9

Кофейня на углу всё так же пахла корицей,крепким зерном и чем-то ванильным,будто время тут замирало в сладком полусне.Я вошла,накинув тонкую куртку и поправив волосы.Андрей уже сидел у окна.Всё тот же,хоть и изменившийся.Тонкий,с немного сутулой спиной,светлой небрежной бородкой и задумчивыми глазами.В руках он держал чашку с кофе и что-то быстро зарисовывал в блокноте.Он заметил меня и улыбнулся.По-настоящему.Той самой улыбкой,которую я помнила с тех времён,когда он читал мне стихи в коридоре художки и давал лизнуть кисточку с запахом масла «потому что тебе можно всё».— Наташа, — произнёс он,вставая. — Ты совсем не изменилась.Только... взрослее стала.— А ты совсем не изменился, — улыбнулась я в ответ. — Всё тот же: кофе,блокнот,драма.— Без неё никак, — пожал он плечами. — Садись.Я устроилась напротив,и какое-то время мы просто смотрели друг на друга с неловкой теплотой,будто два старых портрета в галерее,которые вдруг встретились спустя годы.— Знаешь,я думал,ты не придёшь, — сказал он.— Почему?Он чуть отвёл взгляд в сторону.— Потому что у тебя... ну,кажется,всё серьёзно.Я слышал про Нугзара.Его фамилию не забудешь.И... ну... вы ведь теперь вместе?Я на секунду замерла,не ожидая этого.Он не спросил «Ты с ним?»Он утвердил.Почти с досадой.Почти с болью.— Нет, — ответила я мягко. — Мы не вместе.Просто... живём рядом.Работаем иногда.Он как часть семьи.— Понятно, — сказал он быстро,и тут же сделал глоток кофе,будто хотел скрыть эмоцию.— Но… он мне важен.И я не знаю, что между нами.Иногда кажется,что всё ещё просто дружба.А иногда,что это как будто что-то... большее.Без названия.Андрей медленно кивнул,рисуя пальцем по крышке чашки.— Я думал,ты забудешь обо мне,если честно, — сказал он. — Уехал тогда и вроде бы правильно,и всё равно... ты осталась во мне,будто незавершённый эскиз.Я хотел дозвониться,написать.Но знал,что у тебя есть своя жизнь.Папа.Дом. Он, — он взглянул на меня с лёгкой улыбкой. — И теперь понимаю,что всё правильно.Ты стала именно той,кем и должна была стать.Я вздохнула.— А ты? Счастлив?Он усмехнулся.— По-своему.Но когда тебя вспоминаю всегда почему-то легче.Даже в самых серых днях.Мы замолчали.На улице сыпал мягкий дождь,на стекле скатывались капли,и казалось,будто и вправду весь город затаил дыхание,слушая нас.— Знаешь, — вдруг тихо сказала я, — ты был моим первым человеком,кто сказал,что я особенная.Тогда,в художке.Я помню,как ты говорил: «ты не просто рисуешь,ты как будто вытаскиваешь эмоции из воздуха».— Потому что это правда,Наташа, — сказал он просто. — Я всё ещё в это верю.И в этот момент я поняла: между нами теперь нет той детской надежды на «навсегда».Но есть уважение.Память.И что-то светлое,тёплое.Как штрих в рисунке,который не стал главным,но сделал композицию завершённой.— Спасибо за встречу,Андрей, — сказала я,поднимаясь. — Мне это было нужно.— А мне нужно было услышать,что ты счастлива.Или хотя бы близка к этому.Я кивнула.И вышла в дождь.А в кармане уже вибрировал телефон.

Нугзар [18:02]Ты где,Натали? Дима уже дважды кашлянул и сказал «странно,что она ещё не дома».Это был прямой сигнал SOS.

Я улыбнулась.Может,всё и правда не так сложно.Может,мне просто пора вернуться туда,где тёпло.

Дождь не прекращался.Он был тёплым, почти летним.Тот самый,под который не хочется прятаться,а наоборот,идти,медленно,впитывая воздух,наполненный асфальтом и листвой.Я шла неспешно.Зонт остался дома,капли стекали по щекам и шее,но мне было всё равно.Мысли путались,и среди них крутился Андрей.Он всегда был рядом в нужный момент,надёжный,внимательный и влюблённый.Я это знала.Всегда знала.Но не чувствовала к нему того,чего он ждал.Не чувствовала никогда.Только благодарность и лёгкую неловкость.И,конечно же,Нугзар.Мы.Всё,что казалось простым, начинало запутываться,но при этом было спокойно.Словно внутри уже зналось,к чему всё идёт.

И вдруг впереди,в нескольких десятках метрах,я увидела его.

Нугзар.

