перезаряжай

– Не поняла...к какой девушке? Мое сердце так сильно стучало, что я физически чувствовало, как оно вот-вот выпрыгнет из груди. Я знала, что сейчас услышу...– К своей, Алин. К своей девушке. - сказал Сергей и отвел от меня взгляд. Мои глаза стали слезится. Не может быть. – Это же не правда? Ты шутишь? - мой голос стала ломаться, что означало, что я вот-вот заплачу. – Я не шучу. Он поехал к Насте. Я взяла телефон и стала звонить Глебу. Он не отвечал. Ни на один мой звонок, ни на одно моё сообщение он не ответил. – Расскажи мне...расскажи мне всё, Сереж...- просила я парня, смахивая с щек слезы. – Об этом нужно было рассказать раньше, но Глеб обещал, что скажет сам. Но по моему это переходит все границы. Настя - это его девушка, они вместе уже года полтора, она живет в Питере, раньше часто приезжала сюда к Глебу. Я не знаю зачем он пиздел тебе всё это время, честно...- сказал Сергей и с сожалением взглянул на меня. Я молча ушла в свою комнату. Всю ночь я проплакала в одиночестве, выжимая мокрую подушку. Мои веки были опухшими до нельзя, щеки щипали от слез, и были натертыми от постоянного трения ладонями. Мне было так больно. Даже удары Кирилла по моему телу не причиняли такой боли. Утром я решительно вошла в комнату к Сергею. – Ты знаешь где она живет? - уверенно спрашивала я. – В Питере, я же сказал, - сонно ответил парень. – Адрес, блять! Адрес точный ты знаешь? Сергей долго уговаривал меня остановится и не лезть в это, пока Глеб сам не вернется в город. Но я не могла ждать. Либо я всё выясню сейчас, либо не смогу спокойно существовать.

Уже следующим ранним утром я стояла на Питерском вокзале. Без вещей, лишь с небольшой сумочкой, в которой лежали деньги и карточки. Глеб ответил на мой звонок лишь тогда, когда я отправила ему фото вокзала. – Что это такое? - спросил Глеб, имея ввиду отправленное фото. – Сейчас же говори где ты, или я сама тебя найду, - кричала я ему в трубку, под осуждающие взгляды прохожих. – Стой, успокойся. Я все тебе объясню. Я сейчас приеду, стой где стоишь. Глеб не заставил долго ждать. Через 20 минут его машина подъехала к вокзалу, и он выйдя из машины стал приближаться ко мне. Как только он подошел достаточно близко, я со всей силы, как только могла, влепила ему подщечину. Мои глаза были красные от слез, я выглядела так, будто очень долго употребляла алкоголь и не спала. Глеб вернул положение головы от удара и серьезно посмотрел на меня. – Ты че делаешь? - сжимая зубы спрашивал он меня. – Это ты что делаешь, придурок? - я толкнула его в грудь, от чего парень немного пошатнулся. Он схватил меня за запястье и усадил в машину, сев рядом. – Ты нахера сюда приперлась? Что за спектакль? Я сегодня уже собирался ехать обратно! – Да? А как же Настя? Бросишь её и вернешься туда? Ко мне? - я истерически посмеивалась. Глеб глубоко вздохнул и ударил кулаком по рулю. – Это Сергей тебе сказал? - крикнул он. – Да какая разница кто? Ты врал мне! Всё это время ты врал мне! - за смехом вновь поступили слезы, которые я была не в силах сдерживать. – Да врал! Да! Но ты нихуя не знаешь, Алин. – Так расскажи мне! Давай, расскажи! Расскажи как трахался со мной, а потом шел писать смс своей девушке! Расскажи мне, давай! - кричала я, срывая голос. Глеб молчал, облокотившись лбом о руль. Когда я смогла немного успокоится, он повернулся ко мне. – Да, Настя моя девушка. Но я не люблю её и не любил. А она любит, блять, и очень сильно. Когда я ей сказал, что мы не можем быть вместе, она вскрыла себе вены прям у меня на глазах. Отлежала в больнице хуева туча времени. Ее психиатр сказал, что ее нельзя травмировать, пока она окончательно не придет в себя. Я не трахался с ней с того момента, как сказал, что мы расстаемся. Да, я поддерживал с ней связь, но только потому-что это было нужно. - он выдохнул и с минуту молчал, смотря в лобовое стекло, – Я приехал, чтоб понять, готова ли она это снова услышать. Вот и всё.

Я громко засмеялась и тут же зарыдала. Глеб пытался обнять меня, но я толкала его, и била руками, лишь бы он меня не касался. – Охереть ты благодетель, сука! И её спас, и меня спас! Свечку за тебя в церкви поставлю! - кричала я, отбиваясь от рук парня. – Да успокойся ты, блять! Успокойся! Когда моя рука вновь оказалась на его щеке, Глеб так агрессивно посмотрел на меня, что мне в какой-то момент стало страшно. – Еще раз ты меня ударишь...- тихо стал говорить Глеб. – И что ты сделаешь? Ударишь в ответ? Так бей! Давай бей! Больнее, ты мне уже не сделаешь!А знаешь, что? Пошел ты нахрен, Викторов! Трахайся с кем хочешь, делай что хочешь! Исчезни только, ясно?

Я вышла из машины и побежала в сторону вокзала под громкие крики Глеба.