2. Не контракт, а приговор

Глава 2. Не контракт, а приговорДверь в преподавательскую распахнулась со сдержанным, но явно вызванным злостью стуком. Дмитрий Вестников поднял глаза от бумаг.— Лисьева. — Его голос был спокоен, но ледяной. — Я ожидал, что ты появишься раньше.— Извините, Дмитрий Владимирович, — натянуто выдохнула она, оглядываясь. — Можно… с вами поговорить?— А мы что сейчас делаем?Она закатила глаза и закрыла за собой дверь. Осталась стоять.— Только не в таком тоне. Мы.. ну, у нас с вами теперь..— Контракт с дьяволом? — Он усмехнулся, откинувшись на спинку кресла. — Я помню. Ты сама подписала.— Я не подписывала ничего. Вербального соглашения хватит.— Ты удивительно дерзкая для человека, оказавшегося в проигрышной позиции.— Ты всё ещё мог бы отказаться, — бросила она. — Но не отказался.— Ты угрожала компроматом. — Он встал. Медленно. И обошёл стол, приближаясь к ней. — И давай будем честны, Лиса… ты втянула меня в свою маленькую драму. Ты думаешь, я позволю тебе вести спектакль на своих условиях?Она уставилась на него. Сердце колотилось. Голова взрывалась от злости и страха — и чего-то ещё, слишком горячего, чтобы признать.— Я просто хотела, чтобы бывший понял, что я не проиграла. Что я… — Она запнулась. — Что я не жалкая.Он приблизился на шаг. Слишком близко. В его глазах было что-то опасное.— Ты не жалкая, — тихо сказал он. — Но ты играешь в игру, в которую не умеешь.— А ты, выходит, умеешь?Он чуть склонился к ней, и голос стал ниже, чуть хриплым:— Лиса, ты даже не представляешь, насколько.Она резко отступила назад, уткнулась в дверь.— Хорошо. Раз уж ты такой мастер игры — давай правила. Чётко. Чтобы потом не придирался.Он медленно кивнул, возвращаясь к столу.— Первое — никаких чувств. Ни влюблённостей, ни ревности, ни соплей. Мы не пара. Мы делаем вид, что пара.— Без проблем.— Второе — ты не имеешь права упоминать меня вне наших «сцен». Ни в разговорах с подругами, ни в соцсетях.— Не собиралась. Я вообще-то ценю свою академическую успеваемость.— Третье — ты слушаешь меня. Если я говорю «держись за руку» — ты держишься. Если я говорю «поцелуй» — ты…— Что? — Вероника подалась вперёд.Он лишь усмехнулся:— Расслабься, Лисичка. До поцелуев ещё доживём. Если ты не провалишься раньше.— Не называй меня так.— Почему? Все называют.— Ты — не все.Он посмотрел на неё внимательно. Секунду. Две. А потом кивнул:— Хорошо, Вероника. Тогда... завтра у нас первая "сцена". Столовая. Обед вдвоём. Под пристальными взглядами. Ты же хотела убедить бывшего?— Завтра? — Она вскинула бровь. — А если я не приду?— Тогда я отправлю это фото своему коллеге из деканата. Пусть посмотрят, как ты "нежно благодаришь преподавателя за лекцию".Она открыла рот… потом закрыла.— Ты ужасен, Дима.— А ты — опасна, Лисичка.