Баржа

«...Держись».Он удержался.Он смог.Папа Риссы доплыл до него и схватил под живот как раз тогда, когда Барни уже готов был сдаться.- Ну, теперь все хорошо, малыш, - сказал мистер Фейриветер. Он тяжело дышал, удерживая Барни над водой в одной руке, а другой гребя к барже.Добравшись до места, он сразу же внес Барни внутрь. В теплой, длинной и узкой комнате им занялись Рисса с мамой, пока мистер Фейриветер пошел принимать ванну.

Барни уже видел раньше родителей Риссы, и они всегда ему нравились. Но все-таки, если честно, они были изрядными чудаками!Для начала, они жили на барже. И они не просто не смотрели телевизор - у них его не было! И они могли часами разговаривать про звезды. У них вроде был компьютер, но Барни никогда его не видел. Телефон у них тоже был, но выглядел он так, словно его купили году эдак в 1973-м. Папа Риссы носил бесформенные дырявые свитера длиной примерно до колена и готовил вегетарианскую еду, добавляя туда какие-то странные вещи вроде семян квиноя или булгара.Он был плотником, а мама Риссы - художницей. Она рисовала цветы и растения, и ее картины висели по всему дому. У нее были очень длинные волосы и румяные щеки, а одевалась она всегда в грубые рабочие штаны из хлопка. И она вечно находилась в восторженном и радостном настроении.Звали их Роберт и Сара - единственное, что было в них обычного.Но теперь Барни окончательно убедился, что они самые лучшие люди на свете.Пока Рисса вытирала Барни пушистым полотенцем, ее мама подкладывала ему кусочки сыра, вкуснее которого он в жизни не ел.- Это корнуэльский сыр, йарг, - сказала она, и голос ее был теплым, как стоявшая в углу печка. - Самый вкусный сыр в мире. Правда, я родом из Корнуэлла, так что могу быть необъективной.Она сунула ему еще один кусочек.- Бедняжка, - сказала она. - Какой же ты голодный!Рисса почесала его за ушком.- Это тот самый кот, я тебе про него говорила... Тот, которого мисс Хлыстер заперла в ящике. И за которым потом гнались уличные кошки.Мама слегка нахмурилась. Она души не чаяла в Риссе, но то, что она сегодня рассказала ей с Робертом, было уже слишком.- Милая, но это странно. Ты уверена, что это тот же кот?- Ага. То же белое пятно. И глаза такие же.Рисса рассматривала его.- Рисса, - мяукнул Барни.- Какой-то ты чудной, - протянула она, так нежно поглаживая его за ухом, что он немного смутился. - Мне правда кажется, что я тебя знаю уже сто лет.- Так и есть!Она все смотрела на него, а потом встряхнула головой, словно выбрасывая глупую неправдоподобную мысль.- Как ты думаешь, что с ним случилось? - спросила Рисса. - Может, те кошки загнали его в воду? Или, может быть, это мисс Хлыстер?- Ну, не волнуйся так. Мы уже позвонили в службу помощи животным. Я уверена, что они разберутся с этой женщиной.Рисса подумала, не рассказать ли ей, как она ходила в кошачий приют, но не стала. Мама, конечно, скажет, что нужно срочно сообщить об этом маме Барни, но у миссис Ив на сегодня и так достаточно переживаний.Она вздохнула.- Все эти штуки с кошками, и то, как Барни сегодня убежал... Безумный день!- Я не убегал. Это был не я.Барни видел, что Рисса грустит, и подсунул голову ей под ладонь, чтобы хоть немного ее развеселить.- Тебе нравится Барни, да? - спросила мама, лукаво блестя глазами.- Ну да, кажется, нравится. - От этих слов Барни снова смутился и с благодарностью подумал про свой мех, под которым не видно было, как вспыхнули его щеки.Голос Риссы изменился.- Но Барни... он иногда бывает просто невыносимым. Вот сегодня, например! Утром он был сам на себя не похож, убежал куда-то... Я думала, он никогда не вернется! А в конце уроков он как ни в чем не бывало явился в школу. И не потрудился мне позвонить, хотя меня не было полдня. Мне даже пришлось звонить его маме! Что это все значит?- Не знаю, солнышко, - сказала мама под бормотание воды, плещущейся о край баржи. - Но я уверена, что всему этому есть какое-то объяснение. Он хороший мальчик, это видно.Барни видел, как все эти разрозненные факты копятся в голове у Риссы, словно детали конструктора Лего. Если бы только она могла собрать их и увидеть правду!