Часть 4: 8.Блудный сын. глава 8

Мысли о судьбе настоящего отца и вынужденном решении матери не отпускали Рэя ни на секунду. Он выпадал из реальности, не замечая никого вокруг.

— Рэй Сэрин!

Оклик и хлопок ладонью по парте заставили мальчика вздрогнуть и поднять глаза. Над ним нависал учитель по литературе с выражением крайнего недовольства на лице:

— Молодой человек, ещё одно замечание на уроке, и ты останешься после занятий!

Рэй уставился в учебник, бормоча извинения. Преподаватель покачал головой, но вернулся к столу-кафедре.

Едва урок закончился, Рэй забросил книги в рюкзак и выскочил в холл. Пространство постепенно заполнялось галдящими школьниками, Рэй же двигался быстро, не глядя по сторонам.

Резкое столкновение — и Рэй отлетел к стене, ударившись плечом.

— Эй! Ты ослеп, что ли? — возмутился черноволосый, кудрявый мальчик, на вид чуть старше самого Рэя.

Злость закипела в груди. Перед глазами всё заволокло тёмным дымом, фигуры людей и предметы расплывались. Рэй сжал кулаки, скрипнул зубами и сделал шаг вперёд.

— С ума сошёл? — зашипел школьник, быстро подхватывая книги, которые уронил. Отступил в сторону, бросая взгляды исподлобья.

Сделав глубокий вдох, Рэй замер. Гнев схлынул, как волна при отливе, оставив кислый привкус во рту.

«Что со мной не так?» — думал мальчик, перебросив рюкзак на другое плечо.

— Псих! — буркнул ему вслед ученик, не дождавшись извинений.

Рэй обернулся и уставился на кудрявого. Глаза вмиг стали горячими, казалось, ещё секунда — и белки лопнут, как переваренное яйцо. А второй мальчишка побледнел внезапно и поспешил убраться в другой конец коридора. Рэй шумно выдохнул, зажмурился и быстрым шагом направился к выходу из здания.

На школьный автобус он не пошёл. Когда Рэй проходил мимо стоянки, дежурный окликнул, что-то спрашивал, но мальчик даже не обратил внимания. Двигался на автопилоте в сторону станции метро. Хорошо. Это и было Рэю нужно — затеряться в толпе, где никому нет до него дела.

Домой он вернулся позже обычного. Пока Рэй разувался, в прихожую вышла мама.

— Ты долго, — Она подошла к мальчику, взъерошила его волосы. — Всё в порядке, дорогой?

— Да... С Сеней после уроков прогулялись. А что? — спросил Рэй, вскинув подбородок.

— Ты не предупредил, — с мягким укором произнесла Регина, поправив воротник рубашки, завернувшийся под форменный жилет. — Я волновалась.

Рэй дёрнул плечом, схватил рюкзак и побрёл к своей комнате.

В коридор выглянул Амин:

— Малой, — окликнул он младшего брата, — чё хмурый такой? Проблемы?

— Отстань, — огрызнулся Рэй и с силой захлопнул за собой дверь комнаты, щёлкнув замком изнутри.

Швырнув рюкзак в угол, он, не переодеваясь, сел на кровать. Достал из-под матраса фотографию блондина. Рэй водил пальцами по лицу на бумаге, до крови кусая губу.

Снова разболелась голова. Вот как мама может так искусно притворяться? Или она смирилась и забыла его отца?

В углу комнаты заколыхалось вязкое тёмное облако.«Она причина... Её вина!»

Рэй подскочил как ошпаренный:— Не смей так о ней говорить! Ты... Мерзкий богарт*16, вот ты кто! — Он замахнулся кулаком на призрака, но тот изогнулся причудливой спиралью, отодвинувшись в сторону.--*16. (прим.): персонаж цикла романов Дж. К. Роулинг о Гарри Поттере--

«Вспомни, кто ты! Имя...» — щупальца тьмы стелились по полу, как дым. Поднялись выше, снова складываясь в зыбкую фигуру. Рэй зарычал и ударил прямо в центр полупрозрачного образа. Туман рассыпался на лоскутки и с лёгким шипением растворился в воздухе.

