сама взялась за его кофту, чтобы он никуда не делся.Сердце колотилось так, что я почти не слышала, как на кухне тикали часы.

Он отстранился первым. Мы стояли лоб в лоб, дышали тяжело и глупо улыбались.

— Ну ты... — тихо сказал он.

— Сам такой.

Я вдруг смутилась. Отвела взгляд. Выключаем да мало но можно дальше — Пошли я тебе сухую одежду дам — сказала я, будто ничего не произошло.

— Свою ? И что я буду в лифчике гонять ?— он приподнял бровь.

— А что в этом такого? Ну хочешь могу Валеры дать— я пожала плечами

Он засмеялся тихо.

— Давай его лучше Но между нами уже было другое тепло. Настоящее.___Я отдала ему вещи , и ждала его в комнате.В коридоре пахло мандаринами и чем-то тёплым — я ведь недавно готовила. Снег с его куртки начал таять и капать на пол.

Я села напротив, поджала ноги под себя.

— Зима... — начала я. — Как я могу верить, что ты исправишься?Он замолчал. Потом глубоко вдохнул.— В том, что я вчера понял, что могу тебя потерять. И это не просто слова. Я реально всю ночь не спал. Я ходил как дурак. Я вспоминал, как ты в универмаге на меня накричала, помнишь? Когда я тебе пакет не донёс.

Я невольно усмехнулась.— Ты тогда ещё сказал, что я мелкая зануда.— А ты сказала, что я лысый придурок.

Я не выдержала и тихо засмеялась.И вот в этом смехе что-то сломалось. То напряжение, которое держало нас.Он стал серьёзным.— Я не хочу быть тем, от кого ты плачешь. Понимаешь? Я хочу быть тем, к кому ты идёшь.

У меня снова защипало глаза.— Тогда перестань решать за меня. Перестань слушать кого угодно, кроме меня. Ты даже не дал мне договорить.— Я ревную, — честно сказал он.— Ревность — это не повод делать больно.

Он кивнул.— Я учусь.

Я встала и подошла к окну. На улице продолжал идти снег.

— Мне страшно, — сказала я тихо. — Мне скоро шестнадцать. А у меня ощущение, что я живу как будто взрослая. А внутри... я просто девочка. Которая хочет, чтобы её не ломали.

Он подошёл сзади, но не прикасался.— Я не буду тебя ломать.

— Обещания — это красиво. А я верить боюсь.

Он сделал шаг назад.— Тогда не верь. Просто смотри.

Я повернулась к нему.— И если ещё раз ты меня перебьёшь, не дослушаешь, сделаешь выводы — я уйду. Без криков. Просто уйду.

— Да я давно это осознал Тишина снова. Но уже другая.

Он осторожно протянул руку. Я посмотрела на неё пару секунд... и вложила свою.— Пошли — сказала я и потянула за собою Мы поужинали спокойно.Без напряжения. Как будто это обычный вечер, а не после всей этой бури.

Он ел молча первые пару минут, потом посмотрел на меня:— Ну чё молчишь? Как тебе ? — спросила я — Вкусно. Реально вкусно. Ты всегда так готовишь? Я думал только перемячи

— Когда нервничаю, — усмехнулась я.

— Тогда нервничай почаще.

Я кинула в него салфеткой.

Мы болтали о всякой ерунде — про школу, про пацанов, про то, как Горбатый опять с банкой огурцов ходит, будто это его талисман. И стало легко. Просто легко.

Я покрутила вилку в руках и вдруг сказала:

— А я чуть курить не начала.

Он поднял глаза.— Это из-за меня? — спокойно спросил Зима.

Без крика. Без наезда. Просто спросил.Я кивнула.— Было тяжело.

Он выдохнул, потер ладонью лицо.— Я не хочу, чтобы ты из-за меня себя гробила. Поняла? Если тебе плохо — скажи. Не молчи. Я могу быть тупым, могу косячить... но я не враг тебе.

