Глаза и уши

POV: КаэльУтро встретило меня мутным светом, просачивающимся сквозь тяжёлые шторы. Голова гудела после вчерашнего, будто кто-то весь вечер стучал по вискам молотком, а потом забыл остановиться. Но времени валяться в кровати у меня не было — слишком много дел и слишком мало права на ошибку.

Я сидел в своём кабинете, в старом кожаном кресле, и смотрел в окно. Снизу поднимался туман, улица казалась бесконечно далёкой, а город — чужим. Закурил сигарету, втянул дым медленно, с удовольствием, чувствуя, как лёгкие будто оживают после ночи.

Стук в дверь. Не дождавшись моего "войдите", створка распахнулась, и внутрь зашли Маркус и Диего.

Вид у обоих был не лучше моего. Маркус — обычно собранный до идеала — выглядел так, будто проспал в одежде. Волосы взъерошены, ворот рубашки расстёгнут, взгляд чуть расфокусирован. Это на него было совсем не похоже.

Диего выглядел ещё хуже — свежая царапина на щеке тянулась почти до уха, кожа вокруг покраснела, а на рубашке виднелась пара капель засохшей крови. Рана была достаточно глубокой, чтобы я отметил это, но не настолько, чтобы он не мог ухмыляться своей вечной ухмылкой.

— Выглядишь так, будто ночевал под машиной, — бросил я, переводя взгляд с одного на другого.

Маркус молчал, Диего хмыкнул.

Я затянулся и выпустил дым в сторону окна, наблюдая, как он расползается по воздуху.

— Диего... — начал я медленно, но с нажимом. — Что вчера произошло? Ты шёл к Амелии просто поговорить, разве нет? Ты что-то узнал?

Он повёл плечом, будто стряхивая с себя мой вопрос. — Вышло так, что... я не узнал ничего. Но я точно знаю, что что-то узнала она.

Я прищурился. — Что именно она узнала?

— Не помню, — он ухмыльнулся, но уголок губ дёрнулся нервно. — Но ничего важного. Ты меня знаешь.

Я не отводил взгляда. — Знаю. Поэтому и спрашиваю.

Он фыркнул, откинувшись на спинку стула. — Ладно, ладно. Она пыталась меня разговорить про ту сорванную сделку. Я, может, и был навеселе, но не настолько, чтобы выложить ей всё.

— "Может" и "не настолько" — понятия растяжимые, — сказал я тихо. — Особенно, если вспомнить, что ты пришёл к ней с бутылкой виски и остался там дольше, чем следовало.

Диего откинулся вперёд, опершись локтями о колени. — Каэль, я тебе говорю, она хитрая. Сидит тихо, смотрит невинными глазами, но внутри — сплошные крючки. Я почти уверен, что она специально провоцировала меня на разговор.

Маркус, до этого молчавший, коротко хмыкнул. — "Почти уверен" — это когда ты сам поддался.

Диего метнул в него взгляд. — А ты, значит, святой?

— Я, в отличие от некоторых, умею держать себя в руках, — спокойно ответил Маркус, но я заметил, как напряглась его челюсть.

Я погасил сигарету. — Хватит. Мне плевать на ваши перепалки. Меня интересует только одно — сказала ли она что-то, что может дать ей преимущество перед нами.

Диего чуть замялся, потом пожал плечами: — Если и сказала, то так, что я не понял.

Я наклонился вперёд. — Плохо, Диего. Очень плохо.

— Маркус, ты был с ней всю ночь? - продолжил я. — Ушёл, когда она заснула. Всю посуду забрал. Новые осколки она нигде не возьмёт. — Удалось ли тебе что-то узнать? — Я просто был рядом.

Он сделал паузу, но взгляд его чуть изменился. — Хотя... она рассказала мне кое-что. Она хочет узнать всё о бизнесе своего отца и о сорванной сделке... но сказала она мне это «по секрету».

— По секрету, значит... — я медленно провёл рукой по щетине, обдумывая каждое слово. — И ты решил, что этот «секрет» можно сохранить при себе?

Маркус встретил мой взгляд без тени колебаний. — Она сказала это в доверии, Каэль. Если бы я сразу побежал к тебе, она бы больше ничего не рассказала.

— Ты уверен, что это не игра с её стороны? — я слегка подался вперёд. — Она может использовать тебя, чтобы обойти меня.

— Возможно, — признал он спокойно. — Но это единственный способ вытянуть из неё хоть что-то. Она осторожная. И умная.

Я кивнул, но в голове уже складывался план. — Хорошо. Продолжай играть в её доверенного. Но мне нужно, чтобы каждая мелочь, которую она тебе скажет, доходила до меня. Немедленно.

Маркус чуть прищурился. — Даже если она сама поймёт, что я всё передаю тебе?

— Даже если, — холодно ответил я. — Тогда мы узнаем, как далеко она готова зайти.

В моих глазах появилась та самая искра, что я давно ждал. Вот оно — то, что нам нужно. Теперь всё пойдёт проще. Амелия больше не станет так яростно сопротивляться — она сама захотела копаться в прошлом. Значит, достаточно лишь слегка подтолкнуть, чтобы она выложила всё.