— А нечего обзываться на маму! — прохрипел Рэй вдогонку.

Он рухнул на кровать и спрятал лицо в подушке. А если призрак прав? И все только и делают, что лгут?

— Неужели я не заслуживаю знать правду? — прошептал мальчик, ни к кому конкретно не обращаясь.

Во рту появилась такая горечь, что не сглотнуть. Рэй поднял голову, оглядел комнату в поисках воды. Не найдя ничего, вздохнул: надо идти на кухню. Но у двери мальчик замер, так и не прикоснувшись к замку. Там, снаружи слышался смех и приглушённые голоса матери и Кхамера.

Рэй скривился и отступил. Не так уж он и хотел пить!

Снова волна гнева прошлась по телу, делая жар в груди и глазах почти нестерпимым. Рэй схватил потрёпанную фотографию, вновь и вновь рассматривая черты того, кого он не знал. На поверхность упали две капли. Рэй шмыгнул носом, провёл кулаком по щеке, размазывая влагу по коже.

— Я выясню, что он с тобой сделал, клянусь! — Мальчик поднёс фотографию ко лбу, прижал. — И отомщу...

Громкий стук в дверь. Рэй вздрогнул всем телом и замер, даже дыхание задержал.

— Малой! Спишь? — раздался голос брата из-за двери. Ручку несколько раз подёргали, но замок открывался изнутри.

Рэй напряг слух, как только мог. Разобрал удаляющиеся от комнаты шаги и нечёткие слова Амина:

— Дрыхнет, наверное.

Брат ещё что-то сказал, но Рэй не смог больше разобрать ни звука.

Впрочем, пусть считают, что он заснул, не будут трогать! Очень не вовремя заурчал желудок. Мальчик бросил взгляд на настенные часы: скоро Амин уйдёт на тренировку, Кхамер, вероятно, вместе с ним. А если совсем повезёт, они с собой заберут маму. У Рэя будет возможность ещё несколько часов побыть одному.

Видеть никого из родных он совсем не хотел.

***

Там, где тлеют угли, рано или поздно вспыхнет пламя. Особенно если эти угли разгораются в душе подростка, разрываемого противоречиями и потерявшего веру основы его мира.

Заезжая на подземный паркинг, Регина почувствовала — дома разразилась буря. Она лихорадочно припарковалась, чудом не задев соседский автомобиль, и бросилась к лифту, мысленно подгоняя. В конце концов, плюнула и на несколько секунд закрыла

Переступив порог, она вздрогнула от детского крика, в котором смешались гнев, обида и упрямство:

— Ты мне не отец!

Рэй и Кхамер стояли посреди гостиной. Мужчина, явно взбешённый, сжимал плечо мальчика, а тот отчаянно пытался вырваться. Они смотрели друг на друга с неприкрытой злобой.

— Что здесь происходит? — Рену передёрнуло от жуткого ощущения дежавю. Много лет назад, Страйф и Кхамер уже стояли так друг против друга, в руках у последнего тогда была та злосчастная сфера... И чем это закончилось, она помнила слишком хорошо. Нет... нельзя! Разделившись, они все стали уязвимее.

Кхамер на мгновение ослабил хватку, и Рэй, ловко вывернувшись, отпрыгнул назад. Совсем недетский взгляд, напоминавший по цвету грозовую тучу, переключился на мать:

— Он не мой отец! И не имеет права мне указывать!

Не дав никому опомниться, мальчик вихрем умчался в свою комнату, оглушительно хлопнул дверью так, что жалобно звякнула ваза на тумбочке в коридоре.

А Кхамер от души выругался на родном языке, его глаза вспыхнули алым пламенем.

— Что случилось? — Регина подбежала к нему, сжала его руки.

— Любое терпение имеет конец! — сквозь зубы процедил Кхамер, резко, почти со свистом выдыхая. — Мое уже на пределе!