Он шёл быстро,почти бегом.В одной руке был зонт,во второй — какой-то нелепый худи,который,видимо,наскоро накинул.Волосы мокрые,кудри сбились в тяжёлые пряди,лицо нахмуренное,сосредоточенное.Но когда он заметил меня,сразу замедлился.— Наташа… — выдохнул он,подходя ближе. — Ты что,под дождём одна шатаешься?— Я не шаталась, — спокойно ответила я. — Я думала.Он сразу же раскрыл зонт и накрыл нас обоих.Ближе,чем нужно.Слишком близко.Но мне не хотелось отступать.— А думать под дождём у тебя — это что,новая практика? — спросил он,заглядывая мне в глаза. — Дима уже чайник спалил почти.Говорит: «не волнуюсь»,а сам на меня смотрит,как на похитителя дочери.Я усмехнулась.— Прости.Просто… Андрей.Мы поговорили.Всё было спокойно.Он,как всегда,добрый.Немного грустный.Я… никогда его не любила.Но знала,что он меня.И,может,это самое тяжёлое.Знать,но не чувствовать.Нугзар кивнул.В его лице промелькнула тень.Не ревность,скорее осторожность.Он молчал секунду,потом тихо:— А я… я тоже до конца не понимаю,что у нас.Иногда думаю — ты почти как сестра.Почти семья.В потом ты проходишь мимо в халате,с чашкой,чихаешь или просто зеваешь,и мне вдруг не хватает воздуха.Хочется выключить всё: свет,логику,себя.Просто рядом быть.Без объяснений.

Я не успела ничего ответить.

Он обнял меня.Тихо.Осторожно.Словно ждал,что я отступлю.Но я не отступила.

Я прижалась к нему,положив подбородок на его плечо.Под зонт.Под дождь.в его тепло.— Я не хочу ничего портить, — прошептал он. — Но и молчать уже не могу.— Тогда не молчи, — ответила я. — И не бойся.Я рядом.Он крепче прижал меня к себе.А дождь всё лил.Тёплый,мягкий,будто накрывал нас с головой и обещал,что всё будет.Нугзар не отпускал меня,продолжая нежно обнимать,словно боялся,что этот момент вот-вот исчезнет.Вдруг он аккуратно отступил,чуть улыбаясь,и сказал:— Погоди,минутку, — после чего повернулся и направился к ближайшему киоску.Я смотрела,как он быстро выбирает что-то из свежих цветов.Через минуту он вернулся.В руках одна красивая,ярко-красная роза,покрытая каплями дождя.— Для тебя, — сказал он тихо,протягивая мне цветок. — Просто так.Я взяла розу,почувствовав,как внутри разливается тепло.— Спасибо, — сказала я,прижимая её к себе.Нугзар снова прижал меня к себе,и мы стояли так,под мягким дождём,где слова уже были не нужны.Только дыхание,прикосновения и обещание быть рядом несмотря ни на что.

Мы шли домой,укрытые под одним зонтом,почти не разговаривая.Между нами было ощущение,будто сказано уже всё не словами,а взглядами,прикосновениями,этой розой,мокрой от дождя и какой-то невыразимо настоящей.Я всё ещё держала её в руке,и каждый шаг казался чуть мягче,чуть спокойнее.На крыльце Нугзар сбросил капли с зонта,отряхнулся как пёс,и,заглянув мне в глаза,усмехнулся:— Ты готова?— К чему?— К твоему личному полковнику в штатскомЯ только фыркнула и открыла дверь.Папа,как ни странно,был на кухне.Без фуражки,без майки с гербом,но с неизменной серьёзной физиономией и чашкой чая в руках.Как будто сидел и ждал.При этом выглядел до неприличия спокойно,и именно это меня и насторожило.Он поднял взгляд,посмотрел на нас,перевёл взгляд на мою руку с розой и молча отпил чай.— О,а вот и возвращённые, — наконец заговорил он, отставляя чашку. — Проходите,граждане.Допрос начнём с лёгкого.— Пап, — протянула я,закатывая глаза.— Первый вопрос: почему моя дочь пришла домой в половину десятого вечера с цветком?— Пап…— Второй вопрос: откуда у подозреваемой цветок? Учитывая,что цветы у нас в квартире не растут,а клумбы в районе охраняются законом.Нугзар хмыкнул,стараясь сдержать смех,но не преуспел.— Объект, — сказал он с самым серьёзным видом, — был обнаружен в состоянии повышенной эмоциональной включённости.Цветок вручил лично я.Свидетелей нет,но есть дождь и намерение.Папа кивнул,будто записывал в уме.— Намерение… Ага.Третий вопрос: не слишком ли вы сблизились,товарищи? Знаете ли вы,что в некоторых домах это может привести к резкому росту количества тёплых пледов и поцелуев на кухне?Я молча подошла и обняла его,всё ещё держа розу в руке.— Пап,ты самый лучший, — сказала я. — И самый подозрительный.Он вздохнул,но руки обняли в ответ.— Просто, — тихо проговорил он, — не хочу,чтобы тебе было больно.Вот и всё.Я же вижу,как ты смотришь на него.А он на тебя.И,знаешь,если он тебя обидит,я его закопаю.Но сначала заставлю отчёт писать.По старой форме.От руки.— Договорились, — сказал Нугзар за моей спиной. — Только не старым пером,прошу вас.Папа хмыкнул,потянулся за чайником.— Ладно,хватит допросов.Садитесь.Чайник не только для меня кипит.В честь подозреваемых с пониженной виной варенье открою.Я улыбнулась.Папа уже наливал чай,а я всё ещё держала в руках розу.