Я узнаю правду раньше Ренато. И тогда... Я найду способ обернуть это против него. Сделать так, чтобы каждый его ход стал ошибкой. В этой игре победит тот, кто первым раскроет карты. И теперь я знаю — это буду я.

— Хорошо , можете идти. Маркус и Диего лениво встали и направились к выходу. Когда дверь за ними закрылась , я выдохнул и откинулся на спинку кресла. Я вспомнил, как во время последнего визита Ренато я пообещал Амелии вернуться. Думаю, сейчас самое время сделать это.

Я медленно провёл рукой по волосам, поправил ворот рубашки, разгладил складки на пиджаке. Всё это выглядело как мелочи, но мне нужно было время — время, чтобы выстроить в голове правильные слова.

Выйдя из кабинета, я неторопливо двинулся по коридору, чувствуя, как в доме витает утренний запах кофе и чего-то терпкого, оставшегося от вчерашнего вечера. Ступени второго этажа скрипнули под моими шагами, и каждый звук казался громче, чем обычно.

Я дошёл до той самой двери. Остановился. Рука уже тянулась к ручке, но я замер. Почему? Не знаю. Может, потому что за этой дверью сидела она — единственный человек в этом доме, который умел смотреть мне в глаза и не бояться. Или потому, что разговор с ней требовал большего, чем просто холодной деловитости.

Я стоял так с минуту, слушая тишину за дверью. Ни звука.

Наконец, я опустил руку на дверную ручку. Повернул её медленно, чтобы не было резкого щелчка. Дверь открылась почти бесшумно.

И в тот же миг мои глаза слегка расширились. Амелия стояла спиной ко мне, в одних тёмных штанах. Её голая спина блеснула в утреннем свете, падающем из маленького окна с решёткой. Лопатки чётко вырисовывались под нежной кожей. Она переодевалась, не подозревая, что я здесь.

Я задержал дыхание, невольно задержав взгляд дольше, чем следовало. В комнате пахло ею — тонким, почти уловимым, но почему-то цепляющим ароматом.

Я сделал шаг внутрь. Половицы предательски скрипнули.

Амелия резко обернулась, прикрывая грудь рукой. В её взгляде сверкнула злость, быстрая, как вспышка, но достаточно яркая, чтобы я заметил. Она молча схватила белую футболку, накинула её через голову и, опустив руки, встала так, будто между нами не было этой секунды неловкости.

Теперь она смотрела прямо в мои глаза. Взгляд твёрдый, но в нём пряталась усталость. Та самая усталость, что ломает людей медленнее, чем страх, но неизбежно. Уже начала трескаться?

Она молчала. Это было странно. Слишком странно для неё.

Я сделал пару шагов вперёд, сокращая расстояние, и остановился, чувствуя, как её взгляд буквально пронзает меня.

— Будешь молчать? — произнёс я чуть тише, чем хотел.

Её губы дрогнули в кривой, почти насмешливой улыбке, но на лице не отразилось ни капли эмоций. Камень.

— Правила, — сказала она ровно. — Я говорю только тогда, когда ты разрешишь.

Я не заметил, как на моём лице появилась едва уловимая ухмылка. — Я обещал вернуться... тогда... — я сделал паузу, чуть прищурившись. — И вот я здесь.

Она подняла бровь, и в этом движении было и удивление, и вызов. — И чего же ты хочешь?

Я почувствовал лёгкое напряжение внутри. Вопрос был простым, но почему-то застал меня врасплох. Я ведь и правда пришёл сюда без чёткой цели. Сначала просто хотел проверить её. Убедиться, что она здесь. Что с ней всё в порядке. Или... что-то ещё?

Несколько секунд я стоял в тишине, позволяя себе это короткое замешательство. Но потом взял себя в руки.

— Что ты знаешь о бизнесе своего отца? — спросил я ровно, без нажима, но с такой интонацией, что это прозвучало скорее как приказ.

Она прикрыла глаза и вздохнула, словно сдерживая поток ярости. — Разве тебе уже не доложили мой ответ?

— Я хочу услышать лично, — шагнул я ближе, глядя на неё сверху вниз.

Её глаза открылись, и в них мелькнуло что-то, похожее на усталую насмешку. — Официальная версия, Каэль, — произнесла она медленно. — Мой отец занимался экспортом и импортом, имел партнёрства с крупными поставщиками, пару филиалов за границей. Чистый бизнес. Всё, что можно найти в открытых источниках.

Я чуть наклонил голову. — Ты уверена, что это всё?

— Абсолютно, — сказала она, но голос её дрогнул на последнем слове, и я это заметил.

— Знаешь, — я сделал ещё шаг, так , что теперь между нами оставалось меньше метра, — мне всегда было интересно... Ты врёшь, чтобы защитить себя, или потому что действительно ничего не знаешь?Её глаза прищурились, и в них мелькнуло раздражение.— А знаешь, мне тоже всегда было интересно... — она чуть подалась вперёд, будто бросая вызов. — Ты всегда такой тугой на слух, или это только со мной?

Я молчал, глядя на неё.