— Что бы он там ни наговорил тебе, умоляю, помни — он не понимает, что с ним происходит!

— О, он прекрасно всё осознает! — Злая ухмылка искривила его губы. — Я пытался говорить, объяснять! Закрывал глаза на его колкости! Но теперь открыто заявляет, что ты принадлежишь ему!

— Он ещё ребёнок! — Регина сложила ладони в молитвенном жесте — отчаянная попытка воззвать к разуму.

— Да ни черта он не ребёнок! — взорвался Кхамер. — Он ненавидит меня и даже не скрывает этого!

— Хороший мой, но ведь и ты бываешь строг с ним, а он...

— Значит, я виноват?! Напомнить, меня никто не спрашивал, когда подкидывали младенца на мою шею!

— Милый, остановить, прошу! — Рена обняла его, чувствуя под ладонями одеревеневшие мышцы спины. Он замер неподвижно, будто и не дышал. — Я даже представить не могу, как тебе было тяжело. Но, кроме тебя, это никому не под силу! Сейчас... умоляю, мы должны действовать заодно! Помочь ему осознать себя и не навредить никому!

— Джин, а что изменится, когда он вернётся? — неожиданно спокойно спросил Кхамер, прижимаясь лбом к её лбу. — Ты правда думаешь, все будет как раньше, в Замке? А как мне быть, зная о его чувствах к тебе? Вряд ли он станет их скрывать!

— Да какая разница?! Разве ты забыл — я твоя жена?! Это мой выбор, я не собираюсь отказываться от нашей семьи! Но почему ты так легко готов отказаться от меня? — В уголках её глаз заблестели слёзы.

— Ты пошла на смерть ради него, — вымученно произнёс Кхамер, как вскрыл старый нарыв, — бросив и меня, и нашего сына...

— Да, умерла ради него... А вернулась к жизни ради тебя! Разве это не важнее?!

— Джин, я устал. — Его плечи внезапно поникли, как под невидимым прессом. Он говори глухо, отчужденно. Закрыл глаза, избегая её взгляда. — Я так сильно люблю тебя, что готов на всё! Но иногда ты просишь слишком много... Только подумай, я соперничаю с подростком!

Кхамер сдавленно застонал — звук, похожий на обессиленный рык. Ладони сжались вокруг её талии, но он тут же отдёрнул руки, будто обжегшись. Развернувшись, он шагнул к выходу. А Регина бросилась вдогонку.

— Родной, подожди! — Она обхватила сзади, прижавшись к спине. Мышцы как камень, но она почувствовала, как гулко и неровно стучал пульс. — Он ведет себя ужасно, а ты винишь себя! Но это не так! — Регина сильнее вжалась в него, не замечая дрожь собственных рук. — Ты был и остаёшься лучшим отцом для обоих — и для Амина, и для Рэя! Он любит нас... Просто все подростки невыносимы! А он — Хаос! Это плюс миллион ко всем подростковым заскокам! Никто другой не выдержал бы его, кроме тебя!

— Я пройдусь, Джин. — Он даже не обернулся, игнорируя её слова. — Поговори с парнем, может, тебя он услышит. Вы-то с ним кровные!

И ушёл.

Регина мысленно перекрестилась, шепча старую молитву, и направилась к комнате младшего сына. Дверь была заперта изнутри.

— Рэй, открой мне, нам нужно поговорить! — постучала она.

В ответ тишина. Регина выждала немного и снова постучала:— Рэй, пожалуйста! Впусти...

Сначала ничего. Потом тихий щелчок замка. Рена вошла. Рэй лежал на кровати, демонстративно отвернувшись. Она села на край, положила руку на его плечо. Мальчик вздрогнул и слабо попытался стряхнуть её ладонь.

«С Амином даже не заметили подросткового кризиса, зато Страйф нам выдаст за двоих сразу...» — с горькой иронией подумала она.

— Сынок, что случилось? Почему ты так груб с отцом? — вслух спросила она.

