Болезнь

Ничего так не веселит душу, как вкусное кофе, этот аромат будоражит и заставляет проснуться. Вот и я пытаюсь подняться из-за большого желания выпить кофе, но моё внимание прерывает спящий рядом человек. Не хотя я поднимаю голова вижу отца. Меня переполнило в этот момент много чувств. Он рядом, сейчас, он со мной. Но в тот же момент я вспоминаю все, что случилось. Вспоминаю Кериме и моя рука, которой я хотел тронуть отца, рефлекторно уходит в сторону. Голову пронзает дикая боль. Нужно встать и освежить себя немного. Может быть чашечка кофе, хотя кофе из за боли нельзя, а вот чай, самое то. Ноги просто не идут, такое ощущение, что я пил, а не спал. Нужно думать, что все хорошо, не нужно на себя нагнетать. На кухне так много всего. Не люблю находится на кухне в особняке, не нравится мне она. А моя? Моя кухня, моё всё. Знаю где что лежит. А тут? Черт ногу сломит. Наконец то замечаю чайник и рядом бокалы. Протягиваю руку и слышу голос:- Проснулся? Как ты? Ты меня очень напугал. - Эдже? Хоть сейчас только нужно ложиться, а я вот проснулся. Ты что сама не спишь? - Чай захотелось. Будешь? - спросила сонная Эдже. - С удовольствием, маленькая госпожа. - улыбнулся я, но мне это удавалось с трудом, так как все ещё было мутно в глазах, да и голова болела. - А у тебя точно все хорошо? Просто ты не важно выглядишь. Ягыз? Ты в порядке? - Эдже сделала вид послушного щенка. - Послушай, Эдже, все хорошо. Просто когда я падал, наверное ударился головой, вот и болит немного. Да и днем я никогда не спал, а это больше полдня проспал. Ладно хватит болтать, давай пить чай. Печенье будешь? - Шоколадное?- Да. - сразу вспомнился момент в больнице, как Алихан принёс мне печенье, шоколадное, а Эдже съела его, при этом приговаривая, что оно очень вкусное. - Есть ещё пирожные. Вчера правда ещё купил, с Севдой тебе передавал. Будешь? - Конечно буду, ещё спрашиваешь. Ммм...это же те, те самые. Ягыз я тебя просто обожаю. - Эдже подбежала ко мне и обняла. - Ты самая настоящая Эдже. Мне повезло с тобой. Всегда хотел такую маленькую сестрёнку себе. Будешь ею? - Сестрой? - Да. - Конечно. А как же Селин? - Ну, не знаю. Она всегда ей останется, хоть это и не так, на самом деле. Просто мне нужен такой человек, как ты. Ты в меня веришь, ты в нас с Хазан веришь. Хоть, я не понимаю, что происходит, такое ощущение, что Хазан не любит меня. Есть чувство, где то в душе что она...- начал говорить я. Эдже быстро закрыла мне рот рукой и тихо сказала:- Бери все и пошли в сад, там поговорим. Порой эта девчонка меня удивляет. Такая маленькая, но уже познавшая взрослую жизнь. Иногда становится не по себе, смотря на неё, так как она многое пережила в своём возрасте. Жаль её очень. Из мыслей меня выводит мелодичный голос, моей маленькой сестрички:- Ну, Ягыз? Не спи. Мы же пришли поговорить, а ты сам себе на уме. Сидишь уже пять минут и смотришь в одну точку. Так я и обидеться могу. - Эдже показала свой язычок. - Только не обижайся. Задумался. С каждым такое бывает. Так на чем мы остановились? - На теме любви Хазан.- Любовь? Хазан? Ты веришь своей сестре? Думаешь, что она правда меня любит? Просто в последнее время много чего случилось, мы такое пережили на кладбище. Сама знаешь, что в таких минут человек может сильнее влюбится, так как чувства у него обострены. Он думает, что это его последние минуты жизни. Хотя может я так долго это ждал, что просто боюсь в это верить. Эдже. Сестрёнка. Я устал. Я очень устал. Я больше ничего не хочу. - я проронил едва заметную слезу, но Эдже заметила, она все заметила. - Хазан очень любит тебя. Я верю ей. Просто она не может привыкнуть к тому, что ты тоже её любишь. Она боится так же, как и ты. Но ничего, с каждым такое бывает. Скоро у вас все хорошо будет. Скоро все наладит...- Ты сама веришь, в то о чем говоришь? Наладится? Увы и ах, но нет, не наладится, все наоборот, изменится. Ты же помнишь мои слова? Последние, что я говорил? - спросил я, подняв взор на свою собеседницу. - Помню. Ты сказал, что очень устал и тебе больше ничего не хочется. - Погода замечательная. Не так ли? Когда я жил в Америке, любил прогуливаться под дождём. А ещё мои самые любимые цветы это ромашки. Они такие простые, такие чистые, невинные, не то что розы. Розы то и дело хотят уколоть. Уколоть не палец, а само сердце. Хотя бывает, так что и ромашка может ужалить. Она жалит тем, что погибает.- Всё странно. К чему этот разговор? Ягыз, на тебя это не похоже. Ты сейчас мне про цветы свои любимые рассказал, немного, самую малую часть, про Америку. Я ведь правда хочу знать, что с тобой происходит. Вдруг что серьёзное. Я ведь могу помочь?- Врачи помогут. - При чем тут врачи? Все настолько серьёзно? Из-за травмы? - сейчас в её глазах можно было прочитать боль, страх, удивление, непонимание. Сейчас я понял, что нет смысла молчать, нет смысла скрывать это, потому что будет легче, если я хоть кому то расскажу. - Эдже, я болен. Да и это все из за этой травмы.Я заметил, как Эдже схватилась за голову и опустилась на диван:- Как сильно? - Так сильно, что если не сделать операцию через два месяца, я могу...- остальное я не мог сказать, так как мне стало очень жаль её. Я увидел настолько перепуганного человека перед собой, что вообще начал жалеть, что заговорил с ней. - Умереть? Я молчал. Эдже спросила ещё раза три, ноя упорно молчал. - Почему ты молчишь? Скажи мне что нибудь. Я не хочу тебя терять Ягыз. Ты единственный человек, который ко мне нормально относится. Если тебя не станет, что я буду делать? Хотя нет. Ты будешь жить. Обязательно будешь. И тут я окончательно пожалел, что развязал свой язык, так как Эдже сорвалась на крик. - Успокойся. Разбудишь весь дом. Не заставляй меня жалеть, что я это рассказал тебе об этом. Пожалуйста. Ладно?Не услышав ответа от неё, я развернулся и собирался уходить, как увидел отца. Ступор. Он все слышал?