24

Тишину палаты нарушало лишь пиканье мониторов и размеренное спокойное дыхание Чонгука, все так же крепко обнимавшего её во сне, когда Розэ открыла глаза, вспомнив свой до жути реалистичный сон-воспоминание, отозвавшийся глухой болью в груди. Когда все так изменилось?Когда из их отношений исчезла эта томительно - сладкая, трепетная нежность, заставлявшая её каждую ночь пробираться в его спальню?..Брат все ещё спал, когда Розэ осторожно выпуталась из его объятий, неслышно выскользнув из-под его руки, и укрыв его одеялом, встала с постели, нежно поцеловав в висок, а затем тихо вышла в больничный коридор.Она чувствовала себя отдохнувшей и неимоверно уставшей одновременно. Их разговор и неожиданные откровения Чонгука морально вымотали её, и она не знала, как себя теперь вести с ним. И с Тэхеном, который перехватил ее сразу же за стеклянной дверью палаты, и одного взгляда на его хмурое лицо было достаточно, чтоб понять, что он видел все, что происходило внутри, и ему это совсем не понравилось.

— Ты уже вернулся? — вздохнула девушка, все же попытавшись перевести разговор в безопасное русло, но он не дал сбить себя со следа.

— А ты бы, наверное, предпочла, чтоб я и вовсе не возвращался? Ты, как я вижу, была слишком занята тем, что утешала бедного старшего брата и даже не заметила бы моего отсутствия, — холодно процедил он сквозь сжатые зубы.

Розэ вздрогнула и обняла себя руками, устало прислонившись к стене.

— Тэ, прошу… Давай не будем ссориться… Я очень устала…

Взгляд брата немного смягчился, и он опустил голову, отчего тёмная чёлка упала ему на лоб, скрыв от неё его глаза.

— Он теперь снова твой любимчик? — глухо произнёс он.

И Розэ стало больно за них обоих. Вернее, за всех троих, ведь они были неразрывно связаны.

— Это не так, Тэхен… Ему сейчас тяжело. Пока мы кувыркались в постели, он лежал в реанимации.

— Он сам во всем виноват! — глухо процедил он, сжимая кулаки, и девушка испугалась того, что увидела в его потемневших глазах, невольно отшатнувшись от брата, и прошептала:

— Ты так сильно его ненавидишь? Почему, Тэ?..

Тот пару мгновений молчал, но затем так же устало выдохнул и отвёл взгляд, проводя рукой по волосам и откидывая непокорную чёлку с глаз.

— Я не знаю, Розэ. Но иногда он бесит меня так сильно, что я сам готов его убить…

Девушка потрясённо уставилась на него, словно видела впервые, совершенно не узнавая своего милого и нежного младшего брата. Похоже, хоть они все и жили в одном доме, но у каждого были свои тайны, о которых никто не знал.

— Что ты такое говоришь?.. — прошептала она побелевшими губами, но тот лишь раздражённо повёл плечом, отмахнувшись от её вопроса, и тихо произнес:

— Родители скоро будут здесь. Поехали домой?

Но девушка покачала головой, неосознанно оглянувшись на дверь палаты, за которой, как она надеялась, все ещё спал старший брат, и Тэхен проследил за её взглядом, презрительно бросив:

— Ну конечно, теперь он стал жертвой, и ты не можешь его бросить! Несчастный Чонгук… Что он уже наплел тебе, что ты так легко забыла все обиды, что он наносил тебе, всю боль, которую причинял, а ты потом бежала жаловаться ко мне?

— Тэ... Все не так... Чонгук, он...Он сказал, что ревновал меня к тебе и видел, как ты ревнуешь меня к нему, потому и решил, что без него... нам будет лучше, — потеряно прошептала Розэ, не глядя на брата, и обняла себя руками, чувствуя, что начинает дрожать.— И я теперь не могу избавиться от мысли, что это мы с тобой виноваты в том, что с ним случилось...

Тэхен сжал губы, но вместо того, чтоб её разубеждать, порывисто притянул сестру к себе и крепко обнял, успокаивающе погладив по вздрагивающей спине, и, прижавшись щекой к её волосам, шепнул:

— Не думай об этом, малыш. Это не так. Никто не мог знать, что все так обернётся…

Девушка всхлипнула, впервые не чувствуя себя в безопасности в его объятиях, и даже его тепло не могло прогнать ледяной холод, за одну ночь сковавший её сердце. Как так вышло, что их отношения зашли в глухой угол и едва не стоили жизни Чонгуку? Похоже, настал тот момент, которого она так боялась, но понимала, что рано или поздно это произойдёт.Им надо было срочно прекратить это безумие, пока ещё кто-нибудь не пострадал. И Розэ решилась задать вопрос, который, как она думала, никогда не задаст.

— Ты никогда не думал о том, что все это... неправильно? — беззвучно шепнула она, вцепившись ледяными пальцами в рубашку Тэхена и глядя в никуда стеклянными глазами.

Он вздрогнул и напрягся, отстраняясь от неё, и сильнее сжал её плечи, впиваясь в глаза напряжённым взглядом.

— И это говорит мне та, что сама забралась ко мне на колени, шепча, что нам все можно, лишь бы никто не знал? — глухо произнёс он и девушка вздрогнула, как от пощёчины, но ей было нечего сказать в свое оправдание, ведь все, что сказал Тэхен, было правдой, и она опустила ресницы, чтоб скрыть сверкающие под ними слезы.

Он покачал головой и отстранился от неё, с горечью прошептав:

— Какая же ты лицемерка... Значит, с Чонгуком подобных мыслей у тебя не возникало? Точно так же, как и тогда, когда мы трахались втроём, как сумасшедшие?

Девушка стояла, опустив голову и обнимая себя руками за плечи, которые брат только что сжимал так сильно, что на них наверняка останутся синяки, но по-прежнему молчала.

— А знаешь что? Мне все равно, - со злостью выдохнул он, отстраняясь от неё, - Делай, что хочешь. Можешь оставаться с ним. Только потом не прибегай ко мне, когда он снова тебя прогонит. Я устал быть твоей жилеткой и больше не хочу быть запасным вариантом. Я просил тебя сделать выбор, и ты сказала, что выбрала меня, но ты обманула меня, Розэ. Ты просто лгунья. Лгунья и лицемерка, и я не хочу тебя больше видеть.