33

Глава 33даняЯ вышел из ванны, сгорая от желания продолжить начатое, и не смог сделать ни шагу после увиденного. Василиса стояла ко мне спиной, прямо напротив окна и перебирала волосы пальцами, ворошила рыжие струи. Они скользили и создавали волшебную иллюзию живого огня, а лучи закатного солнца добавляли видимость свечения.Я застыл, потерял дар речи! Смог только выдохнуть, потому что слова рассыпались и лишились всякого смысла. Осталось только восхищение, желание и море-море любви, которой было слишком много! Она выплескивалась из меня остервенелыми выдохами и кружила голову.юля обернулась. Наверное, я слишком громко появился.На ней была надета моя рубашка, а под ней… Под ней ровным счетом было ни-че-го. В глазах потемнело, даже дышать стало трудно. Мышцы налились свинцом.Я сделал шаг вперед.— На тебе моя рубашка! — смог выдохнуть.— Это слишком? — покраснела и отвела взгляд в сторону, даже попыталась стянуть на груди тонкую ткань.Я не стал останавливать этот жест — такой естественный и женственный. Ей очень шло. Меня всегда в юле трогало эта натуральность без вымученной сексуальности напоказ. В ней все было другое — и это заводило безумно. Легкие штрихи ее жестов и намеки на игру, а я уже пылал, сгорал, в кипятке варился!Слишком жарко.Дышать нечем…По вискам скользнула капелька пота.— Ты молчишь, — заметила юля и отступила немного назад, когда я остановился рядом с ней.— Просто не могу подобрать слова. Это самое красивое, что я видел в своей жизни.Я легонько провел по ее пальцам своими, прорисовал линии на ладони и поднялся выше, от запястий, до локтей и плеч. Мягко обвел выступающие ключицы и медленно завел пальцы под ворот рубашки.— Ммм… — выдала мягкий стон юли и приникла ко мне.Она прикоснулась к шее губами, в этот миг внутри меня случился личный Армагеддон!Я сдвинул ткань вниз, позволив рубашке осесть пышным облаком возле ног юли. Ее светлая кожа покрылась мурашками.— Люблю тебя… дань, — выдохнула юля, привставая на цыпочки.Дрожащий шепот в мои губы.Я не справился с соблазном, плюнул на желание посмаковать эти мгновения еще немного, иначе бы точно взорвался как несдержанный подросток в свой самый первый, настоящий раз.Обняв юлю, я приподнял ее над полом. Она с готовностью оплела меня за торс ногами. Еще один соблазн, когда на ней не было совсем ничего, а я был еще чертовски сильно запакован в одежду-броню.Опустив юлю на кровать, я пытался справиться сразу с несколькими задачами — раздеться и не разрывать объятий. Одному богу известно, как виртуозно я справился с этой задачей. А то, как глубоко и громко я простонал, коснувшись ее — готовой и жаждущей, услышали, наверное, и ангелы на небесах, и черти в аду!Слишком соблазнительно и возвышенно. Разве можно такое сочетать, когда скручивает нутро от похоти, когда одеревенелые мышцы жаждут только резких, глубоких и сильных толчков, а сердце щемит от любви?!Все в ней, в моей желанной и любимой рыжуле!Наши языки встретились. Василиса издала приятный звук, может быть, простонала, но по ощущениям, словно замурчала, довольная лаской.Мои ладони путешествовали по ее телу, запоминая изгибы. Рисуя каждый из них в памяти так, чтобы не забыть никогда эти волнующие контуры. Она стала женственнее, изящнее…Какой она будет с круглым животиком?Черт-черт… Стоило притормозить, слишком жаркой оказалась фантазия.Видит бог, даже если я не смог наградить юлю ребенком в прошлый раз, в этот она не уйдет от меня, не забеременев!Страстные ласки быстро набирали обороты и скорость. Василиса быстро осмелела и касалась меня не менее жадно, постоянно звала меня по имени и ластилась, ластилась, раскрывалась, откровенно показывая, насколько ей хорошо со мной.Боже, как она красива… Распаренная, взмокшая, раскрасневшаяся…Словом, моя!И душой, и телом…Она жадно ловила воздух ртом, когда не хватало дыхания, пленяла мягкими стонами и призывной дрожью тела. Даря ей удовольствие, я сам получал кайф — самый глубокий, самый острый из всех. Он словно эхом разносился по моему телу, и пусть я отодвигал свой финал насколько мог, мысленно, вместе с ней финишировал раз десять, не меньше!Напряжение возрастало с каждой секундой.Дыхание? К черту его, мы с юлей давно задыхались и дышали поцелуями, словно в любимых губах кислорода было больше, чем в разгоряченном воздухе спальни.Не переставали целоваться, даже когда сердце пошло в отказ от выбранного темпа, закоротило, забилось на предельной частоте. Наши языки продолжали сплетаться, а тела колебались навстречу друг другу с громкими звуками.Удовольствия стало слишком много — буквально каждая клеточка тела на разрыв. Натянутый узел предвкушения заплелся до невозможности и завибрировал, мощными пульсациями выдавая порции экстаза. Это состояние было сильное и мощное, тело словно расплавилось, превратилось в поток, конечной целью которого была она, и она, уверен, чувствовала тоже самое, потому что пик был обоюдным.Волны гуляли по телу так долго, словно минуты превратились в часы.Сладко-остро по коже ползли мурашки.Хватило сил только на один поцелуй — затяжной и глубокий, а потом мы уснули, обнимая друг друга.