— Он мне не отец! — огрызнулся Рэй, уткнувшись в подушку.

— Кажется, нет на Земле подростка, который бы не кричал этих слов в сердцах! — попыталась она пошутить, надеясь пробиться сквозь стену его гнева.

Но Рэй не оценил юмора.— Он не мой отец! Хватит это повторять! — выпалил мальчик, поворачиваясь. Глаза оставались человеческими, голубыми, но горели яростью сильнее, чем когда-либо горел взгляд Черного Лорда.

Регина выпрямилась, громко фыркнув. Да, формально Рэй был прав — он не был рожден ею от Кхамера, он вообще не был рождён! Но в эту реальность он пришёл через них обоих! Так что, отбросив условности, они имели право считаться его родителями!

— Тогда объясни-ка мне вот что! — потребовала она, выдерживая его взгляд. — Я с Кхамером уже очень давно! Ещё до рождения Амина...

«Не так уж и давно, но ладно, опустим детали!»

— Я всегда была ему верна! — продолжила Регина, отгоняя ненужные мысли. — И если он не твой отец, значит, и я не твоя мать?! Что ты на это скажешь?

Глаза Рэя округлились, как у совёнка, потом прищурились. Регина физически ощутила волну его злости...

«Что, блин, с ним такое?!»

Рэй дёрнулся с кровати, как будто его ударило током. Рука нырнула под подушку — и Рене в лицо уткнулся лист бумаги.

— Тогда кто это, мама? — кричал мальчик, зрачки расширились, глаза стали зловеще чёрными. — И что ты мне на это скажешь?!

Регина не верила тому, что видит, — перед ней была потрёпанная копия фотографии её и Страйфа... Единственной, оставленной в Замке и забранной после его ухода за пределы Мироздания.

— Откуда это у тебя? — прошептала Регина в надежде выиграть время. Мысли метались. Их дом у моря... Фото хранилось там... Но что ребёнок напридумывал, глядя на это? Отсюда его такая ярая неприязнь к Кхамеру?

— Какая разница?! — В голосе Рэя звенели истеричные нотки. На шее проступили вены, в которых бешено бился пульс. — Кто это, мама?! Почему я так на него похож?! Это мой отец, скажи?!

Регина задержал дыхание — отчаянно хотелось остановить время, чтобы подумать, придумать, выкрутиться! Но гневно горящие глаза сына смотрели, не отрываясь. И отступать он не собирался!

— Кто он?! И где он, мама?! — продолжал кричать мальчик, размахивая руками. — Что вы с ним сделали?! Кхамер убил его, да?! А тебя обязал молчать?! Или ты добровольно помогала ему избавиться от любовника?! Тогда почему не избавилась и от меня?!

На последних словах голос Рэя сорвался в хрип, плечи затряслись, как в припадке. Нервы не выдерживали напряжения — рот болезненно скривился, по щекам потекли слёзы. А Рену окатило ледяной волной: молчать больше нельзя!

«Господь Вседержитель, как давно он это в себе носит? Неудивительно, что как с цепи сорвался!»

— Что ты говоришь? Нет, нет! — Она вскочила и прижала мальчика к себе, целуя в макушку. — Как ты мог до такого додуматься, родной мой?

На короткий миг, оказавшись в объятиях матери, Рэй вдохнул её запах — его любимый: роза, смешанная с горьким какао. В этом аромате он всегда видел уют, защиту, доверие... Всё то, что сейчас рушилось на глазах от её лжи! А ведь он жил только верой в неё...

Гнев раскаленными тисками сжал грудь, глаза затуманились алой пеленой.

— Кто он?! — Рэй оттолкнул мать от себя, дрожа всем телом так, что стучали зубы. — А кто я?! Скажи мне, мама! Я должен знать! Скажи мне правду!

Регина вспомнила, как когда-то так же настойчиво она смотрела в глаза Страйфа. «Скажи! Что угодно скажи мне, я поверю!» — требовала она, держа в руках проклятую сферу и отказываясь верить своим глазам. И сейчас с тем же отчаянием и готовностью поверить во что угодно на неё смотрел Рэй...

