🐑

---

🐏«Барашек, молоко и мечты»

Утро началось с крика.Но не твоего. И не Ислама.Это было… меее-е-е-е-е-е-е!

Ты села резко, волосы растрёпаны, глаза сонные:— Что это?..

Ислам уже стоял у входа в хижину, напряжённый, как охотник. В руках — копьё, в глазах — боевой настрой.— Кто-то есть… — прошептал он.

Выкрался.Ты за ним.Шаг… шаг… кусты шевелятся…

И вдруг — выпрыгивает БАРАН!Живой! Белый, с вьющейся шерстью, забавными копытцами, и огромными наивными глазами!

— Мее-е-е!

Ты испугалась, вскрикнула.А Ислам… рассмеялся. Впервые за долгое время — от души.

— Вот это да. Настоящий баран! Один. На острове!

Ты наклонилась и прошептала:— Он как знак. Опять знак!

Баран подошёл, потёрся об Ислама.А Ислам замер… и будто растаял.— Он ручной… Он доверяет.

Он оглянулся на тебя. В глазах — уже план:

— Мы будем его растить. Стричь. Делать нити. Ткать. Может быть… даже свяжу тебе шарф.Ты прыснула от смеха:

— Шарф?! На острове, где +30?

— А вдруг зима? — серьёзно ответил он.

Он сделал ограждение из веток. Назвал барана — конечно же — по-мужски строго:

— Бекхан. Чтобы был уважительный.

Ты гладила Бекхана по голове, он мурлыкал… ну, почти.

А Ислам уже шептал себе под нос: — Молоко. Потом пряжа. Потом свитер. Потом… шапка. Потом носочки для дочки…

Ты подняла брови: — Ты уже думаешь о детской коллекции?

— Если есть баран — будет и мода, — с каменным лицом сказал он.

А вечером он долго расчёсывал шерсть и говорил:

— Знаешь… с ним будто стало уютнее. Как будто мы уже не просто выживаем. Мы живём.

Ты обняла его сзади.— Мы и есть жизнь, Ислам.

--