* * *юляСледующее утро наступило очень поздно для меня. Я проснулась ближе к полудню, в руках любимого. Так хорошо и крепко я давно уже не высыпалась, а бонусом при пробуждении стали приятные ласковые поцелуи, откровенный флирт и горячий интим… Можно ли придумать утро идеальнее?Я приняла душ и вернулась в спальню. Возле кровати стояла огромная корзина цветов, а даня полулежал на кровати рядом со столиком для завтрака.— Соблазнение, как по учебнику! — не смогла удержаться от улыбки.Милохин взял рожок, щедро обмакнул его в сгущенное молоко и начал поглощать с аппетитом.— Скажи, что сработало, умоляю? — попросил с набитым ртом. — Я умираю с голоду. Присоединяйся или я съем все до последней крошки. Сам.— Охотно.Было уже поздно. Мы завтракали вдвоем, шутили и целовались, как беззаботные влюбленные. Знала, что у нас есть дети, но не испытывала ни малейшего угрызения совести за то, что сейчас они были не с нами. Тревоги тоже не было. Я просто чувствовала интуитивно, что с сынишкой и с моей девочкой все хорошо. Бусинка же моя девочка, подумала я ревностно, не желая отдавать ее больше Адель ни на минутку! Может быть, она и родила малышку, но ее настоящей мамой стала я, и я была намерена снова завоевать это звание в глазах Агни.— Тебе нравится наш дом? — задал вопрос даня.— Да, очень.— Если что-то не устраивает, скажи. Мигом переделаем или подыщем другое место, — предложил миллиардер. — Помни, в средствах мы не стеснены.Мне понравилось, как он сказал «мы».За прошедшие годы Милохин сильно повзрослел и избавился от эгоцентричного «я», впустив меня в свою жизнь и, уверена, в свое сердце — тоже.— Думаю, нам стоит вместе с Миром подумать об оформлении его комнаты.— Отличная идея. Позавтракаем, заберем детишек от Савицкого. Надеюсь, наши рыжики не разнесли Алексу дом! — рассмеялся даня приятным смехом, от которого у меня внутри все завибрировало и снова возникло сильное желание.Я торопливо доела свой круассан и переставила столик на тумбу, развязав полы на халате, обнаженной легла под простыни.— Скажи, дань, а ты уже не голоден?Он мгновенно отложил недоеденный рожок в сторону и стряхнул крошки на пол.— По тебе я всегда голоден! — отозвался немедленно и впился в мои губы требовательным поцелуем, сделав наше первое совместное утро в новой жизни еще ярче, полнее и прекраснее…* * *В тот же день мы собрались ехать за нашими детьми и посетили дом друга дани — супружеская пара Алекс и Марика тепло приняли нас. Было заметно, что они счастливы в браке, а их семья — полная и дружелюбная.— Один ты, Эмин, остался не при делах! — заметил Алекс со смехом.— У него был шанс, но Яся решила, что шанса достоин другой мужчина, — добавила я и рассмеялась.— Я пока не спешу вступать в ваш клуб женатиков! — покачал головой молодой мужчина.— Кстати, даня еще не женат, — добавил Алекс.На миг воцарилась тишина, взгляды всех присутствующих — а нас собралось немало — обратились на даню. Он поднялся с кресла и развернулся в мою сторону.Миллиардер медленно подошел и плавно опустился на одно колено. Я много раз видела такие сцены в кино и смотрела их с замиранием сердца, но даже не представляла, насколько волнительным такой момент может быть в реальной жизни.Я знала, что последует за тем, как рука дани опустилась в карман брюк, знала, для чего он торжественно распахнул коробочку.— юля, ты выйдешь за меня? — произнес даня.Мое сердце было готово разорваться на миллиарды счастливых частиц.Боже!Слезы закипели на глазах, я закивала, всхлипнула и выдавила из себя:— Да! — потом еще несколько раз повторила. — Да-да-да! — словно была не уверена, что даня услышал мой ответ.Кольцо село на пальчик, как влитое. Милохин поднялся с колен, поцеловал меня и покружил немного в воздухе, а когда опустил на пол, то не спешил снимать рук с талии.— И разумеется, вы все приглашены на свадьбу! — добавил он, посмотрев на своих друзей и близких. — Тебе, Эмин, придется быть моим свидетелем! Других холостых кандидатур я не вижу!— Мама и папа поженятся? — послышался голос моего сынишки.Я с трудом обнаружила хитреца: он прятался за большой, тяжелой шторой и слушал все, о чем говорили взрослые.— Иди сюда, Мирослав, — позвала я и обняла сынишку, поцеловала в огненную макушку. — Теперь у нас будет полная семья. Ты, я, папа и Агни тоже будет жить с нами. Где же она?— Она там! — показал Мирослав.Я успела заметить, как за приоткрытой дверью в другую комнату мелькнули рыжие хвостики. Когда мы с даней пошли за Агнесс, она сделала вид, будто совсем не вставала с дивана и рисовала на планшете.Но ее глаза, хитро и радостно поблескивающие, выдавали истинное положение дел.— Агни, — выгнул бровь дани. — Ты же знаешь, что подслушивать нехорошо!— Я закрыла уши ладонями, только смотрела.— Ах, ты еще и подсматривала…Агнесс покраснела густо и посмотрела в сторону Мирослава. Неужели наш сынишка был зачинщиком? Но выдавать его Агнесс не стала.— Я больше так не буду! — торжественно пообещала она. — А когда будет свадьба? У вас будет карета? И платье, как у принцессы? Я тоже хочу красивое платье и покататься на карете! — начала задавать вопросы.— Будет карета! — пообещал даня и подмигнул мне. — С одним уже определились. Остались нюансы, справимся…