— Это твой отец, но он мой единокровный брат, милый! — выпалила Регина, и тут же сильно прикусила губу. Рот наполнил вкус металла с солью. Она зарывала себя в ложь уже дальше некуда!

«Твою же мать, я творю ещё худшую дичь, чем он с нами сделал! Чем я лучше?!»

Рэй замер, хватая воздух ртом, как рыба, выброшенная на берег.

— Что?! — едва слышно прошептал он.

— Случилась беда... Ты остался один в первые часы жизни. И мы с Кхамером забрали тебя к себе. — Она продолжала лгать, ругая себя за каждое слово. Но назад пути не было. Магия бы помогла, но... Рена вздрогнула всем телом, в голове — стеклянный звон разлетающегося на осколки Мира... А ведь она тоже не осознавала себя тогда. Всплеск сил Чёрного Лорда обернётся куда плачевнее!

Рэй, вмиг побледневший как полотно, отступил, не отрывая ошеломленного взгляда:

— То есть... Я вам не сын?

«Ну я красава! Мало тараканов в его голове, ещё и это подкину!» — Регина была готова вырвать себе язык!

— Рэй, это ничего не значит! Мы растим тебя с самого первого твоего дня! Ты — наш сын! От макушки до пяточек!

— Получается, я твой племянник... — задумчиво произнёс он, склонив голову набок. Словно не слышал её.

— Нет! Ты мой сын! — Регина схватила его за руки, встряхнула, заставляя смотреть на себя. Мальчик поднял глаза, они лихорадочно блестели.

— Но это же... Если я не твой сын... — Рэй внезапно засмеялся в странном возбуждении. — Мама! Но это же всё меняет!

— Родной, нет... — Отчаяние накрыло Рену с головой, но то, что произошло дальше, она и в страшном сне не могла представить.

Рэй схватил её за плечи.— Тогда все становится правильно! Тогда я... Мама, я люблю тебя! — сбивчиво затараторил он. — Я не сын, а значит, я могу быть с тобой!

— Что?! — Ей показалось, что она ослышалась. Регина попыталась отступить, но Рэй держал её с несвойственной подростку силой.

— Я тебя люблю! Я всегда буду с тобой и смогу защитить тебя! Я очень быстро вырасту! Тебе не надо оставаться с ним!

Не дав опомниться, Рэй потянулся... и попытался поцеловать. Неловко, неумело... лишь мазнул губами по её скуле.

Регина не сразу поняла, что произошло, почему Рэй с ужасом смотрит на неё, держась за щеку. Она не осознавала своих действий. Тело отреагировало само — ладонь взметнулась и с размаху ударила его по лицу. Кожа горела огнём, а Рэй захлёбывался, не в силах сделать вдох. Его зрачки сузились до размера булавочной головки, лицо посерело.

Он отшатнулся, ударившись спиной о стену. Рванулся вперёд, едва не упал — нога зацепилась за ковёр. Нелепо взмахнув руками, он схватился за дверной косяк и бросился к выходу.

— Рэй, стой! — закричала Регина ему вслед.

Но мальчик уже вылетел квартиры, с грохотом захлопнув дверь.

— Вернись, прошу! — звала она, выскочив в холл. Но его уже и след простыл...

«Боже мой, что я наделала?!» — В отчаянии Рена металась по комнате, схватившись за голову, не понимая, что дальше делать!

«родной умоляю помоги», — взмолилась она, ведь больше ей надеяться не на кого.

Портал разорвался снопами искр. Кхамер стоял на пороге, мгновенно увидел припухшую губу и следы крови — глаза запылали гневом.

— Что он сделал? — Голос тихий, но в нем холодная, стальная ярость. Кхамер уже готовился к схватке.

Регина в ужасе вцепилась в его руку:— Нет! Ты не понял! Это я... Я всё испортила!