— Единственное, что я узнала от Ренато, — продолжила она, — это его версия о том, что мой отец якобы торговал людьми. Но, думаю, ты и без меня это прекрасно знаешь. Так что... — её губы дрогнули в сухой усмешке, — что ещё ты хочешь услышать?

Я всмотрелся в неё внимательнее. Ни дрожи в голосе, ни отвода взгляда. Слишком уверенно для того, кто оказался в таком положении.

— А если я скажу, что Ренато врёт? — произнёс я тихо, наблюдая за её реакцией.

Она чуть нахмурилась, но промолчала.

— Если я скажу, что твой отец был замешан в куда более грязных вещах, чем торговля людьми... — я сделал паузу, — ты захочешь это узнать?

— Я хочу узнать всё, — ответила она мгновенно.

— Даже если правда сломает тебя? — я наклонился чуть ближе, почти касаясь её дыхания.

— Каэль, — её голос был холодным, как сталь, — ты слишком поздно пришёл меня ломать.

Я едва заметно усмехнулся. — Посмотрим.

Я выпрямился, делая вид, что разговор закончен, но внутри уже знал — она или врёт слишком убедительно, или действительно не понимает, в какой игре оказалась.

— Отдыхай, Амелия, — бросил я, направляясь к двери. — Скоро мы вернёмся к этому разговору.

Я закрыл за собой дверь, и тихий щелчок замка показался громче, чем должен был. Постоял пару секунд, глядя на дерево дверного полотна, и только потом позволил себе медленно выдохнуть. Улыбка сама собой скользнула на губы — не добрая, а скорее усталая и с оттенком раздражения.

Чертовка... Сколько ещё ты собираешься держать язык за зубами? Тебе самой не надоело играть в молчанку? Ты ведь понимаешь, что это ни к чему тебя не приведёт. Ты уже давно в ловушке, Амелия. Тебе некуда бежать и никто тебя не спасет. В твоих же интересах рассказать всё как можно скорее... иначе будет только хуже.

Я ещё раз прокрутил в голове её взгляд — прямой, без страха. Такая не поддаётся грубым угрозам, значит, придётся искать другие методы.

Развернулся и медленно пошёл по коридору, чувствуя, как каждая ступень под ногами будто подталкивает к новым мыслям. Вместо того чтобы пройти в кабинет, я спустился вниз и остановился в гостиной.

Широкий диван встречал мягкими подушками, и я, не задумываясь, рухнул в него, закинув голову на спинку.Я смотрел в потолок, как в пустой экран — без картинок, только с отголосками собственных планов. Голова ещё слегка гудела после вчерашнего, но это было не важно.

Тишина дома казалась странно липкой. Даже привычный шум шагов где-то в коридорах не мог отвлечь от того, что я только что был с ней в одной комнате — и снова не узнал ничего нового.

Ничего. Время работает на меня. А она — уже почти там, где мне нужно.

Мои мысли прервал телефонный звонок. На экране незнакомый номер , но я уже знаю кто это. Я поднял трубку. — Да.  —  Каэль , — Ренато звучал веселее обычного. — Ты хорошо поработал. Не думал , что ты найдешь метод заставить упрямицу Амелию самой захотеть узнать все детали сделки. 

Мои пальцы крепче сжали телефон. Я чувствовал, как внутри всё холодеет, но снаружи оставался таким же спокойным, как всегда.

— Стараюсь изо всех сил, — сказал я, глядя на пустой стол перед собой.

На другом конце линии раздался тихий смешок Ренато. — Знаю, Каэль. Ты всегда был... находчивым.

— Откуда ты знаешь об этом? — спросил я ровно, но с чуть более долгой паузой между словами.

— Я всё знаю, — ответил он с таким удовольствием в голосе, что мне захотелось выбросить телефон в стену. — У меня свои уши и глаза. И, кстати, ты недооцениваешь, как быстро новости доходят до меня.

Я прищурился, подавив раздражение. — Я просто делаю свою работу.

— И делаешь её отлично. — Его голос стал чуть мягче, но я слышал в нём скрытый подтекст. — Так держать. Но... — он сделал паузу, и в эту паузу я успел бы выкурить пол сигареты, будь она у меня под рукой, — не увлекайся. Девушка не твоя. Она моя.

— Разумеется, — ответил я с лёгкой тенью усмешки, хотя в груди всё сжалось.

— Отлично. Тогда будь готов. Сегодня вечером мы кое-что обсудим. И да... — он будто вспомнил что-то в последний момент, — передай Амелии, что скоро мы увидимся. Я не забыл своего обещания.

Гудки оборвали разговор.

Я опустил телефон на стол и провёл ладонью по лицу. Чёрт... значит, он уже что-то знает. Либо наблюдает за мной, либо кто-то слил информацию.

Но ведь об этом знали только трое. Я , Диего и Маркус... Разве что если она сама не рассказала всё Ренато во время их разговора... Нет. Тогда бы он позвонил мне раньше с такими новостями... Блядь... Если она проболтает ему хоть что-то еще — я буду в плохом положении. Мне нельзя проигрывать. Не тогда , когда я так близок к ответам.