Глава 9

В комнате было тихо. Мы уже почти не разговаривали просто сидели. Я устроилась на краю его кровати, облокотившись на подушку, он сидел напротив, на полу, вытянув ноги. Локти на коленях, сигарета в пальцах. Он не курил просто держал её. И я смотрела на его руки.

У него были красивые руки. Неидеальные — мужские. Чуть узловатые пальцы, костяшки будто бы остались после сдержанных ударов. Сухожилия на запястьях, как натянутые струны. И в то же время — спокойствие. Его ладони не дрожали. Он что-то рассказывал, но я перестала слушать. Смотрела на них. Руки, будто отражение всей его натуры сдержанной, почти закрытой, но с какой-то опасной искренностью внутри.

— Ты не слушаешь, — вдруг сказал он.Я подняла взгляд.— А ты любишь, когда тебя слушают?Он усмехнулся.— Когда ты слушаешь — да.

На секунду всё будто застыло. Он смотрел прямо на меня. Слишком пристально, слишком внимательно. Я отвела взгляд, провела рукой по подолу юбки.— Сколько времени? — спросила я.Он глянул на телефон.— Почти одиннадцать. Хочешь — провожу.

Я молчала. Уходить не хотелось. Не потому что уютно, не потому что безопасно. Просто... в этой тишине между нами было что-то странно притягательное.

Он встал, прошёлся по комнате, включил музыку. Нечёткие аккорды, приглушённый голос и я почувствовала, как вечер будто утонул в этой песне.

— Зачем ты позвал меня? — вдруг спросила я.Он не ответил сразу.Потом сел обратно, ближе, чем был.— Хотел понять, настоящая ли ты. Или просто придумал тебя в голове.

Я вскинула брови.— И как, настоящая?Он кивнул.— Слишком. Даже страшно немного.

Он был уже совсем рядом. Я чувствовала его дыхание. Тёплое. Медленное. И в то же время между нами было столько воздуха, что казалось, можно утонуть.

— Ты всё время смотришь на мои руки, — тихо сказал он.Я вздрогнула.— И что?— Думаю, ты вообще на всё смотришь чуть дольше, чем надо.— Это плохо?— Это красиво.

Я почти улыбнулась. Он вдруг встал и пошёл к шкафу.— У меня есть кое-что, — сказал он, открывая ящик.Он достал чёрный холст и белый маркер.— Знаешь, что это? — спросил он.Я покачала головой.— Когда мне было тяжело, я рисовал на этом маркером. Просто линии. Проводишь одну и всё, будто дышать легче.

Он протянул мне маркер.— Хочешь?Я взяла.— Можно что угодно?— Всё, что не убьёт.

Я подошла к холсту. Сделала линию. Потом ещё одну. Потом нарисовала маленький круг в углу. Он подошёл, встал рядом. Я почувствовала, как он смотрит на мои пальцы.— Что это? — спросил он.— Не знаю. Может, я. Может, ты. Может, то, что между.

Он вдруг медленно провёл пальцем по моей кисти. И я не отдёрнулась. Не потому что хотела, чтобы он продолжал. А потому что в этом касании было что-то пугающе честное. Он просто смотрел, будто пытался запомнить. Не меня момент.

— Мне кажется, ты опасная, — сказал он.— Почему?— Ты заставляешь чувствовать.

Мы вернулись к кровати. Музыка всё ещё играла. Я села, он сел рядом. Так близко, что я чувствовала тепло его плеча.— Тебе часто одиноко? — спросил он вдруг.— Почти всегда.— Даже со мной?Я замолчала.— Со мной ты другая, — добавил он.— Какая?— Такая, будто живёшь по-настоящему.

Молчание. Он протянул руку, убрал прядь волос с моего лица.— Ты не боишься быть настоящей?Я посмотрела на него.— А ты?Он опустил глаза.— С тобой — да.

Я не знала, что сказать. Просто сидела. Просто дышала. И чувствовала, как что-то внутри меня растягивается. Не боль, не страх что-то новое.

Он встал, вышел из комнаты. Через минуту вернулся с чашками.— Чай. Без сахара, как ты любишь.Я взяла.— Спасибо.

Мы пили молча. Потом он лёг на кровать, закинув руки за голову.— Останься, — сказал он тихо. — Просто останься. Я не буду к тебе лезть. Просто будь.— Он знал, что я боюсь прикосновений

Я сидела рядом. С чашкой в руках, с голосами в голове. И вдруг поняла я останусь. Не потому что доверяю. А потому что не могу уйти..