осознание?

Проснувшись от не слишком удобной позы, парень открывает глаза, заприметив боковым зрением лежащее рядом женское тело. Обнаженная Элина лежала рядом на подушке, и её светлые волосы распадались по её груди. – Эля, блять! – рявкает кудрявый, и слегка пихает девушку в плечо. Та нехотя открывает сонные глаза, и мягко улыбается своему будущему мужу. – Ты чего, Глебасик? – спрашивает она, зевая, и Викторов раздраженно щелкает языком. – Я чего? Ты какого хрена здесь разлеглась? – встав с кровати, Глеб пробегается по квартире взглядом, ища свои боксеры, но не найдя, достает из ящика новые и быстро их надевает, – Я, блять, что говорил? Диван твое место. Там и спи, – достав из заднего кармана джинс пачку сигарет, тот выходит на балкон, и закуривает сигарету. Внизу, у дома прислуги, уже виднеется активность – горничные, официанты, и прочие рабочие спешно покидают свой сарай (по мнению Глеба) и торопливо направляются в особняк, чтобы сделать жизнь домочадцев комфортней. Хотя куда уж больше?

Зайдя обратно в спальню, Глеб хмуро оглядывает голую блондинку, ходящую по спальне и не собирающуюся одеваться, судя по всему. – Трусы надень, блять, – фыркает Викторов. Элина закатывает глаза, но повинуется – настроения парня по утрам не предсказуемо, как и всегда, в принципе. – Вчера ты кричал «раздевайся», сегодня «оденься». Определись уже, – хмуро отвечает Элина кудрявому, натягивая на себя кружевное белье. – Закройся, – просит Глеб, и не дожидаясь, пока соберется невеста, выходит из спальни, заранее надев шорты и схватив в руки футболку. Спускаясь, он на ходу надевает на себя футболку, и улыбаясь заходит в большую просторную обеденную зону. – Маменька, папенька, – театрально произносит он, кланяясь чуть ли не в ноги, – Разрешите присоединится к трапезе или изволите покинуть застолье? – он ухмыляется, но ответа не ждет, садится за стол, рассматривая многочисленные тарелки не столешнице. – Ты за ум когда возьмешься? – строго спрашивает Остап, даже не смотря на сына. – Видишь ли, твои клиники для наркош и бухариков – не моё. Играйся с этим сам, – Глеб накладывает себе в тарелку яичницу, пару сосисок и овощей. – А что твоё? Шляться по ночам, бухать и трахать баб? – со стуком кидая вилку в свою тарелку, спрашивает отец. – Остап... – тихо говорит мама Глеба, успокаивая мужа. – Мм, да, это мне нравится, – смеется Викторов, наблюдая за тем, как к столу приближается Элина. Садясь рядом, она осматривает сидящих за столом, и улыбается. – Доброе утро, – проговаривает она. – Доброе утро, Элечка, – мило отвечает Алёна Владимировна. Потеряв интерес к разговору, Глеб молча ест завтрак, под пристальные взгляды своих родственников. – Пора готовится к бракосочетанию, – Остап отставляет  тарелку и берет в руки чашку с кофе. – Да, я уже смотрела платья в онлайне, – довольная Элина улыбается, предвкушая свое замужество. Вздохнув, Глеб делает большой глоток крепкого кофе, и встав, молча удаляется из обеденной зоны.

Смотря на бегающих туда-сюда прислуг, Глеб замечает знакомое лицо – кажется это соседка Соколовской. Самой кудрявой нигде не видно, и прикрикнув в сторону пианистки, Глеб подзывает ту к себе, и Оля опустив голову, медленно приближается к кареглазому. – Как дела? – закурив, спрашивает Глеб, раскинувшись на узорчатой дорогой скамейке. – В порядке, Глеб Остапович, что-то случилось? – взволнованно спрашивает она, вдыхая дым от сигареты Викторова. – Что у меня может случится? Я же не пианист, – парень смеется, оголяя зубы, а потом положив локти на колени, придвигается чуть ближе, – Алиса где? Оля впервые за всё время поднимает удивленный взгляд, посмотрев на Глеба. Его интересует Алиса? С чего бы вдруг? – Она приболела и сегодня не работает, – спокойно отвечает пианистка, стоя на одном месте. – Мм, болеет значит..... – парень выдыхает серый дым, а затем резко смотрит на стоящую перед ним Олю, – Чего встала? Давай, кыш отсюда, – командует он, и девушка быстро покидает поле зрение молодого начальника.

Докурив, Глеб выкидывает окурок, и сам не понимая почему, идёт к дому прислуги.  В доме пусто и кажется, словно здесь нет ни единой души. Слышно, как тикают часы в коридоре. Медленно и аккуратно, Викторов младший подходит к двери комнаты Алисы, и пару раз стучит, ожидая ответа. Ответа не поступает и он решает зайти без разрешения – почему он вообще должен спрашивать? Приоткрыв дверь, он сразу замечает лежащую на кровати девушку. Её кудрявые волосы распущены, а глаза прикрыты. Неровное дыхание слышится даже со входа. Он подходит к кровати, садится на край, и невольно облизывает укусанную Алисой губу. Невесомо касаясь лба девушки, он сразу подмечает высокую температуру. – Пиздец, – шепчет он, и смотрит на многочисленные лекарства на прикроватной тумбочке. Услышав сквозь сон реплику парня, Алиса медленно открывает глаза, и невольно ещё больше прикрывается теплым пледом.  – Ты что здесь делаешь? – хрипло спрашивает Соколовская, совсем не ожидая увидеть здесь Глеба. – Ты че то расклеилась, – ухмыляется Викторов. – Ты чего пришел сюда? – вновь переспрашивает девушка, устало смотря на собеседника. Глеб встает с кровати и засовывает руки в карманы джинс. – Уже ухожу. Не помрешь? – кудрявый улыбается, медленно отходя ближе к входной двери. – Если не уйдешь – то точно, – девушка шмыгает носом, и поворачивается на другой бок, больше не смотря на Глеба. Викторов выходит из  спальни чуть хмурясь и задавая себе лишь один вопрос «Нахрена я к ней зашел?».