Я смотрела на него внимательно.Он продолжил уже проще:— Я сам раньше по глупости всякое делал. Думаешь, легче становилось? Нет. Только хуже. Так что не надо вот этого. Ты не из таких. Пока здоровье есть береги его.

И мне почему-то стало теплее от этих слов.

Но время уже поджимало. Часы показали почти десять.

И тут у него зазвонил телефон.

— Да, — ответил он.

Пауза.— Сейчас?— ...— Понял. Еду.

Он убрал телефон в карман.— Вова. В качалку срочно.

Я оживилась:— Я с тобой!

Он сразу покачал головой.— Нет.— Схуяли ? Че по бабам да ? Ну я тебя поняла....

— Аделина , ну ты че я ж тебя люблю.Там пацаны другие будут. Старше. Курят, матерятся без остановки. Тебе там делать нечего.

— А тебе есть?— Мне есть, — спокойно ответил он. — Я туда по делу.— А я что, маленькая?

Он посмотрел на меня внимательно.— Не маленькая. Просто я не хочу, чтобы ты в этом всём варилась.

Я нахмурилась.— Я же не впервые в группировке

— Знаю. Но пока — не надо.

Он встал, накинул куртку.— Я заберу тебя завтра готовься.Закройся. Если что — звони.

Я подошла к нему.— Ты точно приедешь?

Он усмехнулся.— Куда я денусь. — сказал он и чмокнул в щечку И ушёл.Дверь закрылась.А я осталась в тишине квартиры, с каким-то странным чувством — вроде и спокойно, а внутри всё равно тревожно.Зима ушёл быстро. Уже у двери обернулся:

— Завтра приду. Не кисни тут.— И ты без геройства, там.— ответила я.

Он усмехнулся и исчез за дверью.Я закрылась на замок. Проверила ещё раз. И ещё.В квартире стало слишком тихо.

И вот тут меня начало разбирать любопытство. Что там в этой качалке? Почему «срочно»? Почему Филин так коротко отвечает?

Я написала Марату.

«Что там у вас?»

Ответ пришёл не сразу:«Чуть позже напишу.»

Я закатила глаза.Ладно.Написала Валере.«Ты где?»«Поздно буду. Спать ложись.»Да что такое вообще.Последний шанс — Филин.«Филин»«Аделин, всё нормально? Ты дошла?»«Да. Что случилось у вас?»Ответ пришёл через минуту.«Ничего серьёзного. Просто пацан один не по понятиям поступил. За него пришли разбираться. Фантик, сикёшь?»Сердце неприятно кольнуло.«Да что с ним?»«Аделин, правда, нет времени. Давай позже.»И всё.

Я уставилась в телефон. Когда взрослые начинают говорить «ничего серьёзного», значит как раз всё серьёзно.

Внутри стало тревожно. Я начала ходить по комнате туда-сюда.

Стоп уроки же , бляяяя за что мне это.. Я резко остановилась.Пять конспектов. Пересказ на пять страниц. И меня первую спросят. Как всегда.

— Отлично, — пробормотала я. — Самое время.Я села за стол, открыла тетради. Ручка скользила быстро — почерк стал не аккуратнее, когда я нервничала.

Первый конспект. Второй. Третий.Где-то на четвёртом я поймала себя на том, что перечитываю одно и то же предложение по три раза. Мысли уезжали в качалку.Что там происходит?С кем разборки?Зима там? Он ввяжется? Он же не умеет стоять в стороне.Я резко закрыла тетрадь.— Всё. Хватит.

Я встала, подошла к окну. На улице всё ещё шёл снег. Фонари делали его почти золотым.

«Завтра приду», — вспомнились его слова.

Я вернулась за стол и упрямо начала писать пересказ. Страница за страницей. Чтобы не думать.Чтобы не накручивать.Чтобы быть обычной девочкой, у которой завтра уроки, а не разборки по понятиям.К двум я закончила и пошла уже спать , я долго не могла  уснуть , но с горем пополам как то легла , но тут с грохотом залетел Валера .Пидорас ебанный

_______________________Вот и долгожданная глава , читаем и удачи вам ❤️✌️